Чтение онлайн

Все прошло как нельзя более гладко. Руслан, поступив в магистратуру, учился с шести до десяти вечера, потом, видимо, тусовался с «семьей», и набирал мне обычно в районе двенадцати, чтобы пожелать спокойной ночи. Концерт планировался, как и в прошлый раз, на девять. Идеально.

После удачного выступления я на подъеме сидела с ребятами в гримерке, чувствуя себя частью коллектива. Я даже забыла на некоторое время о Руслане и его женитьбе, пока не осталась вдвоем с Робертом, который все никак не мог собраться отвезти меня домой. Да, за это я тоже получила бы нагоняй от Руслана, и это тоже стало моей маленькой тайной. Когда я думала о том, что ради своего увлечения приходится так много от него скрывать, в груди появлялось неприятное

сосущее чувство — в основном, страх разоблачения. Но не стыд. Я считала, что имею право заниматься тем, что мне нравится, просто не хотела ругаться с Русланом.

Роберт укладывал в чехол свою гитару и собирал по гримерке какие-то вещи, то и дело отвлекаясь на разговоры по телефону, а я сидела на стуле и думала о том, как в данный момент мой жених возвращается домой, где его ждет так сказать жена. Наверняка, приготовила вкусный ужин, она же хозяйственная девушка. Возможно, спросит, как прошел его день, а он — из вежливости, конечно — спросит, как у нее дела в институте. Там, в квартире, есть еще его родственники, поэтому она не позволит себе смотреть на него слишком долго, но иногда их взгляды будут пересекаться…

— Ты о чем? — Роберт прервал мои фантазии, и я почувствовала, как лоб заныл от того, что я слишком сильно хмурюсь.

— Да так, — неопределенно ответила я, потирая переносицу. — Тебе долго еще?

— Можем выдвигаться… Если не хочешь пропустить еще по стаканчику, как в тот раз?

— Роберт!

На его лице проскользнула бледная тень задорной улыбки, какой я ее помнила. Он подхватил инструмент и еще пару сумок, и мы пошли к выходу.

— И все же, Кать, что случилось? — снова спросил Роберт, когда мы уселись в машину. — Я могу как-то помочь? Знаешь, чужие проблемы здорово отвлекают от своих.

— Да ничего особенного, — я застегнула ремень, молясь о том, чтобы Руслан не набрал раньше обычного. — Просто мой парень женился.

— Ты шутишь?! — Рука Роберта замерла на ключе зажигания. — И ты так спокойно об этом говоришь?

— Все очень сложно, Роб. Ты же помнишь, он чеченец, как твоя Луиза. Его вынудили жениться на какой-то девице, которую он знать не знал, — я вздохнула и продолжила. — Он клянется, что разведется с ней, когда пройдет некоторое время — чтобы не опозорить ее. Но блин… Они живут вместе в одной квартире! Меня это бесит!

Роберт вспомнил про зажигание и завел двигатель.

— Сочувствую, — наконец, изрек он после продолжительного молчания. — И через какое время он собирается с ней разбегаться?

— Летом.

Басист усмехнулся и покачал головой, не отрывая взгляда от дороги.

— Что?

— Да не разведется он с ней, не будь дурой. Почти год жить в одной квартире с девчонкой, к которой у тебя полный доступ…

— Руслан не такой! — возразила я. — Он обещал, и я ему верю. Просто сложно это переварить.

— Прости за вопрос, а у вас… эм… тоже пионерские отношения?

Я метнула на Роберта раздраженный взгляд, он перехватил его и снова скептически улыбнулся.

— Все понятно. До свадьбы ни-ни. С тобой. Но с ней-то свадьба была…

— Там живут его родственники!

— Ой, вот не надо этой фигни. Будто в этом городе мало мест, где можно исполнить супружеский долг.

— Заткнись, а?!

