Воин Бездны
Шрифт:
Гоэл тяжело вздохнул.
– Ну вот… Осталось нас едва с дюжину: я, Эрле, Дениэль, Яник, само собой… ну Жорд ещё – он всегда был не дурак дно в кувшине поразглядывать, а тут напрочь спился. От безысходности, наверно: он же без гарпунов своих ни лечь ни встать, даром что не облизывает, дуралей… и на тебе – стрелять не в кого!
Гоэл смущённо крякнул.
Да и я тоже, чего греха таить, того… попивал тогда. А чего делать-то? На другое судно? Кто возьмёт – старый уже, молодым не хватает… Короче, месяц в порту сидим, другой, третий – фоморы на севере зашевелились. Повезло капитану! Если б не это, пошёл бы он сам шкоты тянуть на торговце. Ну или в пираты… А так флот начал скупать китобойные посудины, что на прикол встали. Наш «Горностай», правда, сначала брать не хотели – маловат, мол. И тут, опять капитану на счастье, появляется Лоэ. Неведомо откуда: только что не было, и тут на тебе – судовой лекарь у нас. И сразу завертелось все – судно у Салауна купили, починили, в кеч перевооружили, новый гарпунный лук поставили… И главное, быстро так – раз-раз и готово!
Команду новую набрали, как раз и Баст на борту появился. Сразу начал флотский порядок наводить: ребята было рты открыть попробовали, да он мигом успокоил – сам знаешь, у него не ржавеет… Пошли мы на север уже военным кораблём – все честь по чести. Сначала вдоль побережья, капитан все чего-то в картах ковырялся, я видел краем глаза… Уж что там ему понадобилось, не знаю.
Ну вот, парень, – Гоэл встал, тяжело опираясь на канатную бухту. – Остальное ты и сам знаешь. Ладно, бывай! Пойду я, а то ещё Баст заметит…
Он махнул на прощание. Ссутулился и побрёл к люку.
Эрван проводил его задумчивым взглядом.
Итак… Салаун три раза пытался открыть землю на западе. Ухлопал кучу времени, сил и денег, да чуть не погиб в придачу. Казалось бы: ну не даётся тебе цель – отступи! Нет же, отправился на глубину в четвёртый раз…
Эрван мысленно зааплодировал упорству капитана.
Четвёртый, значит… Интересно, он не боялся заразить невезучестью
Эрван довольно улыбнулся, кивнул сам себе.
Похоже на то! Отсюда и деньги на экспедицию, и быстрое переоснащение «Горностая»… Зачем было оставлять судно под его началом? Ведь гражданский капитан на боевом корабле – чушь, несуразица! А так вроде получается разумно: флоту достаются знания и опыт Салауна, а тому – участие в великом предприятии, которому он посвятил всю жизнь.
Внезапно Эрван помрачнел. Невидящими глазами уставился на свинцовые волны.
А ведь не позавидуешь Салауну… Сложно представить, каково это: чувствовать, что усилия всей жизни пошли насмарку? Что ты низведён до уровня подмастерья, и плодами твоих трудов воспользуется другой?
Эрван поёжился: непонятные поступки капитана, его мрачное настроение и нелюдимость представали в ином свете.
Ладно, допустим… А потом? Когда погиб «Дракон»? Ответственность за экспедицию легла на плечи капитана, разве нет? И бунт удалось подавить в зародыше, и глубину прошли, вон – даже волны нормального цвета… Тогда зачем это странное назначение помощником? Зачем капитан требовал, чтобы Эрван думал сутки? Чего Салаун хочет? Чего ждёт от него?
Эрван чувствовал – разгадка близко, на расстоянии вытянутой руки… Казалось, напрягись, поразмысли ещё немного, и она придёт сама.
Эрван покачал головой.
