Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
— Не газеты, дедушка Фредерик. А Терренс, я и все наши друзья. — Ракель убирает с глаз пару прядей волос, выпадающие из банданы, которая держит ее волосы собранными наверху. — Мы вынуждены говорить журналистам, что группа усердно работает, и уже скоро новый альбом будет выпущен.
— То есть, вы все врете? — удивляется Фредерик.
— Да… Нас очень часто спрашивают про работу в студии, и мы говорим, что работа все еще идет. Но на самом деле все остановилось. И боюсь, что альбом вообще никогда не выйдет.
— Ты серьезно? Но что же произошло, раз парни не работают в студии?
— Похоже, эта группа скоро
— Но почему? — Фредерик отрывает взгляд от стопки книг и смотрит на Ракель. — Насколько я знаю, у этих парней неплохо прошли все концерты, и про них писали очень хорошие вещи. Я читал, что все восхищаются талантами твоего жениха и его друзей и уже называют их восходящими звездами.
— Может, Терренс еще покажет всем свои таланты, но уже без своих друзей. В качестве сольного артиста.
— Они разругались с ним?
— Не совсем… — Ракель слегка прикусывает губу. — Дело в том, что барабанщик и бас-гитарист в последнее время очень часто ссорятся между собой. Последняя их ссора была настолько тяжелой, что они подрались в студии звукозаписи. Ну а сейчас они вообще куда-то пропали и отключили телефоны.
— Дерутся? Боже, но из-за чего? Что они не поделили?
— Мы не знаем, один обвиняет во всем другого, и никто не признает своей вины… — пожимает плечами Ракель. — Нам остается лишь гадать, почему лучшие друзья, которые дружили несколько лет, вдруг стали врагами.
— А разве Терренс не разговаривал с ними, чтобы выяснить причину и попытаться помирить их?
— Конечно! Много раз! Но они оба не слушают его и отказываются объяснять все и хотя бы пытаться мириться.
— Ничего себе… — Фредерик поднимается на ноги после того, как сгребает с самых нижних полок все книги и кладет их на кровать, немного потерев поясницу и помассировав колени. — И что он думает об этом?
— А что он может думать? — разводит руками Ракель и кладет тряпочку для пыли на стол. — Конечно, ему все это неприятно, ведь он мечется между двух огней и пытается сделать хоть что-то, чтобы спасти группу.
— Надеюсь, сам Терренс не ругался с этим парнями?
— Нет, он прекрасно общается с Даниэлем и Питером. Точнее, общался… Сейчас Терренс решил оставить их в покое и просто немного подождать.
— Представляю, как ему сейчас тяжело разрываться между двумя друзьями.
— Именно! Он уже настолько устал за ними бегать и пытаться как-то помирить, что сейчас и сам забил на дела группы. И решил немного отдохнуть от вечных нотаций их менеджера, который требует от Терренса то, что он не может дать из-за конфликта басиста и барабанщика.
— А как давно все это продолжается?
— С тех пор как они вернулись из тура. Поначалу все было нормально, но потом Питер и Даниэль будто с цепи сорвались и начали цепляться друг к другу, казалось бы, без причины.
— И что, даже нет никаких предположений насчет причины их ссоры?
— Есть кое-какие догадки, но мы хотим знать все точно, а не пытаться что-то додумывать, — почесывая висок, задумчиво говорит Ракель.
— Ох, милая, даже не знаю, что сказать… — тихо вздыхает Фредерик. — Остается только лишь ждать, пока кто-то из этих двоих расскажет всю правду. Они должны понимать,
что рано или поздно им нужно решать судьбу группы.— Жаль, что я ничем не могу помочь… — задрав голову к верху, с грустью во взгляде вздыхает Ракель. — И не знаю, что посоветовать Терренсу… Я делаю, все, чтобы поддержать его словами, но этого недостаточно.
— Ах, Ракель, да что ты можешь сделать? — тяжело вздыхает Фредерик. — Ты не имеешь никакого отношения к этому делу, и тебе не стоит вмешиваться в это дело. Единственное, что ты можешь сейчас делать, – это быть рядом с Терренсом и давать ему силы на то, чтобы он мог двигаться дальше и все-таки добиться известности как музыкант.
— Знаю, дедушка… — улыбается уголками рта Ракель. — Я ни за что его не оставлю и всегда буду рядом с ним.
— Сейчас ему нужна вся твоя любовь, милая. Своими заботой и поддержкой ты докажешь, как сильно любишь этого человека, который сделал для тебя столько всего. Я вижу, что он всеми силами пытается угодить тебе и показать, как сильно дорожит тобой. Так что и ты должна ответить ему взаимностью и поддерживать его сейчас, когда у него есть проблемы.
— Разумеется… Я готова сделать для него что угодно, чтобы заставить почувствовать себя лучше. — Ракель с грустью во взгляде вздыхает и поправляет свои волосы. — И я бы не смогла без него жить… Ведь он тоже дает мне силы переживать все трудности. Этот мужчина может даже ничего не говорить, а просто обнять меня, и мне уже будет намного лучше.
— Я прекрасно все понимаю. — Фредерик с легкой улыбкой подходит к Ракель, мягко гладит ее плечи и приобнимает за них. — Все те трудности, через которые вам пришлось пройти, действительно хорошо повлияли на вас и ваши отношения.
— Я бы очень хотела стереть все плохое из моей памяти. Но в то же время понимаю, что нам удалось очень многое понять.
— Может, еще прошло еще не так много времени с момента вашего примирения, но вы уже многого добились и сделали свои отношения более крепкими.
— Думаешь, мы еще не окончательно наладили отношения?
— Любые плохие отношения требуют очень много времени, чтобы стать лучше. В такие моменты главное – не поддаваться соблазну обвинить своего партнера в ошибках прошлого, которое вы оба хотите забыть.
— Но мы ведь больше не говорим об этом и стали намного ближе друг к другу.
— Нет, Ракель, даже если сейчас все хорошо, это еще ничего не значит. Ты поймешь меня, если однажды наступит какой-то переломный момент, когда тебе со злости захочется припомнить Терренсу все его грехи.
— Этого не случится, дедушка.
— Я знаю , что говорю, милая. Сказать простое « прости » недостаточно для того, чтобы снова жить долго и счастливо. Поверь мне, тебе и Терренсу еще предстоит проделать огромный путь к полному взаимопониманию и миру. А сейчас происходит довольно нервная ситуация, в которой важно сохранять спокойствие и не срывать друг на друге зло.
— Прости, но я тебя не понимаю, — качает головой Ракель.
— Ты обязательно поймешь и потом скажешь, что я был абсолютно прав. И это относится не только к любовным отношениям, но еще и к дружеским. Даже если друзья Терренса смогут помириться, то и им придется приложить чуточку усилий, чтобы сделать дружбу сильнее.