Вместе сильнее. Компиляция
Шрифт:
С одной стороны, Алисия прекрасно понимает, что рано или поздно Фредерик все равно узнает, что произошло между Ракель и Терренсом, как бы усердно она это ни скрывала. Но с другой – женщина хочет пожалеть пожилого мужчину, который буквально пару дней назад вышел из больницы. Она понимает, что Фредерику может стать еще хуже, если он узнает всю правду. А Алисия никак не может этого допустить и не собирается своими же руками губить близкого человека своей племянницы.
— Мистер Кэмерон, пожалуйста, пожалейте себя, — с жалостью во взгляде умоляет Алисия. — А если и не себя, то хоть подумайте о Ракель. Ради бога, не причиняйте ей боль.
— Я хочу видеть свою внучку счастливой, Алисия, — с грустью во взгляде говорит
— Нет-нет, не беспокойтесь, Терренс не опасен для Ракель, и она может спокойно с ним находиться. А был бы он не тем, за кого себя выдает, я бы сама и на пушечный выстрел близко не подпустила его к своей девочке. Уж вы меня хорошо знайте: за свою кровиночку я готова разорвать любого. Даже ее собственного парня. Если он провинится, конечно.
— Вы и правда думайте, что я могу не переживать из-за того, что ей еще предстоит еще как минимум раз встретиться с Терренсом для того, чтобы сообщить о расставании?
— Конечно, дорогой мой, вы можете не переживать, — хлопнув Фредерика по руке, мягко говорит Алисия. — А пока что перестаньте об этом думать и сосредоточитесь на своем здоровье. Ваша внучка не переживет второго вашего сердечного приступа.
— Ах, я всегда думаю о Ракель… — тихо вздыхает Фредерик и опускает взгляд на свои руки. — В последние несколько лет я не могу думать о ком-то еще, кроме моей внучки… Она ведь единственная, кто остался у меня на этом свете. К сожалению, сына и жену я потерял много лет назад… А когда я вспоминаю о том, что нужен ей, это заставляет меня искать в себе силы жить дальше. Я знаю, что должен жить ради своей маленькой девочки, которая всегда будет нуждаться в моей помощи и любви.
— У меня тоже осталась только одна Ракель, — с грустью во взгляде отвечает Алисия, в глубине души начав радоваться, что тема разговора начинает постепенно уходить в другое русло. — Моя сестра погибла в той ужасной катастрофе, в которой погиб и ваш сын. А моих родителей уже давным-давно нет в живых…
Алисия тяжело вздыхает и выпивает почти весь свой кофе.
— Да и мужа я потеряла, когда была намного моложе, — с грустью во взгляде добавляет Алисия. — Прошло уже много лет, а я до сих не могу с этим смириться. Не верю, что он умер так рано. От такой ужасной болезни, как рак.
— Знайте, если бы у меня не было Ракель, я бы вряд ли так стремился к жизни, — задумчиво признается Фредерик. — Не будет моей внучки – не будет смысла жить! Я живу только ради своей внучки и моих будущих правнуков, которых, я надеюсь, моя девочка однажды мне подарит.
— Ах, мистер Кэмерон, я и сама живу только лишь ради одной Ракель… — устало вздыхает Алисия. — Хоть очень скоро у меня появится новый смысл жить… Ведь я хочу удочерить девочку и почувствовать себя матерью…
— Думайте, вы справитесь?
— Думаю, да. Практически вырастив свою племянницу, я получила достаточно опыта. Его будет достаточно, чтобы вырастить приемного ребенка. Хотя моего опыта хватит еще и на будущих детишек моей любимой Ракель.
— Ракель всегда будет нашей любимой девочкой, — с легкой улыбкой говорит Фредерик. — Мы будем с ней до тех пор, пока живем на этом свете. Уж я точно ни за что не оставлю ее! Кто бы что ни говорил! Я никому не поверю, потому что знаю свою внучку лучше, чем какие-то проходимцы или журналисты.