Не все так просто. Новая, мудрая и проницательная часть естества предостерегала: не торопись, не спугни – тайны не любят пристальных взглядов…
Эрван попытался выкинуть назойливые мысли из головы. Медленно, словно лаская, провёл рукой по гладкой древесине фальшборта. Закрыл глаза.…Он видел корабль со стороны и сверху – будто глазами неведомой птицы. Блестело солнце. Океан, ещё недавно тёмный и угрожающий, приобрёл нежно-синий оттенок. В прозрачной воде Эрван разглядел тусклое серебро рыбьих косяков, серые тени акул, мохнатые плети водорослей на дне… Как ни странно, зрелище не вызвало особого удивления – видно, он мало-помалу привыкал к дару спрута. Внимание Эрвана приковало судно.
Да, это был «Горностай»: знакомые обводы корпуса, низкая корма, длинная игла бушприта. Ошибиться Эрван не мог.
И всё же, всё же… Мачты стояли не на своих местах – грот ближе к полубаку, бизань – к корме. Гафельная шхуна? Эрван пригляделся: словно повинуясь его желанию, судно приблизилось, контуры обрели чёткость – теперь Эрван наблюдал за кораблём с расстояния в дюжину саженей.
Он с изумлением глядел на добротные паруса, свежеосмолённые борта, сияющие белизной доски палубы и бодрый экипаж. Матросы были незнакомы, хотя… Неужели вон тот загорелый, с белоснежными зубами – Гоэл? Куда делась сутулая спина, неловкая походка, дребезжащий старческий голос? А тот, чуть подальше, в распахнутой рубахе, поджарый и остроносый? Жорд? Ну да, точно он – выговаривает что-то Эрле, такому же рыжему, как сейчас.
Прошлое? Наверно. Эрван усилием воли заставил рассудок умолкнуть – просто глядел во все глаза и как губка впитывал все, что видит.
А где же Салаун? Эрван бесплотным духом проскользнул в каюту. Вот и капитан: грива чёрных волос без единой седой пряди, молодое лицо с преждевременными морщинами на лбу, зелёные проницательные глаза. На плечах неизменный плащ – только блестящий, новый… Эрвану показалось, что он ощущает дорогой запах хорошо выделанной кожи.
Капитан словно почувствовал чужое присутствие: резко встал из-за стола, прошёл к дверям и принялся настороженно оглядывать комнату.
«Если я чую его, то, может, и он – меня?» – мелькнула тревожная мысль. Не успел Эрван испугаться, как вновь оказался на знакомой палубе: могучие валы захлёстывали судно, качка сбивала с ног, из угольно-чёрных туч сыпалась ледяная крупа.
«Зима? Шторм? А куда делось солнце?»
Эрван не успел удивиться как следует: корабль завертело, палуба резко ушла вбок – Эрван почувствовал, что падает в пучину.
Он беззвучно закричал, попробовал было уцепиться за ванты призрачными руками… И понял – уже не нужно.Судно опять стояло на ровном киле, вокруг носились жадные чайки – Эрван едва не одурел от их криков. Полуденное солнце обдавало палубу жаром, в его лучах густая кровь на досках засыхала и трескалась, оставляя бурые пятна. Десятки матросов, едва не задевая друг друга локтями, разделывали окровавленные тела, ловко орудуя тесаками: отдельно мясо, отдельно жир. Кишки и печень летели за борт – Эрван заметил в розовой пене острые морды акул.
«Кого это они? Неужели людей?! Нет же – вон шкуры, стопкой лежат! Тюлени, а может – котики…» – Эрван ощутил облегчение пополам с омерзением.
«Слава Богу, хоть запахи не чувствую», – он хотел брезгливо отвернуться, но опоздал: картинка поменялась снова.
Угрюмые, ожесточённые лица. Мрачные взгляды исподлобья, руки с клинками всех видов и мастей…
Резкий вопль:
– На рею капитана!
Топот грубых башмаков, яростная брань, затем – лязг оружия… И кровь. На сей раз – человеческая.
Алая, исходящая паром лужа на грязных досках.
Кажется, Эрван закричал. Распахнул глаза, заполошно озираясь: не услышал ли кто? Нет, кажется, пронесло.
Он по-прежнему стоял у фальшборта. Совсем рядом грохотал хмурый океан, брызги от крутобоких волн смешивались с мелкими каплями дождя.
Эрван перевёл дух. Вытер со лба ледяную испарину. Засунул руку под рубаху, чувствуя ладонью глухое и неровное биение сердца. Сглотнул, потом задышал глубоко и часто – подкатившая было дурнота отступила.
