Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
— Говори что хочешь… Мне все равно… — Терренс снова опускается на корточки, с тяжелым, частым дыханием нежно целует Ракель в живот и медленно проводит руками по ее ногам, бедрам и ягодицам. — А лучше заткнись. Дай мне насладиться твоим телом… Твоя болтовня только отвлекает меня.
Терренс обеими руками проводит по нижней части оголенного живота Ракель и оставляет на нем еще парочку поцелуев.
— Ах, Ракель… — низким голосом произносит Терренс, медленно поднимается на ноги и нежно целует Ракель в губы, держа обе руки на изгибах ее талии. — Ну почему ты не надела что-то другое? Почему не нарядилась в платье? Не показала свои длинные стройные ножки?
Терренс кончиками пальцев дразнящими движениями ласкает промежность Ракель.
— Вот бы на тебе было то шикарное платье этой наивной дурочки Рэйчел, — мечтательно произносит Терренс. — Оно бы смотрелось бы на тебе гораздо сексуальнее… Я бы с радостью снял его, дошел до твоего нижнего белья и подчинил это тело себе…
Терренс проводит рукой по оголенному животу Ракель.
— И позволил бы моему члену сделать свою работу… — с несколько похабной улыбкой добавляет Терренс. — Сделать все, чтобы ты осталась довольна.
Терренс оставляет парочку поцелуев на губах Ракель.
— В моих умелых руках мечтают оказаться многие девушки… Еще никто не смог сопротивляться и оставаться равнодушным к моим ласкам…
Терренс большим пальцем проводит по губам Ракель, которая неотрывно смотрит на него с довольно частым дыханием и слегка покрасневшим лицом.
— Как, впрочем, и никто из мужчин не отказался бы почувствовать твои нежные руки… — задумчиво добавляет Терренс. — И засунуть член в твою прекрасную попку… Или же твой ротик… М-м-м…
Терренс ртом обхватывает каждый сосок Ракель через тонкую ткань, а затем покрывает страстными и влажными поцелуями всю ее шею, позволив своим рукам ласкать изгибы женской талии и сжимать ее ягодицы и грудь.
— Какой же ты больной ублюдок… — с презренной ухмылкой произносит Ракель. — Самый настоящий похотливый ублюдок, у которого не все в порядке с головой. И который думает, что я хочу отдаться ему, встать перед ним на колени и сделать ему чертов минет…
— Что там ты сказала? — переспрашивает Терренс, отстраняется от шеи Ракель и в упор смотрит ей в глаза.
— Что слышал! — Ракель уставляет в глаза Терренса свой ледяной взгляд. — Мало того, что у тебя невыносимый характер, так ты еще и свою похоть усмирить не можешь.
— Да что ты?
— Наглый, бессовестный, похотливый ублюдок, которого я до смерти ненавижу. Которому ужасно хочу со всей силы врезать между ног. Чье лицо я хочу расцарапать ногтями.
На пару-тройку секунд в воздухе воцаряется пауза, во время которой тяжело дышащие Ракель и Терренс продолжают буквально убивать друг друга своими напряженными взглядами, которые, может быть, и полны злости, но также не лишены небывалой страсти, которой сейчас одержимы оба. Девушка возбуждена в результате действий мужчины и не скрывает своей обиды за то, он подло поступил с ней в день их скандала с рукоприкладством. И одержима ненавистью из-за того, что он некоторое время назад целовал и обнимал другую прямо на ее глазах. А МакКлайф… А он с самого начала не отрицает, что с большим удовольствием вступил бы в интимную связь с этой темноволосой красоткой и овладел ее роскошным телом, которое он так жаждет увидеть абсолютно обнаженным.
Терренс все это время в упор смотрит на Ракель, слишком уж тяжело дышит и напрягает каждую мышцу своего тела, как будто собираясь сделать что-то похуже, чем рукоприкладство. Однако еще одного подобного случая не происходит. Вместо этого мужчина довольно резко и крепко хватает девушку за
горло и впечатывает ее в стену. Из-за этого сердце той на мгновение уходит в пятки и начинает биться в разы чаще. Она приходит в ужас от одной только мысли, что он хочет задушить ее прямо здесь. Поначалу она чувствует сильную нехватку воздуха и отчаянно пытается поймать хотя бы глоток и убрать руку, что сильно сдавливает ей горло, но потом черноволосый мужчина слегка ослабляет хватку, но уставляет на брюнетку еще более испепеляющий взгляд, полный бешеной, огромной страсти.— А вот это ты сказала зря , красотка, — очень низким голосом уверенно говорит Терренс. — Очень зря.
Терренс немного поправляет Ракель волосы и пальцем нежно проводит по ее гладким на ощупь губам.
— Думаешь, я так и буду терпеть то, что ты оскорбляешь меня и строишь из себя хер знает кого? — удивляется Терренс. — А вот и нет!
Терренс снова довольно крепко сдавливает Ракель горло, и ей начинает катастрофически не хватать воздуха, а сама широко распахнувшая и слегка побледневшая от страха девушка безуспешно пытается убрать его руку.
— Раз уж ты не захотела, чтобы все произошло по-хорошему, то я буду действовать по-плохому, — более низким голосом добавляет Терренс. — Ты сама напросилась за неприятности.
На этот раз Терренс становится еще более наглым и бессовестным и не стесняется засунуть руку прямо в джинсы Ракель, нащупать там ее нижнее, скорее всего, кружевное белье и начать уверенно стимулировать женский клитор, мысленно отметив, что в ее влагалище сейчас очень влажно. Прилив жара мгновенно накатывает на девушку, и она не может сдержать стона от того приятного тепла, что зарождается у нее где-то внизу живота.
— Ах, какая ты у меня мокренькая… — с наслаждением произносит Терренс. — Как тебе нравится… Как ты возбудилась…
Терренс чуть активнее начинает стимулировать клитор Ракель, которая просто не в силах сдержать чувственные стоны, слегка покачивая бедрами.
— Твое тело сдалось мне без боя, — ехидно усмехается Терренс. — Ни секунды не сопротивлялось.
Терренс одаривает Ракель продолжительным поцелуем в губы, во время которого он активно работает языком у нее во рту, все еще продолжая стимулировать ее клитор, наслаждаясь ее тихими стонами и чувствуя, как тяжело она дышит.
— М-м-м… — издает тихий стон Терренс. — Блять… Ты неподражаема… Неподражаема …
— Сука… — слегка хриплым голосом произносит Ракель и закатывает глаза. — Ненавижу тебя…
— И ты все это время отказывалась от такой незабываемой ласки?
Терренс тихо усмехается и проводит кончиком языка по изгибу шеи Ракель, пока ту насквозь пробирает сильная дрожь. Девушка просто не в силах сопротивляться тому, что полностью подавляет ее волю, несмотря на то, что ее тело очень чувствительно к любым ласкам мужчины и дает ему понять все без тысячи слов.
— Если бы девчонки узнали, то они бы подняли тебя на смех, — уверенно заявляет Терренс. — Решили бы, что у тебя не все в порядке с головой.
Пока Терренс увлекается лаской ее шеи, Ракель решает попытаться снова вырваться из его хватки. Однако тот резко одергивает ее, мгновенно впечатав в стену, еще сильнее берет за горло и поднимает голову девушки за подбородок, дабы она смотрела ему в глаза.
— А ну не рыпаться! — с гордо поднятой головой восклицает Терренс, кладет руку на оголенный низ живота Ракель и уверенно гладит его. — Не рыпайся, я сказал!