Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
— А ты осуждаешь меня за пощечину? — неуверенно спрашивает Терренс.
— Осуждаю, конечно. И боюсь, что подобное может повториться. Но я верю , что ты не настолько ужасный человек, чтобы избивать девушку и издеваться над ней.
— Я вовсе не ужасный.
— Я знаю, Терренс, — скромно улыбается Рэйчел. — Ты совсем не похож на насильника. И не сомневаюсь, что люди точно поверят человеку, который знает тебя еще со школьных времен.
— Запомни, я ни за что не обижу тебя, — уверенно отвечает Терренс, со скромной улыбкой мягко взяв Рэйчел за руку. — И буду твоим
— Не скажу, обещаю.
— Тебе нечего бояться, дорогая. Я никогда не подниму на тебя руку и всегда буду относиться к тебе с огромным уважением.
— Не сомневаюсь. Ты же знаешь, что я люблю тебя и могу пойти на все, чтобы сделать тебе приятное.
— Знаю. — Терренс улыбается намного шире. — Я тоже тебя люблю. Правда. Всем сердцем.
— Приятно это слышать, — заливается краской Рэйчел.
— Я реально жалею, что раньше не обратил внимание на такую чудесную девушку, как ты. Не понимаю… Почему я не выбрал тебя? Почему выбрал неблагодарную эгоистку? Мне жаль, что я был так слеп.
— Лучше поздно, чем никогда. Люди часто ошибаются и понимают это намного позже.
— Ну теперь-то я точно буду умнее. И знаю, с кем точно буду очень счастлив.
Рэйчел слегка улыбается, крепко сжимая руль обеими руками. А пользуясь моментом, что машина девушки встает на красном светофоре, Терренс мило целует девушку в щеку и пару секунд трется носом об нее. Блондинка не скрывает своей широченной улыбкой, одаривает мужчину ответным поцелуем в щеку и приятно удивляется, когда он сам оставляет на ее губах короткий чмок. Это заставляет ее на секунду замереть и почувствовать, как бешено бьется сердце. Сердце, которое уже столько лет принадлежит лишь этому мужчине. Которое он, кажется, согласился хранить у тебя. И отдать ему свое…
Впрочем, на данный момент Терренс хочет даже не найти новые отношения и забыть Ракель раз и навсегда. Он хочет уберечь свою карьеру и доброе имя от позора, что может настигнуть его, если все узнают о не о самом лучшем поведении по отношению к бывшей девушке. Так что попытка влюбиться – или, по крайней мере, попытаться влюбиться – в Рэйчел принесло бы ему неплохую выгоду, ибо ради него, ради своей любви, которая ей перестает казаться безответной, эта девушка пойдет на все.
Может быть, молодые люди и продолжили бы одаривать друг друга милыми поцелуями и обмениваться нежными взглядами. Но очень скоро загорается зеленый свет светофора, и Рэйчел с широкой улыбкой продолжает ехать в нужное место, пока Терренс просто наблюдает за всем, мимо чего проезжает.
— Ну что, красавчик, ты готов работать по несколько часов в день, когда у твоей группы начнутся выступления? — интересуется Рэйчел.
— Готов! — восклицает Терренс. — Мне не привыкать к тяжелой и долгой работе!
— Думаю, ты и сам все понимаешь. Потому что снимался в фильмах и знаешь, что съемки длятся очень долго. Вот и записи альбомов, выступления и прочие вещи тоже отнимают кучу времени.
— Я знаю, на что подписывался, — скромно улыбается Терренс. — И ради осуществления своей мечты я готов пойти и не на такие жертвы.
— По крайней мере, ты можешь не напрягаться, чтобы выжать из себя все, что можно, ибо у тебя талант от
природы. Ты был рожден стать музыкантом. Даже папа был в восторге! И сказал, что он уже давно не встречал столь сильного голоса.— Благодаря тебе я все больше начинаю вновь ощущать себя уникальным, — с гордо поднятой головой признается Терренс.
— Знали бы другие звукозаписывающие компании, что у тебя такой шикарный голос, то они передрались бы за возможность предложить тебе контракт.
— Поверь мне, дорогая, все так и будет. За такого уникального человека, как я, стоит побороться.
— Предлагаю тебе застраховать себя на несколько миллионов долларов, чтобы с тебя пылинки сдували, — шутливо предлагает Рэйчел.
— Хорошая идея! Застрахую свое шикарное тело. Как это делает некоторые звезды… Ведь такое произведение искусства должно быть в целости и сохранности.
— Спорю, папа сам предложит тебе это, когда поработает с тобой некоторое время и поймет, какой ты талантливый, — скромно хихикает Рэйчел. — Если все артисты, с которыми сотрудничал его лейбл, были какими-то пресными, то ты можешь стать настоящей звездой благодаря своему таланту.
— Подожди немного, Рэйчел, скоро мир вновь узнает, кто такой Терренс МакКлайф. Народ снова будет восхищаться мной так же, как и в начале двухтысячных. В то время, когда был самый рассвет моей славы…
— Если будешь много работать и отдавать все силы ради отличного результата, то станешь еще известнее прежнего, — уверенно отвечает Рэйчел. — Долгая и упорная работа плюс необыкновенный талант, данный природой, равняется головокружительная слава, куча денег и незабываемые моменты в твоей жизни.
Слушая похвалу в свой адрес, Терренс не скрывает широкой улыбки и гордости. В последнее время он получает так много комплиментов от других людей, что вновь ощущает себя неотразимым и неподражаемым, будучи благодарным Рэйчел, которая в силу своей влюбленности буквально боготворит его.
— Кстати, о тяжелой работе… — задумчиво произносит Терренс. — Мне тут вспомнился один случай, когда я очень давно работал с одним режиссером… Шли съемки одного фильма… Он был жестоким человеком и отвратительно вел себя со всей съемочной командой.
— Правда? — удивляется Рэйчел.
— Это был его стиль работы. По его мнению, чем больше применяешь жесткость, тем лучше получается результат. Из-за него мы все работали до изнеможения с утра и до самой глубокой ночи.
— Надо же… Я бы не хотела работать в таких условиях.
— Но вынужден признать, результат того стоил. Фильм получился просто великолепным. Даже взял несколько престижных наград.
— А что же это был за фильм?
— Да так, один хоррор… Название я уже не помню… Я сыграл в нем небольшую роль, но прочувствовал на себе всю его злость.
— О, я боюсь фильмов ужасов… — слегка морщится Рэйчел. — С тех пор, как наш с тобой одноклассник специально включил самый страшный фильм, какой только можно было найти, когда ребята из школы пошли к нему домой потусоваться.
— А я люблю иногда посмотреть ужастики… Есть парочка моих любимых, которые я часто пересматриваю.
— Смелый же ты парень!
— О да, я не только красив, но еще и очень смел и умен, — с хитрой улыбкой уверенно говорит Терренс.
— О, боже, МакКлайф…