Эрван не сомневался: он видел куски из прошлого. Как это произошло? А главное – почему?
Эрван почесал в затылке, с опаской разглядывая мокрую палубу. Ни души.
«Только я и „Горностай“», – подумал он.
Случайность ли это? Быть может, только отстранившись от обыденной суеты, не слыша назойливых голосов вокруг, оставшись с кораблём один на один – только так и можно было увидеть… то, что он увидел?
«Да-а… Капитан-то не просто так настаивал на одиночестве. Выходит, о том, что я увижу… тоже знал?»
Забыв о качке, Эрван сделал шаг от борта. Поглощённый мыслями, прозевал крен и едва не упал. В отчаянном прыжке достиг мачты, крепко обхватил, прижался щекой к струганому дереву…
«Горностай» вскарабкался на волну и легко соскользнул вниз. Затем на вторую, третью… Эрван не спешил разжимать руки: последняя деталь головоломки встала на место – в душе воцарились мир и покой. Лихорадка сомнений, вопросов и страхов исчезла без следа. Теперь он знал.
Он провёл ладонью по мачте – аккуратно, медленно, словно гладил пугливого зверя. Прошептал:
– Странно, правда? С весны рядом, а я только сейчас обратил на тебя внимание. Прости меня, пожалуйста.
Он помедлил, с трудом подбирая слова:
– Зато теперь я начал тебя понимать. Ты же у нас трудяга, верно? И честно, до конца выполняешь ту работу, что достаётся, – как бы тяжела и неприятна она ни была.
Эрван грустно улыбнулся.
– Наверно, мы чем-то похожи: и я стараюсь как следует делать своё дело – как бы трудно не было. Может, наше сходство ещё обернётся во благо нам обоим? Быть может, тебе будет легче понять меня и – принять? Я очень надеюсь на твою помощь. Без тебя мне не справиться.
– Не рано ли? – Капитан, не поднимаясь из-за стола, устремил на Эрвана испытующий взор.
– Нет, – спокойно ответил Эрван. – Я готов.
Долгая пауза.
– Итак, вы готовы. Позвольте осведомиться – к чему?
– Вести судно дальше. На запад. Сколько понадобится.
Капитан поднял брови, недоверчиво покачал головой. Встал из-за стола, подошёл вплотную, сверля Эрвана пронзительным взором, – тот не отвернулся.
Наконец взгляд Салауна потух, плечи опустились. Теперь он выглядел усталым и больным. Старым.
– Ты понял.
Голос был глухим и отрывистым, словно два простых слова отняли у капитана уйму сил.
– Не совсем, – Эрван пожал плечами. – Скорее догадался. Почувствовал. Корабль мне показал… Кое-что.
– Что ж. Может, объяснишь подробнее?
В тоне капитана Эрван не уловил иронии – лишь неуверенность и… надежду?
«Вот она, последняя проверка!» – Эрван вздохнул про себя: как выразить невыразимое?
– Я попробую. И заранее прошу простить и поправить – если что не так.
Салаун молча кивнул. Эрван начал: медленно, с трудом подбирая слова:
– Много лет назад вы пережили то же, что и я. Ну или нечто похожее. Я прав?
Капитан ничего не ответил, лишь слабо махнул рукой: продолжай!
– Думаю, с тех пор в вашей жизни появилась цель – открыть западные земли. Быть может, вы хотели заполнить внутреннюю пустоту – как я сейчас. Вы тратили на это время, силы, деньги… Жизнь.
Эрван перевёл дух, украдкой поглядывая на капитана. Тот оставался безмолвным.
– Итог… Три попытки, и все напрасно. В последний раз, оказавшись без команды, с наполовину разбитым судном, вы решили: всё, мечта недостижима.
Мало-помалу Эрван успокоился: неуверенность исчезла, голос зазвучал спокойно и размеренно:
– Когда Лоэ предложил вам участвовать в этой экспедиции, вы вряд ли долго раздумывали: наоборот – уж если открыть новую землю вам не суждено, пусть это сделает другой! А вы готовы были помочь опытом, советом, уникальным чувством моря.
