Ветер перемен
Шрифт:
Я спрыгнул с коня. Роберт Бракс помог мне снять шлем и панцирь. Джейме командовал, выставляя охранение и раздавая многочисленные распоряжения. Так же он приказал доставить сюда тела всех наиболее знатных рыцарей и лордов. Я не видел множество людей, как друзей и товарищей, так и врагов, и мне бы хотелось прояснить их судьбу.
Первым принесли сира Барристана Селми — горделивого старика, сохранившего мужество и величественность даже после смерти. Память прошлого Джоффри его прекрасно помнила. Чертов идиот, как он мог прогнать такого человека?
Отдельно укладывали наших погибших. Вот бережно положили Лораса Тирелла, рыцаря
Я нагнулся, встал на одно колено и закрыл его глаза.
Около Селми положили Джораха Мормонта. Его я не знал, но его опознали мои рыцари. Мормонт погиб, пытаясь спасти поверженную Дейни. Он сильно обгорел, а потом его добили несколькими ударами. Вместе с ним положили Галлада Высокого — он не был значимым или родовитым, но когда-то он служил Джоффри как телохранитель и слуги решили его принести. Он погиб, сражаясь рядом с Оберином Красным Змеем. Что ж, теперь стало понятно, куда делся этот человек, после того, как я его прогнал. Тогда я был молод и глуп, и некоторые решения принимал сердцем. Наверняка, он успел много интересного рассказать Мартеллам о Джоффри и его привычках.
А вот и тело самого Оберина, Красного Змея. Этого добили специально. Я намекнул Тарли, что в живых он мне не нужен и тот все сделал правильно. Оберин погиб в бою и смерть не стерла с его лица высокомерного выражения. Его доспехи — помятые, исцарапанные, заляпанные кровью и землей были невероятно богаты.
Рядом с Лорасом Тиреллом положили королевского гвардейца Рагнара Рава. Он погиб недалеко от меня, и я видел, как кто-то из Безупречных пронзил его копьем.
Люди приносили трупы и складывали их один за другим. Рыцари из Утеса, Риверрана, Королеской Гавани, Простора. Их было очень много. И все же, несмотря на потери, я был рад, что Джейме, Эдмар Талли и Рендилл Тарли остались в живых.
Правда, Талли не повезло. Дотракийцы сильно его посекли. Сейчас речной лорд чувствовал себя не самым лучшим образом. Я искренне помолился Семерым, чтобы Марвин Маг показал все, на что способен и не дал Эдмару умереть.
Оруженосцы раздобыли несколько стульев и скамеек. Я сел и устало вытянул ноги. Ветер хлопнул королевским знаменем. Солнце светило прямо в глаза. Я закрыл веки и наслаждался приятным, ласкающим теплом. От вод Синего Ручья шла восхитительная прохлада. Там порхали стрекозы и бабочки — для них ничего не случилось, а жизнь продолжалась, как и раньше.
Джейме куда-то отлучился, а через полчаса вернулся с трофеем. Его рыцари вели двух связанных юношей. Они подвели их и заставили опуститься на колени.
Я не знал никого из них. Крепко сбитый, коренастый и коротконогий юноша с высоким лбом, квадратной челюстью и широким носом смотрел на меня дерзко и вызывающе.
С точно таким же выражением стоял и его спутник — высокий, с рыжим солнцем в волосах, симпатичный и мускулистый парень. Один его глаз слегка косил.
Они оба были ранены, но не слишком серьезно. И по их великолепным доспехам становилось ясно, что это птицы высокого полета.
— Вот
этот, что ниже — Квентин Мартелл. А второй, тот, что повыше, Клетус Айронвуд, — представил их Джейме и среди окружающих рыцарей прошел смутный гул.— Это правда? — я с недоверием посмотрел на представившего пленников лорда-командующего.
— Так и есть, — он усмехнулся широко и весело. — Ты ведь понимаешь, что это значит?
— Это конец войне, Джейме! — я все еще не мог поверить, что у меня в плену наследники двух самых могущественных домов Дорна. — Поднимите их. Эти люди слишком благородны, чтобы стоять на коленях даже перед королем, — я подошел к ним ближе и перевел взгляд с одного на другого. — Поклянитесь, что не сделаете попытки убежать, что не нападете ни на меня, ни на кого из моих людей и вас развяжут, окажут все необходимую помощь, накормят, напоят и будут относиться с уважением.
Парни переглянулись. Я видел в них упрямство и отвагу. И все же горячка боя прошла, они окончательно поняли и приняли свой новый статус
— Клянусь Семерыми, я не причиню вреда ни королю, ни его людям, и не буду пытаться сбежать, — первым сказал Мартелл.
— Клянусь, — повторил следом Айронвуд.
— Мы еще поговорим, сиры, — пообещал я им. — А пока прошу воспользоваться моим гостеприимством.
Парней увели. Естественно, никто не собирается полностью верить им на слово. За ними будут следить и охранять. Но королю просто необходимо изредка показывать свое великодушие и милость.
Военного совета не было. Не попади к нам в руки юные Мартелл и Айронвуд и с Дорном пришлось бы повозиться. А возможно, мы бы так и не смогли ничего сделать. Дорнийцы бы заперлись на своих перевалах и начали партизанскую войну, как делали это при любых обстоятельствах.
Но у нас в руках имелся невероятный козырь. В тот же вечер вороны улетели в замок Айронвудов и Солнечное Копье с вестями о пленниках.
Наши отряды разошлись в разные стороны с целью добить часть дотракийцев — их спаслось около трех тысяч. Так же было необходимо отыскать и пленить отдельных воинов, которые выжили и сумели улизнуть с поля боя.
Рендилл Тарли озвучил невероятные цифры. У нас погибло свыше семнадцати тысяч человек, а у врагов более двадцати пяти. Воистину, Клеверное поле собрало богатую жатву. И хотя для нас это и не стало пирровой победой, но к таким потерям следовало относиться очень серьезно.
Вечером состоялся пир, на который были приглашены самые знатные дорнийцы. В Вестеросе такая практика в порядке вещей — более того, она считается правилом хорошего тона. Если война шла на жизнь, а не на смерть, то выживших врагов прощали, сажали за стол и во время такого пира все славили взаимное мужество и обсуждали перипетии закончившегося боя.
Вражды к младшему Мартеллу я не испытывал, а Айронвуд здесь вообще, второстепенный персонаж.
Слуги накрыли один большой, длинный стол. По одну руку от меня расположился Джейме, а по вторую Рендилл Тарли. За ними сидели отличившиеся лорды и простые рыцари. Дальний конец стола занимали дорнийцы — Квентин Мартелл, Клетус Айронвуд, Франклин Фаулер по прозвищу Старый Ястреб, лорд Поднебесья и Хранитель Принцева перевала. Этот человек был уже не молод, вымотан физически, с многочисленными перевязанными ранами на всем теле. Рядом с ним сидел Морс Манвуди, ставший после смерти отца новым главой дома Манвуди и хозяином Королевской Гробницы.