Воровка
Шрифт:
– Это из ресторана.
Когда скатерть была уставлена многочисленными пакетиками и коробочками с изумительными деликатесами, я, не удержавшись, воскликнула:
– Господи, да нам же за месяц это не съесть! Вадим торжественно произнес:
– Тут весь ассортимент французского ресторана. Лучшие блюда самой лучшей в Европе кухни. Не хватает только изысканного интерьера, сигарной комнаты, живой музыки и большой карты вин. Отведай межконтинентальное меню от шеф-повара из Парижа.
– Это и вправду готовили французы?
–
Я накинулась на еду и подумала о том, что никогда не пробовала ничего вкуснее.
Вадим достал бутылку красного французского вина пятидесятилетней выдержки.
– Господи, - удивилась я, - разве такое бывает?
– Бывает, - усмехнулся Вадим.
– В наших кругах такие вина называют антиквариатом! Ты только попробуй!
– Представляю, сколько оно стоит! Мы выпили.
– Почему ты сразу не сказал, кто ты?
– спросила я.
– Зачем? Уж не хочешь ли ты сказать, что если бы знала, кто я, то легла бы со мной без пистолета?
– Глупости, - обиделась я.
– Но адрес мне свой ты так и не дала.
– Послушай, - перевела я разговор на другую тему, - тебя ищут?
– Кто?
– Милиция, например.
– Я купил себе свободу.
– Разве ее можно купить?
– Покажи мне хоть один предмет или одного человека, которого нельзя купить. Весь мир продается и покупается. Один чиновник стоит меньше, другой больше.
– Ты хочешь сказать, что тебя теперь никто не ищет?
– Нет. Я был найден ментами и убит при попытке к бегству. Это написано в моем деле, которое пылится в тюремном архиве. Нет больше Дроздова Вадима. Дело закрыто в связи с гибелью заключенного.
– Кто же ты теперь?
– Перепелкин Вадим Борисович, не судим, не привлекался. Я так и остался Вадимом, только сменил фамилию, паспорт и место рождения. Усекла?
– Усекла. А дядька мой про это знает?
– Он получил деньги, чтобы раз и навсегда забыть про бывшего заключенного Дроздова Вадима.
– Он взяточник?
– Еще какой! Лопатами гребет. Ты мне лучше вот что скажи: ты нашла тогда Толика?
– Нашла. Только он был ужасно избит, его пытали. Я села в его джип и поехала в "Молох". Когда привезла врача, Толика уже не было.
– Когда ты его видела в последний раз, он был жив?
– Жив, только я боялась, что он в любую минуту умрет. Этот врач из "Молоха" противный и мерзкий тип. Он сказал, чтобы я забыла все, что видела у Толика в квартире. Тебе надо его наказать!
– Накажем, - улыбнулся Вадим.
– Я положила ключи на капот и оставила джип у подъезда.
Кстати, этот джип пытались обстрелять на светофоре.– Кто?
– Те, кто были в микроавтобусе.
– Толика я больше не видел. Ни живым, ни мертвым. Ты бы смогла опознать тех, кто стрелял по джипу?
– Нет, конечно. В микроавтобусе были тонированные стекла, и я ничего не видела, кроме дула автомата.
– Бог с ним. Ты и в самом деле забудь все, что видела. Тебе не нужно про это вспоминать. Так будет намного спокойнее.
– Как же ты выбрался отсюда?
– Удалось связаться с друзьями.
– Я приезжала к тебе в деревню, но тебя уже не было.
– Что ты сказала?!
– Я приезжала, но тебя нигде не нашла. Я оставила в доме пакет с продуктами, ходила к бабке.
– Даже не верится, что ты приезжала... Послушай, а что заставило тебя вернуться?
– Я подумала, что тебе тут одному трудно, да и есть хочется.
Вадим засмеялся и придвинулся ко мне.
– Скажи, а у тебя так с кем-нибудь было, как со мной?
– Как?
– Ты вытворяла с кем-нибудь такие вещи раньше?
– Нет. Я была в шоке, когда увидела тебя на свадьбе. Я и подумать не могла, что ты законник.
– Кто тебе это сказал?
– улыбнулся Вадим.
– Брат.
– А он откуда знает? Кто твой брат?
– На свадьбе его представили тебе. Такой шкаф с огромными плечами и бицепсами. Слава.
– Это твой брат?
– Да.
– Он глотает анаболики?
– Нет. Он каждое утро занимается в тренажерном зале.
– Я наслышан о твоем брате. Толковый, перспективный. Если будет и дальше все делать с головой, то далеко пойдет.
– А ты ему помоги. Пусть он таким же крутым, как ты, станет. Он отличный парень. У меня дороже его никого нет, а жена у него, знаешь, какая красавица!
– Не все так просто, - засмеялся Вадим.
– Вот ты говоришь, что у него жена - красавица. А таким, как я, страшно семьи заводить.
– Почему?
– удивилась я.
– Потому что работа у меня такая собачья. Я живу одним днем, пойми, мне нельзя иметь слабые места, а семья это слабое место. Это место, где тебя всегда могут уязвить и диктовать условия.
– Ты же говорил, что был женат.
– Да, но теперь я даже рад, что все так закончилось.
Стемнело. Вадим взял меня на руки и отнес в дом.
– Интересно, чем сейчас занимается твой помидор?
– Висит на телефоне. Пытается вычислить, где я.
– Бедняга, он теперь, наверное, похож на переспевший плод.
– Наверное, - прошептала я, кончиками пальцев рисуя на груди Вадима сложный узор.
– Ты опять забыл пистолет?
– Ох, черт, совсем забыл.
Вадим пошел на улицу за пистолетом. В дверях он остановился и посмотрел на меня.
– Ты совсем без него не можешь?
– Не могу, - улыбнулась я и широко раскинула ноги.