– Вы слишком хорошо обо мне думаете, кадет, – Салаун улыбнулся одними губами, глаза по-прежнему смотрели внимательно и серьёзно. – Я раздумывал долго. Очень. Но в остальном верно. Продолжайте.
Эрван в задумчивости потёр виски: подбирать нужные слова становилось все труднее. Он чувствовал, что идёт по лезвию ножа.
– Как бы то ни было, вы согласились. Оказалось, что в этом были и преимущества:
исчезла ответственность, исчезли сомнения – оставалось лишь сделать то, что должно.Эрван догадывался – он говорит жёстко, а то и жестоко. Но понимал – время недомолвок кончилось, от него требовалась полная откровенность… что бы за этим ни последовало.
Он сделал паузу, собираясь с мыслями. Капитан молчал.
– Но «Дракон» сгинул, и вся ответственность за экспедицию легла на вас – будто судьба в насмешку дала ещё один шанс. А потом грянул бунт…
Эрван припомнил видение из прошлого: безжалостные лица матросов, тусклый блеск обнажённой стали… и алую кровь на досках палубы.
«Эх, Гоэл… Не всё ты мне рассказал! Не всё».
Эрван продолжил:
– Я краем глаза подсмотрел тот бунт, прошлый. Вернее, он мне привиделся… Неважно.
Он сбился. Почувствовал, что краснеет. Торопливо продолжил, пока стеснительность не одолела совсем:
– И хотя наш удалось подавить в зародыше, вы пришли к выводу – ваш злой рок никуда не делся, корабль обречён. Так?
– Да.
Салаун кивнул с мрачным одобрением:
– Ты многое понял, кадет. Говоришь, видел тот бунт? Подозреваю, не только это.
Он вернулся к столу и сел, по-стариковски сгорбившись.
– Я не спрашиваю, что ты видел. Это несущественно. Главное – видел: «Горностай» не так прост и не каждому открывает душу… А у тебя всё получилось.
Он перехватил взгляд Эрвана. Без труда прочитал невысказанный вопрос.
– Для того я и дал тебе сутки. Хотел знать, примет ли тебя корабль. Теперь убеждён – примет. Вернее, уже принял.
– Но почему? – воскликнул Эрван.
Всё было в этом вопросе: и страх, и недоумение, и толика гордости…
«Почему я? Почему не Лоэ или Баст? Они умнее, опытнее, старше… Почему ты уверен, Салаун, что моя судьба окажется лучше твоей? И есть ли она вообще – судьба?»
– Почему? – ровным голосом переспросил капитан. – Подойди ближе, Эрван Гвент. Посмотри на меня.
Эрван повиновался.
…Это было похоже на встречу со спрутом: Эрван будто растворился в личности капитана… Ощутил тоску – тоску по мечте, которой не суждено сбыться. Почувствовал глухую, бессильную ярость на судьбу – ярость сильного человека, побеждённого необоримым противником. Пережил страх пополам с досадой – страх за судьбу экспедиции, за жизни доверившихся людей… и досаду на то, что плодами трудов и лишений воспользуется другой.
Всего на мгновение Эрван прикоснулся к знаниям капитана… и был оглушён, почти раздавлен: Салаун любил и понимал океан, как вряд ли дано обычному человеку. Морские звери, рыбы и растения, течения, скалы, рифы и глубины, капризы климата, оснастка экзотических кораблей и списочный состав флота… Капитан знал всё. И всё умудрялся держать в голове.
«Куда уж мне… – ошарашенно подумал Эрван. – Я по сравнению с ним – сопляк-неумёха! Мне для такого годы нужны: и неизвестно, смогу ли…»
– Теперь понимаешь? – спокойно произнёс капитан. Замолчал на миг, пристально разглядывая Эрвана. – Понимаешь.
Эрван ошалело замотал головой. Медленно, хрипло произнёс:
– Да. Кажется… И всё равно: это цель всей жизни вашей – неужели вот так просто возьмёте и откажетесь? Теперь, когда до этой несчастной земли рукой подать, – мы-то с вами знаем, верно?
Капитан предостерегающе вскинул руку. Эрван осёкся.
