Чтение онлайн

— А ты-то сам помнишь, с кем трахаешься? Или тебе плевать?

— Я – единственный, о ком ты думаешь уже на протяжении долгого времени.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что Терренса МакКлайфа невозможно забыть.

— Верно, невозможно. После всего, что он сделал.

— Я также не сомневаюсь в том, что ты никак не могла забыть наш с тобой поцелуй.

— Я? — широко распахивает глаза Ракель и нервно усмехается. — Да я вообще о нем не вспоминала. Забыла об этом сразу же после того как мы попрощались.

—

Терренс приближает свое лицо очень близко к лицу Ракель, которая начинает неотрывно смотреть ему в глаза и в какой-то момент нервно сглатывает.

— Даже если в тот раз я показал не все, что умею, тебя это все равно не оставило равнодушной, — уверенно добавляет Терренс. — Но что с тобой было бы, если бы я не сдерживал себя? М-м-м…

— Прекрати считать себя повелителем всего и всех, — холодно говорит Ракель. — И оставь свои попытки соблазнить меня и затащить в постель.

— Правильно Саймон в своем письме написал, что ты слишком узко мыслишь. Потому что у тебя на все есть лишь одно предложение.

— Успокойся, МакКлайф. Я никогда не соглашусь быть твоей. Ни-ког-да.

— Ну же, детка, признайся, что я тебе нравлюсь! — с хитрой улыбкой восклицает Терренс. — Признайся, что ты без ума от меня!

— Хочешь, чтобы я призналась тебе во лжи?

— Я вот не скрываю, что ты мне очень даже нравишься. — Терренс тыльной стороной руки проводит по щеке Ракель. — Да, у тебя просто ужасный характер, но я не могу не признать, что неравнодушен к тебе. С самой первой нашей встречи.

— Как бы усердно ты ни пытался прикидываться хорошим и воспитанным, твоя сущность все равно вылезет наружу, — уверенно говорит Ракель. — Как бы ты ни пытался скрыть то, что хочешь потрахаться со мной, это очевидно.

— Я этого не отрицаю. Не отрицаю, что до смерти хочу, чтобы ты удовлетворила меня и подарила лучший секс в жизни.

— Я сказала, ищи для этого другую дуру!

— Мне не нужна другая. Я хочу тебя .

Терренс проводит руками по изгибам талии Ракель и располагает их на ее ягодицах, пока та слегка вздрагивает и понимает, что ее сердце пропускает удар.

— Ты – единственная, кто возбуждает меня по-настоящему сильно, — низким голосом признается Терренс.

— Ты не сделаешь меня своей очередной жертвой! — угрожает Терренсу пальцем Ракель. — Не сделаешь!

— Твое тело с тобой не согласно. Оно хочет, чтобы я как следует занялся им и одарил его лаской. Той любовью, которую оно никогда не забудет.

— Даже не вздумай распускать руки! Клянусь, я врежу тебе! Прямо на глазах публики!

— А чем больше ты мне сопротивляешься и грозишься врезать мне, тем сильнее я возбуждаюсь. Твоя непокорность только больше заводит меня.

— А меня совсем не заводит твоя наглость!

— Я бы не обратил на тебя внимание, если бы ты повела себя так же, как и все девчонки. Если бы сразу предложила мне себя. Но ты вынуждаешь меня бегать за тобой и делать все, чтобы ты все-таки согласилась стать моей.

— Ты ошибся адресом, МакКлайф. Я не

— Будь на моем месте кто-то другой, ты бы точно не возражала.

— С удовольствием! Если бы я любила человека.

— Меня ты тоже любишь!

— С какой стати?

— Тебе нравится все, что я делаю! Нравится даже грубое обращение.

— Не говори глупости!

— А если проверю?

Терренс крепко берет Ракель за горло и уставляет свой уверенный, холодный взгляд в ее глаза, пока та хмуро смотрит на него, с затрудненным дыханием сжав руки в кулаки.

— Если я окончательно выключу режим хорошего парня и буду обращаться с тобой настолько грубо, насколько это возможно? — добавляет Терренс.

— Хочешь, чтобы я заорала на всю улицу о том, что ты хочешь изнасиловать меня? — хмуро спрашивает Ракель.

— Ну давай, ори!

Терренс губами немного ласкает губы Ракель и проводит ими по ее скулам, пока его свободная рука расположена на ее ягодицах. Этим он почти сразу же вызывает у девушки легкую дрожь и учащенное дыхание.

— Посмотрим, хватит ли у тебя смелости сделать это в том месте, где ходит много людей, — добавляет Терренс.

— Немедленно прекратил это делать! — грубо требует Ракель.

— Не перестану.

— Я сказала, отпусти меня!

— М-м-м, а сердечко-то снова забилось чаще.

Терренс, придерживая Ракель за заднюю часть шеи, проводит кончиками пальцем по ее изгибу и хорошо чувствует учащенное сердцебиение девушки.

— А ты сама как тяжело дышишь, — хитро улыбается Терренс и оставляет парочку поцелуев на подбородке Ракель. — Я еще не сделал ничего особенного, но тебя уже всю трясет.

— Ар-р-р, будь ты проклят, Терренс МакКлайф! — раздраженно бросает Ракель.

— Не надо сдерживать себя, малышка. Покажи, как тебе хорошо.

Только Терренс собирается оставить короткий поцелуй на ее шее. Ракель грубо отталкивает его от себя, практически выкрикнув:

— Я сказала, НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ!

— Не зли меня, сучка, — грубо бросает Терренс.

— Это ТЫ меня не зли! Не смей прикасаться ко мне и лапать своими чертовыми руками!

— Ага, значит, другие мужики могут целовать тебе ручки, а мне НЕЛЬЗЯ? — громко возмущается Терренс.

— Какое твое собачье дело, кто целует мне руки? Тебя не должно это не волновать! Не должно волновать, с кем я общаюсь, с кем целуюсь и с кем трахаюсь.

— Ты не имеешь право с кем-то целоваться и трахаться! НЕ ИМЕЕШЬ!

— ЕЩЕ КАК ИМЕЮ!

— Я не собираюсь делить тебя с кем-то еще! НЕ СОБИРАЮСЬ! ТЫ МОЯ! И БОЛЬШЕ НИЧЬЯ!

— НИ ЧЕРТА ПОДОБНОГО! — раздраженно вскрикивает Ракель. — Ты мне никто, чтобы указывать мне, что делать!

— Запомни, сучка, если я еще раз увижу, как кто-то пытается флиртовать с тобой и целовать тебе ручки, клянусь, тот сильно пожалеет об этом, — грубо заявляет Терренс. — НИКОГО НЕ ПОЖАЛЕЮ! Я БОЛЬШЕ НЕ СТАНУ МОЛЧАТЬ! НЕ СТАНУ!