Венер. Все просто
Шрифт:
Она — моё наваждение, которое невозможно контролировать.
Сажусь на крышку унитаза в мужском туалете клуба, потому что соскучился и потому что хочу видеть её лицо, когда её трахаю. Судорожно пытаюсь одной рукой натянуть презерватив на член, пальцы второй, по одному, ввожу в её влажную глубину, отодвинув тонкую полоску стринг…
— Я пью таблетки — чуть слышно выстанывает мне на ухо, сдёргивая с меня, наполовину натянутую, резинку, бросая её на пол. И начинает медленно на меня насаживаться… Это космос…
Стискиваю её бёдра двумя руками, надёжно фиксируя на себе, закусывая свой стон её охренительным соском. Стараюсь
Впиваюсь пальцами в её ягодицы, регулируя её движения на мне: не хочу, чтобы всё закончилось быстро, хочу растянуть наше удовольствие и запомнить её лицо.
Пряжка ремня, впивается ей в ногу, когда она садится на меня полностью, на всю длину…Скорее всего, завтра на её упругой заднице проявятся синяки, но это будет завтра. Сегодня я не в силах выпустить её из своих рук… Сегодня мне плевать на всё
Не чувствую как она впивается зубами в моё плечо, перед тем как улететь вместе со мной в открытый космос. Только ещё крепче вжимаю её в себя, глуша свой стон на её груди…
Мне мало…И я опять готов…
— Идём отсюда, — стискиваю её в своих руках
— Не могу… — но меня уже не остановить…
Не жду, когда прекратятся её конвульсии и всхлипы. Встаю, разворачиваю её спиной и вхожу…
Толчок, ещё толчок…
Блять, что за херня? — хватаюсь за голову и резко распахиваю глаза…
— Извините пожалуйста, — говорит голова девушки торчащая из-за спинки кресла напротив, испуганно пялясь на мою вздыбленную ширинку, рядом с которой лежит детская игрушка — розовый пони.
Молча протягиваю её девчушке пони, по-идиотски улыбаясь, нескладно пытаясь прикрыть пледом бугор между ног.
Пи*дец просто — ругаюсь про себя, косясь на соседей.
Взрослые итальянские синьоры, сидящие рядом, тихо шепчутся между собой на своём и, кажется, улыбаются. Они не знают, что я их понимаю, но похоже им понравилось представление. Они не в обиде. Вот и славно. Облегчённо выдыхаю, но между ног всё ноет и успокаиваться никак не желает… Торкнуло, по ходу, всерьёз и на долго…
Синьора, сидящая рядом, поворачивается ко мне и озорно улыбаясь, кивает подбородком в сторону туалета…
Охренеть! — застряло в горле. Она даже не мама — бабушка. По-видимому, в моих глазах отобразилось совсем не то, что я хотел бы им сказать, потому как вторая синьора, участливо наклонилась, посмотрела на меня, и показала рукой в ту же строну…
Приличные слова неожиданно закончились, а в горле опять всё пересохло…:так на групповушку меня ещё не приглашали…
Нет, меня мама, конечно, хорошо воспитывала и я никогда не грубил дамам старше меня в три раза, но сейчас я готов их послать на всех языках, которые знаю.
Только было открыл рот для серьёзной беседы, как обе дымы, одновременно подскочили со своих мест и громко заржав начали вопить на весь салон самолёта: «иди, иди» — на английском, с итальянским азартом, размахивая руками в сторону туалета…
Бля*ть, повторил я в очередной раз. Схватил журнал, прикрыв им, всё ещё выпирающий детородный орган и пошёл «читать» в сортир, чувствуя своей спиной пристальные взгляды любопытствующих. Похер. Я их больше никогда не увижу.
Несказанно повезло, что желающих разделить со мной очередь, не было и всё прошло, на удивление, быстро, принеся, наконец, долгожданное облегчение. Померкли даже
ненадолго воспоминания о виновнице этого неожиданного самолётного удовольствия.Выходил из туалета — морда кирпичом, улыбка до ушей, как положено на сцене, когда накосячишь. Подмигнул девочке с розовым пони. Она радостно засмеялась и спрятала счастливую мордашку маме подмышку. Улыбнулся синьорам и уселся на своё место…
Но она же говорила, что пьёт таблетки — вспоминаю, уткнувшись носом в иллюминатор, не обращая ни на кого внимания. Врала? Зачем? Сама же меня забраковала и отправила в утиль…
Ладно, надо разбираться, что сейчас думать и рассуждать. Всякое может быть. С таблетками тоже залетают…
Глава 3
Глава 3
Около семи лет назад
Мне двадцать и несколько месяцев назад я благополучно дембельнулся из рядов нашей доблестной армии. Службу проходил, как положено всем балерунам и танцорам, в ансамбле песни и пляски имени А. В. Александрова, где мог бы остаться служить и дальше. Но мама, в последние годы, стала жаловаться на здоровье. Сестра ещё маленькая — пришлось возвращаться в родные пенаты и попытать счастья в нашем, республиканском ансамбле народного танца. Взяли сразу. Мужики здесь в дефиците, проблем с поступлением не было. Единственное неудобство: перед некоторыми концертами приходиться красить волосы в чёрный цвет, потому что я — рыжий, как мама. Говорят, что рыжие счастливые — не жалуюсь. Мне всё нравится.
Ещё бы мама не болела, было бы вообще всё в шоколаде. Ничего, сейчас начну зарабатывать, и ей не нужно будет больше убиваться на нескольких работах. Хоть отдохнёт немного. Всю жизнь пашет, как проклятая, чтобы мы с сестрой ни в чём не нуждались. И до сих пор бредит балетом.
Кода-то, она неплохо танцевала, но связалась с моим папашей и вынуждена была завязать. Я — воплощение её мечты. Не хочу её разочаровывать, хотя с детства фанатею от мотоциклов.
Иду по коридору, после репетиции, насвистывая незамысловатую мелодию, мечтая о вечере и какой-нибудь горячей девочкой…
Из класса, где проходит просмотр кандидатов, торчит аппетитная попка на бесконечных ногах, в шортах чуть больше трусиков…Мозг моментально отключается и между ног начинается независимая от него жизнь. Блять, — уже несколько месяцев, как дома, а смотреть до сих пор на девчонок спокойно не могу…
Лечу на её торчащую попку, как бык на красную тряпку — ничего вокруг больше не вижу. Подхожу, почти вплотную, вдыхаю её терпкий, манящий аромат — голова кружится.
— Ты кто? –спрашиваю, наклоняясь к её уху, но руками не дотрагиваюсь…
— Дед Пихто, — произносит шёпотом, разворачиваясь ко мне лицом, смешно вытаращив невероятные глаза, в которых скачут бешеные чертята…
Она ещё прекраснее, чем я себе нарисовал в своих мыслях пока до неё шёл.
— Что ты здесь делаешь? — продолжаю шептать, поигрывая бровями.
— Подругу жду, — так же шёпотом отвечает, расплываясь в сногсшибательной улыбке.
В этот миг, дверь класса неожиданно распахивается, она делает шаг назад и оказывается в моих руках. Сглатываю моментально скопившуюся во рту слюну и неожиданно теряюсь от её близости, сжимая руки на её талии. На мгновение она замирает, но тут же выпутывается из моих рук, делая бёдрами восьмёрку. Да охренеть просто!