– По пунктам: нет, не просто; да, возьму и откажусь; да, земля близко; да, мы оба это знаем, и поэтому здесь ты, а не Лоэ или Бастиан.
Капитан грозно нахмурился.
– Я ответил на твои вопросы, Гвент, хотя и не должен был. Теперь ты ответь: вся эта болтовня – не оттого ли, что ты просто боишься принять ответственность? И боишься признать это? Прежде чем заговорить, подумай как следует. Я не тороплю тебя.
Повисла гнетущая тишина.
«А ведь он прав… Прав? Да, конечно. А ведь как я лихо начал: готов, мол, вести судно… Тоже мне, герой нашёлся! А как разговор всерьёз пошёл – струсил! Почему, мол, я, почему не Лоэ, не Баст… А он меня раскусил, понятное дело: раз я его более-менее понял, то он меня – тем более насквозь! Стыдно. И страшно».
Эрван вытер холодный пот со лба, стараясь не замечать пронзительного взгляда капитана.
«Ну и что делать-то? Признаюсь, что трушу, и ладно: я даже не офицер ещё, куда мне судном командовать? Каждый должен своим делом заниматься, а то судьба, судьба… Да и какая ещё судьба? Кто её выдумал? Может, Салаун её вообразил себе, а заодно и меня убедил, а?»
Эрван искоса глянул на капитана: тот погрузился в изучение бумаг, словно забыв о существовании Эрвана.
«Ну давай – думай, думай! Что делать-то? Угроблю судно, не дай бог, – кто за это ответит? Да и останется кому отвечать? Людей погублю…»
Эрван почувствовал: с каждым мгновением его всё сильнее охватывает паника. Ещё немного – и он поддастся ей, а тогда…
Он сглотнул, прокашлялся. Произнёс насколько мог решительно и твёрдо:
– Да, капитан. Я боюсь. Но готов сделать всё, что в моих силах.
Салаун тяжело вздохнул. Наградил Эрвана тяжёлым пристальным взглядом.
– Что ж. Хороший ответ. Честный. Каждый должен делать всё, что в его силах, и надеяться на лучшее.
Да будет так.«…На берегах этого острова были устроены террасы, на террасах росли раскидистые деревья, а на ветвях сидели огромные птицы…»
– Вроде похоже, – Эрван оторвал взгляд от острова и повернулся к Лоэ. Машинально смахнул дождевые капли, повернулся спиной к порывам ледяного ветра.
– Что там дальше?
«…Мэл Дуин первым ступил на берег, опасаясь какой-нибудь коварной беды, но так ничего и не нашёл. Тогда его спутники поспешили за ним, убили и съели множество птиц, а остальных забрали с собой в лодку». Может, последуем его примеру?
Доктор бросил в сторону Эрвана косой взгляд.
Эрван задумался: небольшой, едва полмили в поперечнике, с удобными для высадки пологими берегами, кишащий нелетающими птицами остров казался идеальной промежуточной стоянкой. Целая куча дармовой еды – приходи и бери!
Он решительно мотнул головой:
– Нет. Идём дальше.
– Могу я спросить почему… капитан?
Эрван предпочёл не заметить ехидства в голосе доктора.
– Большая земля милях в десяти от нас, не больше. С попутным ветром будем там через пару часов, упустим прилив – нас разобьёт в щепки.
На плечо легла тяжёлая рука.
– Парень, команде это не понравится, – голос Бастиана звучал озабоченно, почти тревожно. – Ребятам сырая рыба поперёк горла… И пройти мимо такой вкуснятины?
Он кивнул в сторону гомонящих птиц, таких близких, притягательных и доступных.
– Какая спешка? Пропустим этот прилив, дождёмся следующего – делов-то! Или пройдём вдоль берега, поищем место поудобнее.
– Баст… Ты не понимаешь, – Эрван изо всех сил пытался не дать волю раздражению. – Во-первых, мы скоро окажемся на незнакомой территории. Кто нас там встретит и как? Хоть бы высадиться без помех и чужих глаз… А прямо перед нами – безлюдная лагуна и цепь рифов перед ней: я чувствую присутствие рыбьих стай – не спрашивай, как! – на них не охотились очень долго.
