Вестник
Шрифт:
Было слишком тихо для города. Не было ветра, не лаяли бродячие собаки. Она глубоко вдохнула неподвижный воздух и двинулась к единственному светлому пятну на картине. С каждым шагом ее рука в кармане плаща прочнее прилегала к давно согретому металлу.
«Я не досмотрела последний сон. Он ждал меня...»
Рука крепче сжала оружие.
«И она тоже... не досмотрела».
Мимо проплывали бесчисленные грани сложенных в стену кирпичей, высокие кусты акации; длинная блестящая лужа, смотревшая вслед отраженным фонарным глазом. Сидевшая на скамейке женщина приподняла лицо. Тэа остановилась. Между ними снова оставалось лишь несколько шагов. Элинор плавно встала. Фонарь бросал глубокую
«Чего я жду... Чего... Чего...» Тэа не могла выстрелить. Ее заворожил взгляд зеленых глаз. Или сожаление? Она знала, что это сожаление. Элинор тоже знала. Они вместе пересмотрели столько снов и столько слов. Та знала о ней всё, знала, что ждало ее за этим выстрелом. «Не хочу», рука Тэа начала падать. Взгляд Элинор изменился. В нем мелькнула знакомая хитринка. Она вздохнула, как перед нырком, ее рука плавно двинулась в нападение.
Элинор выстрелила.
Тэа часто думала об этом мгновении. Она даже однажды смогла пережить его. Но сейчас, когда Элинор с простреленной головой падала к ее ногам, она испытала безграничное удивление. А потом слабая волна воздуха обдала ее, когда тело достигло земли, – и мгновение прошло.
Алекс, Рональд и Дэн выскочили из машины, бросились к тому месту, где только что застрелилась Элинор. И где только что стояла Тэа.
* * *
Астоун
11 сентября
Каждый раз, глядя на постепенно рассыпающийся металл двух маленьких подвесок, Алекс щурил глаза. Воспоминание слепило. Белая вспышка – и всё. Тэа исчезла. На асфальте осталась ее одежда, еще щит и луна, упавшие в мокрые листья... Позже Рональд расскажет ему, что произошло; единственное, чего старый маг не смог объяснить, так это крошившиеся камни и металл в талисманах Тэа. И последнее движение Элинор.
...Они вернулись в Астоун и тайно похоронили ее рядом с братом и сестрой. Наверное, они не испытывали к ней жалости – так же, как раньше не испытывали ненависти; она была для них чужим существом, созданием другого вида. Но сейчас их томило чувство вины – и чувство утраты. Они думали о Тэа. Но думая о Тэа, всегда вспоминали об Элинор.
К Дэну вернулась привилегия обозревать скрытые Течения, и он возобновил работу над Скриптом. Вскоре он увидел реку, текущую за холм, и дальше – за горизонт. У реки больше не было второго рукава, лишь короткая, высушенная запруда. Небольшой шрам на том месте, где Дельг поглотил мертвую ветку и возможную судьбу Дэна Байронса. Но он был рад, что никогда не узнает, сколько жизней изменилось в тот миг, и скольким не суждено было возникнуть...
Всё так же, боясь уколоться о шпили, бежали облака над Астоуном, осень обметала старый парк. Каждый вечер внутри притихших стен за одним столом собирались четверо, чтобы встретить ночь – и сегодняшняя была последней на четверых. Но пока об этом знал только Алекс, оставивший в комнате Рональда короткое письмо и дарственную на имя Мэй Уэйнфорд, последней наследницы замка Чесбери.
Было темно, когда он спустился на берег и побрел вдоль кромки отлива. Он ничего не взял с собой, кроме документов и кредитки, но он знал, что Рональд выполнит его просьбу и не позволит устраивать розыски. Алекс хотел отблагодарить Джулию
и Дэна жизнью без призраков. Или просто надеялся уйти как можно дальше от всего, что случилось. Почти от всего. В кармане его пальто по-прежнему лежали останки щита и луны Тэа. Он чувствовал, как они колют пальцы – скоро он расстанется и с ними. Но этого он уже не боялся.Впереди показалась тоненькая фигурка в белом плаще. Ветер развевал ее во все стороны, вместе с длинной рыжей шевелюрой. Слабый закат отражался от воды и подсвечивал ее и серый песок. Алекс приблизился. Изабелла обернулась и побежала ему навстречу.
– Хорошо, что ты пришел!
– Я слышал, как ты звала. Из-за них? – Он вытащил руку из кармана и разжал пальцы: несколько уцелевших камешков засверкали в рыжей полутьме.
– Не только.
Она потопталась, вид у нее был робкий.
– Белла... Ты ведь ОС?
Она вскинула на него яркие глаза. Ее лицо стало грустным. – Я была здесь ради мамы. Хотела помочь ей.
– Но не вышло.
– Но кое-что у меня осталось! – Изабелла снова улыбнулась; подошла и крепко прижалась к Алексу. – Тэа помогла. Мама никогда в жизни не была счастливой... Ты представляешь, как это – никогда?
Алекс отрицательно покачал головой.
– Она сама изменила мир. Сама. Поэтому я смогу кое-что сохранить.
– А Тэа?
Изабелла отступила. На ее ресницах повисли слезы.
– Значит, это правда.
Он медленно сел на песок. Девочка протянула к нему руку, и он ссыпал в ее ладошку останки подвесок. Изабелла поспешно спрятала их в плаще:
– Это был подарок от Скриптора, от Мистера Эр. Тэа не знала, но он сделал их специально для нее – сразу из двух Потоков. Чтобы они помогали при Переходе.
Алекс молчал. Изабелла сникла. Присела рядом и неловко подергала его за рукав. – Не плачь.
Он не плакал. Просто смотрел на океан и чувствовал, как стынут руки.
– Белла, ты ведь знаешь... Почему у меня были эти видения... о нас с Тэа?
Она кивнула. – Поэтому я и позвала тебя.
Девочка встала на колени, обхватила его за шею и быстро зашептала что-то на ухо. Лицо Алекса оставалось неподвижным, лишь под конец немного смягчилась линия губ.
– Но это тайна! – торжественно провозгласила малышка по окончании монолога.
– Хорошо.
– Из-за этого столько страшностей было, теперь мы должны быть очень-очень осторожными. Пожалуйста, будь осторожным.
– Буду. – Он впервые едва заметно улыбнулся в ответ. Изабелла радостно запрыгала по песку.
– Но это не всё. – Она остановилась и посмотрела на Райна прямым, совсем уже недетским взглядом. – Мир перевернулся. Ты не сможешь его выдержать. То, что в тебе ожило, – оно будет мучиться. Очень сильно. И все вокруг будут страдать. Я должна вам помочь.
– Ведь Тэа... Она не знала.
– Нет. – Изабелла обхватила себя руками. – Мистер Эр ей не сказал. Сказал только, что она не сумела стать «критической точкой». Так и было. Если бы она знала правду, то не смогла бы... зайти так далеко. Она очень жалостливая.
– Я его понимаю... Но я бы убил его собственными руками.
– Тэа тоже так сказала.
Алекс тяжело усмехнулся: – Тебя наши слова не пугают?
– Это только слова.
Изабелла отвернулась. Прошла несколько шагов до самой воды и принялась собирать мокрую гальку. Она то ли раздумывала над чем-то, то ли ждала от него решения. Райн смотрел, как волны касаются ее туфель, не оставляя следа.
– Алекс! – Она вдруг обернулась и сурово уставилась ему в глаза. – Я могу снова запечатать это. Сделать тебя таким, как раньше. Магом ты больше не будешь, но и оно не сможет тебя мучить.