Волчье сердце
Шрифт:
Зорваггано взревел, в этом звуке слышалась боль. Лишь оказавшись за деревьями, окружавшими поляну, горожане посмели оглянуться. И дракон, и арбалетчики соответствовали друг другу как по размерам, так и по реалистичности. Единственным, что придавало картине неестественный оттенок, оказался Докирр, неспешным шагом шествующий прямо через драконье тело к герцогскому помосту. И тогда горожане зааплодировали. Слухи оказались правдой. Они не зря собрались здесь, в опасной близости от настоящего сражения.
Докирр раскланялся и занял свое место подле герцога. Горожане вышли из-за деревьев и уселись по краю поляны. Страх уступил место удивлению. Кто эти тринадцать? Они на таких не ставили… Те же, что ставили на Зорваггано, громко подбадривали своего любимца и давали советы.
Однако
Неужели его решили подставить? Ни следа Торвалли. А тот не мог сдаться без боя… Место то же самое — у края проецируемого изображения виднелась огромная баллиста, глядевшая прямо на дракона. Козырь шерифа не был заряжен. Или же был, но неизвестный стрелок просто промазал.
Пока герцог терялся в догадках, Докирр старался опуститься в свое кресло как можно глубже. Все дело было в том, что он узнал этих темных лошадок. Чертова дюжина собственной персоной. Все тринадцать разбойничков. Их-то и не следовало выпускать из виду. Озаботившись исключительно драконом, герцог как-то позабыл о своих недавних проблемах… и источниках дохода. Докирр же не считал себя тем счастливцем, кто напомнит ему об этом. Тем более что придворный маг чувствовал себя в ответе за происходящее. В том, что шерифско-герцогский план рухнул, определенно была и его вина, поскольку он собственноручно возложил на себя обязанность выдворить банду за пределы герцогства. И до сегодняшнего дня считалось, что с этим маг справился. Он и сам так считал. Волшебство оказалось бессильным, магия не смогла указать на местонахождение Дюжины. Докирр счел, что разбойники предпочли покинуть пределы герцогства. Но был и другой вариант — Спящий Тролль служил источником слишком сильных возмущений магического поля. Удались Дюжина поглубже в горы, и… Произойдет то, что уже случилось.
Хорошо еще, что лиц не видно. Иллюзорные разбойники выглядели в натуральную величину, а герцог сидел слишком далеко. Уж коллекционные-то портреты с указанием цены за данную голову он видел.
Единственное же, что в данный момент занимало разум светлейшего герцога, был вопрос о том, каким таким образом ему удастся сохранить свои деньги. Выходило, что лучшее, что можно предпринять, это просто сидеть и ждать. Эти молодцы, судя по их проворству, наверняка замочат дракона. Герцог не помнил, чтобы кто-то ставил кругленькую сумму на команды, не прошедшие регистрацию. А в том, что эти таковой и являлись, правитель не сомневался. Выходит, в случае победы этих неведомых проиграют все остальные! Никто из горожан не увидит денег как своих ушей. Удручало лишь то, что придется выплатить обещанные пять кусков за убийство дракона. А так — сам герцог ни на кого не ставил, поскольку весь выигрышный фонд и так принадлежит ему. Жаль пять кусков… Но и тут наверняка можно что-нибудь придумать. В любом случае шериф ответит за свой прокол.
Немного успокоившись, герцог уделил все свое внимание разворачивающемуся на поляне захватывающему действу.
Болты, выпущенные из огромных арбалетов, пробили-таки драконью чешую (герцог еще раз матюгнул Торвалли, утверждавшего, что это невозможно) и засели в ранах почти на две трети Наружу торчали лишь короткие черные обрубки. Однако для такого огромного тела это далеко не серьезно. Взревев, Зорваггано бросился в атаку. Ему навстречу, побросав арбалеты, устремилась половина бойцов, сжимая в руках короткие копья с длинными наконечниками Пока они отвлекали на себя ящера, остальные продолжали осыпать Зорваггано болтами. Целили они в основном в голову и лапы дракона, но пока без особого успеха.
