Вопреки мечте
Шрифт:
Мы вошли в просторный зал, в котором уже собрались все желающие посмотреть на испытание невест Аллена Фаранского. Сам жених и его брат тоже были здесь, стояли на возвышении, на котором располагалось семь кресел. Рядом с ними были места для судебной комиссии, где расположилось четыре дракона. Моя сестра тоже была здесь, в толпе придворных, и затравленно смотрела на меня. Боится, что сейчас всем станет ясно, что она распускала обо мне грязные и пустые сплетни?
Когда все невесты расселись по своим местам, прозвучала торжественная музыка и слуги внесли какой-то непонятный камень, похожий на неровный, огромный бриллиант. Во
Стоило слугам установить этот камень перед участницами отбора, как по залу прошел взволнованный шепот, а девушки тревожно зашевелились. Я лишь недоуменно смотрела на камень и обеспокоенные лица дракониц. Что заставило их так нервничать?
— Приветствую всех на первом испытании участниц моего отбора! — торжественно произнес Аллен. — Сегодня эти очаровательные девушки пройдут проверку на чистоту, и как настоял наш магический наблюдатель, — Аллен кивнул в сторону своего брата, — проверка будет на артефакте «Мэстатис».
Так вот что это за святящийся кусок! «Мэстатис»! У меня в прямом смысле чуть не отвисла челюсть, это же каким надо быть гадом, чтобы подвергнуть девушек такому унижению! Этот артефакт не только определит наличие невинности, но и покажет сколько раз, девушка целовалась!
Меня накрыло паникой, я совершенно не хотела на всю Империю Альдерамин прославиться настолько нежеланной драконицей, что за восемнадцать лет меня никто даже не поцеловал!
В зале поднялся шум, но придворные не стали в открытую предъявлять претензии братьям Фаранским. Даже принцессы только нервно ерзали на стульях.
— Хочу сразу рассказать о действии Мэстатиса, — заговорил «гад», который, уверена, все это и устроил. — Девушка считается чистой и невинной, если артефакт не станет темнее красного цвета. Все остальные оттенки розового в зависимости от их насыщенности покажут количество драконов, с которыми девушки целовались. Если девушка уже не невинна, — при этом Адриан смотрел только на меня, и его взгляд однозначно говорил о том, что он не сомневается, кто из претенденток окажется запятнанной, — то артефакт засияет красным, и в зависимости от количества партнеров, оттенок красного будет становиться темнее. Участницы отбора будут считаться прошедшими первое испытание, если артефакт не окрасится в красный цвет. Мы все прекрасно понимаем, что поцелуи встречались в жизни каждой драконицы, и в этом нет ничего страшного.
С последними словами кронпринца, девушки расслаблено вздохнули, а многие и вовсе заулыбались. Меня же продолжало колотить от паники, разрастающейся в душе. Адриан внимательно наблюдал за мной и в его взгляде, было столько эмоций, от торжества до злости, что я не понимала, что на самом деле испытывает наш кронпринц.
Испытание началось, и первой пригласили принцессу Королевства Хрустальных Пещер Женевьеву Мельбурнскую. Она дотронулась до граней камня, и через несколько секунд он засветился ярко розовым цветом. Девушка была невинной, но опыт поцелуев у нее был весьма большой.
Следующая стала Анна Линсейская, и от ее прикосновения Мэстатис стал нежно розовым. Значит, целовалась она не так часто, как Женевьева.
Панические щупальца полностью парализовали меня. Меня сейчас ждет самый настоящий позор. Что делать? Может сбежать?
— «Что с тобой?» — с тревогой спросил Алекс в моей голове.
— «Да,
Белла, никогда тебя такой не видел. Что не так?» — насторожено спросил Фестер.Вначале захотелось послать всех к дьяволу и позорно сбежать, но это не выход. Алекс не должен страдать из-за моих комплексов. Это единственный шанс доказать, что мы никогда не состояли в интимной связи.
Мне было стыдно об этом говорить, но через пару минут они и сами все увидят.
— «Я никогда не целовалась! И сейчас об этом все узнают!» — панически произнесла я.
В голове наступила тишина, которая продлилась несколько секунд, а потом раздался дружный смех.
— «Ты что переживаешь об этом?» — проговорил Алекс, борясь со смехом.
— «Да, Алекс! Переживаю! Сейчас вся Империя Альдерамин узнает, что, как женщина, я никому не интересна!» — в отчаянье произнесла я, и ответом мне стал очередной взрыв смеха.
Я взглядом нашла своих друзей, и убедилась, что те, не скрывая своих эмоций на публике, в открытую смеялись, за что удостоились неодобрительными взглядами со стороны аристократов, которые стояли рядом с веселящимися парнями. Я послала им гневный взгляд и отключила нашу связь. Предатели.
Мой взгляд остановился на Адриане, которые гневно смотрел то на меня, то на моих сателлитов. Он понял, что мы переговариваемся, вот только понятия не имел, о чем именно.
— Принцесса Арабелла Шергонская! — объявил Аллен, и улыбнулся мне.
В зале повисла тишина, и даже «предатели» перестали смеяться, во всяком случае, слышно их уже не было. На негнущихся ногах я подошла к «Мэстатису», надеясь, что он исчезнет, а его место заменит обычный артефакт, определяющий невинность. Как же стыдно было раскрыть перед всеми столь личные подробности своей жизни!
— Надо не смотреть на него, а дотронутся, — насмешливо произнес Адриан, и по залу прошли смешки.
Я смерила кронпринца презрительным взглядом, желая ему когда-нибудь пережить такой же позор, которому он сейчас подвергает меня. В ответ он только вздернул бровь и кивнул на артефакт, намекая, что я всех задерживаю своей нерешительностью.
Ладно, я переживу это, но обязательно отомщу за эти унижения. Вздохнув, я приложила правую руку в гладкой поверхности камня. Секунда, другая ничего не происходило, а затем камень засиял чистым белым светом.
Больше никто не смеялся, повисла оглушительная тишина. Мне же хотелось провалиться сквозь землю. У всех принцесс Мэстатис светился разным оттенком розового, и только у меня полностью белым. Я самая нежеланная девушка из всех участниц отбора. Самая некрасивая и самая неинтересная для представителей мужского пола.
— Это какая-то ошибка, — ошеломленно произнес Адриан, первым придя в себя.
Как бы мне хотелось, чтобы так и было, но я не могла надеяться даже на каплю розового оттенка.
— Да, это ошибка! — раздались возгласы из зала.
— Она три года жила с гвардейцами! Не может такого быть!
— Она была беременна!
— … состояла в интимной связи с Крофордским!
Аристократы шумели, и требовали повторной проверки, не веря в мою невинность. Поднялся самый настоящий гвалт, как на базаре. Я отступила от камня, испытывая одно желание: поскорей убраться отсюда. Рядом с нашим возвышением показались мои друзья, которые с серьезными лицами смотрели на меня, и были готовы в любую секунду прийти на помощь.