Чтение онлайн

– Вера...

Теперь это имя обрело смысл, и слышать его было приятно. По телу забегали мурашки.

– Ты многого не знаешь. Первые три месяца после аварии, я был травой. Когда меня вывели из искусственной комы, я буквально учился заново говорить. И вот, наконец, окончательно придя в себя, я услышал неутешительный приговор. Несмотря на все внешние травмы, которые так испугали парамедиков на скорой, и долгий путь, который мне уже пришлось пройти, основная опасность крылась в переломе позвоночника. Позвонки

сместились таким образом, что было не ясно, смогу ли я когда-нибудь встать на ноги. Когда физиотерапия не помогла, мать увезла меня в госпиталь какого-то медицинского светилы в Германию, где я провел около года. Мне сделали еще три операции. И я пошел на это, потому что не желал сдаваться. Все это время мной двигала только мысль, что я смогу тебя снова обнять. Предупреждая твой вопрос: мама отобрала у меня телефон, мотивируя это тем, что волны, излучаемые им, не способствуют выздоровлению. Она ничего не рассказывала о тебе, сколько я не пытался вытянуть из нее хотя бы какую-то информацию. Поэтому мне оставалось только, вопреки ее уговорам, сделать все, чтобы найти мою Веру самостоятельно. Да, червячок сомнения, конечно, грыз меня изнутри, но я не верил в твою ложь ни на йоту. Я слишком хорошо тебя знал, хотя, надо признать, ты была убедительна. Но представь мое удивление, когда в твоей старой квартире я не нашел никого, кроме плохо говорящих по-русски рабочих. С огромным трудом мне удалось подловить новых хозяев, но они ничего не знали о девушке, спешно продавшей им квартиру. Я не отчаивался, веря, что рано или поздно все равно тебя найду. Но как? Ты вела такой замкнутый образ жизни, что мне оставалось надеяться только на чудо. Спустя три года, когда я уже не знал, в какую дверь стучаться и, было, потерял надежду, эта прекрасная женщина, зовущаяся моей матерью, участливо подсунула мне журнал, где среди фотографий гостей какой-то нашумевшей выставки в Нью-Йорке я вдруг увидел тебя. С супругом. И только тогда я, наконец, признал, что ты вышла замуж. Что твоя ложь - вовсе не ложь. Я проклинал тебя, не в силах забыть, ведь ты превратила мою жизнь в ад. И я, наконец, опустил руки, признавая, что ты давно забыла обо мне. Все было напрасно. Постепенно, я свыкся с этой мыслью, в моей жизни даже начали появляться какие-то проходящие женщины. Но стоило мне увидеть реакцию любимой на брата Алексея Полянского, я простил тебе все.

– Макс...

– Тише, я знаю, что говорю. Я люблю тебя... Вера, Ангелина, не важно. Я люблю тебя.

Три дня конференции пролетели незаметно. Мы с Максом совсем не расставались. Я искренне улыбалась, чего со мной не случалось со времен, когда мы жили вместе. Он сопровождал меня на семинарах, активно участвуя в дискуссиях. Я сопровождала его в поездках по городу, заражаясь его восторгом открытия новых мест. Вилла Вискайя, Винвуд или

океанариум - все одинаково привлекало его. Мы арендовали машину, в свободное время хаотично перемещаясь по городу, стараясь увидеть как можно больше. И не замолкали ни на секунду, изнывая от желания говорить друг с другом. А ночью наверстывали упущенное, отыгрываясь за десять лет невозможности прикоснуться к любимому телу. Вечером третьего дня мы сидели в ресторане, когда Макс взял меня за руку. Я поймала себя на мысли, что происходящее похоже на медовый месяц, спродюсированный голливудскими умельцами, сжимая его пальцы в ответ.

– Вера, прежде чем я задам тебе свой вопрос, прошу, по обыкновению, не уходи от ответа, пожалуйста.

Я рассмеялась:

– Хорошо.

– Знаешь, жизнь слишком коротка, как бы банально это ни звучало. Я понял это давно, но осознал лишь лежа на больничной койке. Теперь ты знаешь, что только мысль о тебе не позволила опустить руки. Поэтому сегодня я прошу тебя разделить со мной оставшиеся нам дни. Я прошу тебя больше никогда не убегать от меня.

Я смотрела на мужчину, в надежде поднявшего на меня глаза. Свою жизнь я отдала ему еще десять лет назад, но услышав прямое предложение, все равно не на шутку перепугалась. Хотя чего мне бояться? Жизнь коротка, без Макса же - жизни нет совсем.

– Обещаю.

Глаза моего спутника озарили восторг и любовь, казалось, наконец, все встало на круги своя. Мы. Вместе.

– Пойдем отсюда, - игриво шепнул Крылов, а я звонко рассмеялась. Он поднял руку, подзывая официанта, чтобы попросить счет.

– Подожду тебя на улице, - я поцеловала его в щеку, стараясь передать всю свою нежность и любовь этим простым жестом.

Выйдя из ресторана, я вдохнула воздух города, вновь связавшего меня с Максимом. Подойдя к краю тротуара, взглянула на свое отражение в лужице. Стоял тихий теплый вечер, наполненный терпкими запахами после прошедшего дождя, и я почувствовала себя невероятно счастливой, победно разбивая все свои маски, сливаясь в единое целое с девушкой из Зазеркалья.

– Ты победила, - кивнула я своему отражению.
– Но если призом всегда был Макс, я готова капитулировать.

Мой шепот поглотил визг тормозов. Я вскинула голову и тут же увидела, что проезжавший мимо автомобиль не вписался в поворот. Словно в замедленной съемке я наблюдала, как прямо на меня с огромной скоростью летит внедорожник, понимая, что не успею избежать нашего столкновения. Погибнуть именно так? Обрести покой и счастье секунду назад, чтобы в следующую все это было отнято тоннами железа, управляемыми, наверняка, пьяным водителем? Боже, как глупо...

– Вера!
– услышала я крик, прежде чем меня поглотила темнота.

Прости меня, Макс.

Я не смогу сдержать обещание...