Ящер красиво ускользал от ударов гибким телом, шипел и исходил паром. Огненного дыхания охотники пока могли не, опасаться, и все же драконий жар был весьма ощутим. Зорваггано был огромным зверем, и при должной сноровке попасть в него не составляло большого труда: едва голова с распахнутой клыкастой пастью уклонялась от очередного удара, чтобы попытаться напасть на бойца с тыла, как бока и лапы дракона подвергались немедленной атаке. И все же ящер двигался слишком быстро,
копьеносцы не успевали как следует навалиться на древко оружия, чтобы нанести дракону ощутимый вред. Да и попасть между чешуйками составляло известную проблему…Арбалетчики же не переставали осыпать крылатую бестию болтами. При этом, безусловно, нужно было стараться, чтобы не попасть в своих, потому как навесной огонь для мощных самострелов не слишком-то подходил. Те редкие болты, что вообще достигали цели, представляли для Зорваггано опасность умереть разве что от заражения крови. Как-нибудь позже. Однако главной целью для арбалетчиков оставалась голова дракона и расположенные на ней органы чувств…
Герцог уселся поудобнее, засунув под задницу небольшую подушечку. Зрелище начало захватывать даже его, как вдруг произошло нечто неожиданное. Чего, впрочем, следовало ожидать…
Из зарослей на краю поляны — той, иллюзорной — появились несколько воинов с оружием в руках. Герцог с удивлением узнал в них охотников, прошедших в отличие от этих официальную регистрацию. Изумление, написанное на бородатых рожах закоренелых преступников, было не менее сильным. Пожалуй, герцог мог их понять Явиться на место схватки и обнаружить, что твоим драконом уже заняты какие-то фраера, которых ты и в глаза никогда не видел!
Удивление сменила настоящая ярость. Но не успели зарегистрированные победители драконов ступить и шагу, как сверху, из переплетения ветвей на них свалилась прочная сеть. В одно мгновение не ожидавшие такого коварства охотники оказались спутаны по рукам и ногам. Герцог помнил, что шериф готовил сеть для Зорваггано, а потому и прорехи в них были великоваты. Освободиться же от оружия незадачливым охотникам помогли ребята, бодро спрыгнувшие наземь сразу же после падения сети.
Следом заросли раздвинулись и в других местах. Люди, повязавшие бородатых, среди которых герцог с удивлением разглядел Чангора и Тиролла, не успевали. Однако у новых особого пыла не наблюдалось. Разинув рты они глядели на схватку. Затем, не сказав ни слова, так же быстро ретировались обратно в заросли. Герцог плюнул с досады. Хотя в случае, если эти сопляки приняли бы участие в охоте и им каким-то чудом удалось бы завалить дракона… Этого не случилось, но страшная мысль навела правителя на иную догадку. Что, если копьеносцы и арбалетчики сделают так, что последний удар нанесет Тиролл или Чангор? От перспективы потерять порядочную часть своих барышей герцог почувствовал дурноту. Но упорно продолжал следить за развитием событий…
Арбалетчики, осознав наконец тщету своих попыток, похватали с земли длинные мечи и бросились на подмогу товарищам. Рукоять каждого такого клинка была необычайно длинной, на ней могли поместиться три, а то и четыре ладони. Совершенно молча полдюжины мужиков с обнаженным оружием вклинились между притомившимися братками. Мечи сверкнули, и длинные лезвия полоснули по чешуе. В общем-то без толку, но Зорваггано почему-то взревел и попытался в очередной раз вцепиться в одного из бойцов зубами Тот отклонился, и когтистые лапы вспахали землю, гася инерцию огромного тела. В тот же миг клинок одного из трехручников впился в сустав правой задней лапы. Дракон выпустил струю пара и бросился к обидчику. Боль заставила его сделать ошибку — в тот же миг другая лапа была атакована одним из копьеносцев.
Яростный рев дракона потряс деревья. Сбив наземь одного из бойцов, он тут же метнулся назад. Чтобы не оказаться сбитыми с ног мощным хвостом, троим охотникам пришлось пригнуться к самой земле. Словно вспомнив о наличии этого ценного придатка, Зорваггано резко остановился и хлестнул кончиком копьеносца, все еще опасаясь приближаться к острой штуковине в его руках Охотник упал, но едва ящер метнулся вперед, чтобы разорвать человека, как сбоку подскочил другой. И тут время будто остановилось. Как показалось герцогу, он смог уследить за каждым движением стремительного тела, разглядел даже выражение упрямой решимости на показавшемся смутно знакомом лице… Чтобы тут же пуститься вскачь с прежней быстротечностью. Длинный клинок блеснул в солнечных лучах и совершенно бесшумно исчез в голове дракона. Из уха, куда вонзился меч, вытекла тонкая струйка крови. И все.