Я пожалела, что завела с Робертом этот разговор. Утешитель из него неважный, уж не знаю, характер такой или душевная травма дает о себе знать. Его откровения шокировали меня, но я не могла отмахнуться от услышанного. Он — парень, как и Руслан, и знает, о чем говорит. Или не знает? Он же судит по себе, а Руслан не такой! Он обещал жениться на мне. Год — не так уж много, ведь мы тоже встречались год, и он ни разу не позволил себе ничего лишнего. Однако… мы не жили вместе…

— Знаешь, что будет прикольнее всего? — снова обратился ко мне Роберт. — Если окажется, что твой чувак женился на моей Луизе. Она же вышла замуж вместо сестры. Получается,

как раз жених ее знать не знал.

Я усмехнулась такому странному предположению, но через секунду улыбка сползла с лица.

Это. Могло. Быть. Правдой.

Я вспомнила подробности рассказа Руслана о том, как его женили, потом — неожиданную встречу у школы, когда я назло ему поцеловалась с Робертом. Что он там делал в тот день, я так и не выяснила! Луиза… У нее ведь сестра училась в девятом! Раскрыв рот, я смотрела на дорогу. Да этого просто не может быть!

Заметив мое выражение лица, Роберт спросил:

— Что, сходятся фишки?

— Я спрошу его, — сдавленно проговорила я.

— А какая разница, на ком он женат? Не все ли равно?

— Нет! Погоди! — меня осенила новая мысль. — Если он женился на Луизе, он разведется с ней, и вы будете вместе.

— Да не разведутся они! — злобно крикнул Роберт. — Ты изучала эти их традиции, а такой простой вещи понять не можешь?! Все кончено!

— Быстро же ты от нее отказался…

Роберт резко затормозил на светофоре, так что меня швырнуло на ремень безопасности.

— Я не отказался. Она отказалась, — процедил он. — Я — рационалист. Наша песенка спета.

— Ну а я надеюсь, что все будет хорошо.

— Валяй. Только меня заразить не пытайся, у меня иммунитет к беспочвенному оптимизму.

— Ладно. Я буду надеяться за нас обоих.

Как ни странно, вдали от собственной семьи мне было спокойнее.

Условия, в которых мне предстояло теперь жить, нельзя было назвать комфортными — квартира, снятая вскладчину родителями трех студентов, была более чем маленькой и скромно обставленной. Из мебели в самой комнате располагался двуспальный диван и кресло-кровать, письменный стол, пара стульев и шкаф-купе. Почти всю кухню занимал кухонный гарнитур, обеденный стол да несколько табуретов. Единственным достоинством моего нового жилища была близость к центру, откуда все мы могли с легкостью добраться до своих вузов.

Два двоюродных брата Руслана, Овлур и Абдулла, учились в Первом меде, на третьем и четвертом курсе. Мы выходили из дома одновременно, и хотя ребята не раз предлагали подвезти меня на машине, я никогда не соглашалась, даже когда получила «благословение» Руслана. Не знаю, мне было как-то спокойнее добираться своим ходом.

Зная, что сильно смущаю ребят своим присутствием, я старалась по максимуму задержаться в институте, все задания, которые могла, готовила в библиотеке, и возвращалась домой под вечер. К тому времени Овлур и Абдулла уже были дома, а Руслан как раз собирался на учебу. Я готовила ужин, выходила, пока ребята ели, потом безвылазно сидела на кухне вплоть до возвращения Руслана. К одиннадцати возвращался мой муж, получал свою порцию ужина, и уходил в комнату, а я укладывалась спать на раскладушке, которая едва-едва помещалась между шкафами и столом, занимая последние пустые метры кухни.

Так мы и вертелись. Спустя месяц я даже привыкла к этому ритму, для меня важнее всего было продолжать учиться.

Сначала мы с Русланом подчеркнуто держали друг друга на расстоянии, но когда живешь с кем-то, как студенческом общежитии, поневоле начинается сближение. Я не привыкла дружить с парнями. Единственный переступивший черту «дальний знакомый» — Роберт, и отношения у нас были далеко не дружеские.

Когда мы вернулись в Москву, я вспоминала о Роберте каждый день. Рука тянулась к телефону, и лишь огромным усилием воли я останавливала себя. Что бы ни говорил Руслан, его статус мужа довлел надо мной, и я не могла переступить одну из многих установок, принятых у нашего народа — у замужней женщины не может быть друзей мужского пола, и уж тем более встречаться с парнем будучи в таком статусе для меня стало бы вопиющим нарушением наших устоев.