– Пусть так, – перебил его Бастиан. – Но что мешает переждать в паре миль от берега?
– Корабль будет заметен издалека. Неизвестно, кому мы попадёмся на глаза. Быть может, нам успеют организовать встречу. Какую – опять же неизвестно.
Эрван выпрямился, расправил плечи. Пристально посмотрел в глаза – сначала боцману, потом Лоэ.
– Мне доверена судьба корабля и экипажа. Заслуженно или нет – вопрос другой. Но я намерен исключить любой ненужный риск. Насколько это возможно.
Лоэ сухо кивнул.
– И потому вы намерены без подготовки, без лоции и карты провести судно сквозь рифы. Своеобразное представление о риске.
– Да, я знаю. Но иного выхода не вижу.
Он помедлил. Замялся: говорить или нет? Все-таки решился:
– И ещё кое-что… «Горностай» на последнем издыхании – удар кита не прошёл даром. Обшивка по правому борту еле держится на шпангоутах: течь может открыться в любой момент.
Лоэ недоверчиво вскинул брови:
– Интересно. Вы уверены? А Салаун знает?
– Да.
– И несмотря на это, доверил вам командование судном?
– Да.
Бастиан и Лоэ переглянулись. Эрван ждал. Минута тишины, другая…
Лоэ заговорил первым:
– Что ж. Поступайте как считаете нужным, капитан Гвент.
Боцман от души хлопнул Эрвана по спине. Приобнял за плечи, шепнул на ухо:
– Коли решил – действуй, парень. Удачи!
Доски задрожали под тяжёлыми шагами. Несколько мгновений спустя раздался громовой рёв:
– Отставить галдёж, негодяи! Берег рядом, там и отожрётесь! Если прежде кой-кому зубы не выбью – жевать нечем будет!
Стараясь не обращать внимания на глухой ропот матросов, Эрван покосился на Лоэ – тот задумчиво глядел боцману вслед.
– Что ж, могу только повторить за нашим уважаемым Бастианом: «Коли решил – действуй». Так, кажется? А я, пожалуй, присоединюсь к экипажу – одного боцмана может и не хватить.
Он поклонился.
– Конечно, если не будет других приказаний… капитан.
Несмотря на серьёзность момента, Эрван не смог сдержать улыбку.
– Знаете, доктор, я до сих пор не могу понять, когда вы шутите, а когда нет.
Лоэ наградил его мрачным взглядом.
– Я серьёзен как никогда, Эрван Гвент. Сейчас решается судьба экипажа, корабля – всего похода, наконец!
Он тяжело вздохнул. Покачал головой.
– Признаюсь, я был против того, чтобы вы приняли командование. Да, я слышал все эти рассуждения о судьбе и прочем: на мой взгляд, это просто смешно. Именно теперь, когда Салаун нужен как никто другой, – он берёт и устраняется под нелепым предлогом!
«Нечего сказать, вдохновил на подвиги…» – Эрван судорожно сглотнул. Пытаясь скрыть обиду, перешёл в наступление:
– Тогда почему? Маски долой, доктор: я прекрасно понимаю, кто настоящий глава экспедиции! Стоило вам сказать слово – и здесь, у румпеля, стоял бы Салаун, а не я!
Доктор грустно усмехнулся.
– Понимаете? Нет, ничего вы пока не понимаете, хоть и стараетесь! Молодость… Вы здесь только потому, что я доверяю Салауну.
Он задумчиво посмотрел на Эрвана.
– Доверие – странная штука, Гвент. Оно имеет смысл, только если доверять до конца – несмотря на все колебания и сомнения. Несмотря на то что сам поступил бы иначе, и быть может – лучше. У меня есть причины доверять Салауну.
Доктор отвернулся, голос его был едва различим сквозь рокот волн.
– Салаун доверяет вам. Мне это несколько… странно, учитывая историю ваших отношений. Но как бы то ни было, он свой выбор сделал.
Он повернулся к Эрвану, ледяные глаза смотрели пронзительно и строго.
– Не подведи, Эрван Гвент. Ни его… ни себя.