— Я тоже, — скромно улыбается Алисия. — Пока я жива и здорова, Ракель не останется без поддержки своей тети Алисии. Моя девочка всегда была для меня как родная дочка, которую я люблю всем сердцем. Которую не могу бросить в трудный для нее момент…
— Дедушка Фредерик
тоже всегда будет рядом. И она прекрасно это знает.Алисия ничего не говорит и просто скромно улыбается, радуясь, что, по крайней мере, сейчас ей удалось избежать разговора относительно ситуации Ракель и Терренса. Правда это в следующий раз удача вполне может оказаться не на ее стороне. Женщина знает, что рано или поздно ей придется все рассказать. Но она решает, что лучше во всем признаться не сейчас, а намного позже. Хотя Алисия все же надеется, что ей удастся сохранить произошедшее в секрете и не дать Фредерику узнать, что произошло в паре, которая, скорее всего, уже прекратила свое существование.
***
Тем временем Эдвард без дела прогуливается по городу, никуда не торопясь и с интересом рассматривая все, что его окружает. За эти две недели мужчина сумел найти общий язык с Терренсом и его друзьями Питером и Даниэлем и сблизиться с ними. Он несказанно счастлив, что был достаточно тепло принят этими людьми, даже несмотря на то, что к нему все еще продолжают относиться к нему настороженно из-за его слишком ярого желания навязать МакКлайфу свою дружбу.
«Здорово, что мне удалось найти общий язык с Терренсом, и он не стал меня отвергать, — медленно шагая по улицам с засунутыми в карманы куртки руками, с легкой улыбкой думает Эдвард. — И что удалось поладить с его друзьями. Даниэль с Питером относятся довольно дружелюбно и показались мне классными ребятами… Да, ребята пока что относятся ко мне с подозрением. Но я уверен, что в скором времени все наладится.»
Эдвард мысленно вздыхает.
«Точнее… Что мне удастся завоевать доверие Терренса… Стать ему настолько близким человеком, насколько это возможно. Чтобы в один прекрасный день рассказать то, что он должен знать. Что от него скрывают уже очень много лет. Не факт, что после этого Терренс не захочет от меня отвернуться. Но уж лучше я во всем признаюсь тогда, когда мы станем друзьями. А то… Было бы как-то глупо появляться на пороге его дома и сразу же делать какие-то шокирующие признания. Надеюсь, что до поры до времени все будет хорошо. И моя настоящая личность не будет раскрыта. Сейчас не время разоблачать себя… Не время…»
Эдвард поправляет свои волосы, которые растрепал внезапно подувший сильный ветер.
«Просто буду делать то, что и планировал… — с грустью во взгляде думает Эдвард. — Раз уж я затеял все это, то надо идти до конца. А там будь что будет. Самое главное – дойти до финишной черты. »
В какой-то момент Эдвард резко останавливается рядом со скамейкой, которую он видит на своем пути, присаживается на нее и кое о чем призадумывается. О том, что прошло уже две недели с тех пор, как они с Наталией проводили время вместе в последний раз. Мужчина неоднократно пытался связаться с ней, но она все время была вне зоны доступа. Такое чувство, будто она намеренно избегала его. Из-за этого Эдвард начинает все больше переживать, хотя и не понимает, почему девушка вдруг перестала выходить с ним на связь.
« Я не понимаю, почему Наталия вдруг перестала отвечать на мои звонки и не хочет со мной разговаривать… — с грустью во взгляде думает Эдвард. — Что я ей такого сделал, раз она так со мной поступает? Я же и слова обидного ей не сказал! А такое чувство, будто она реально обижена. Она игнорирует меня уже две недели!Как она может так со мной поступать после того что между нами было? После того поцелуя, который я запомню на всю свою жизнь. Который был просто невероятен! Я еще никогда не чувствовал себя так круто, когда целовал какую-то другую девчонку. С ней было все совсем иначе. В хорошем смысле этого слова…»