Век Дракона
Шрифт:
Нога Бевина безобразно распухла и была уже почти черной. Но даже сквозь опухоль было видно, что кость сдвинута, сильно натягивая мясо и жилы. Дайлен, едва касаясь пальцами, ощупал ногу мальчика и покачал головой.
– Если ты позволишь, я могу попробовать… облегчить… то, как ему теперь. Ты позволяешь мне?
– Ну конечно!
– Кейтлин взглянула недоуменно и с затаенной обидой.
– Если ты можешь, сделай хоть что-нибудь. Помоги, прошу!
Дайлен опустился на табурет перед кроватью, и растер ладони. Он вовсе не был уверен в своих силах. Молодой маг не лукавил, уверяя товарищей в своей неспособности к целительству. Но жалость
Руки Амелла окутались едва заметным синеватым свечением. Все же усталость его была слишком велика, а способность к целительству - слишком мала для того, чтобы всерьез помочь несчастному больному. Стараясь не обращать внимания на прижатую ко рту ладонь Кейтлин, теперь только догадавшейся, какое именно лечение предлагал гость, Дайлен вновь прикоснулся к ноге мальчика, и попытался вложить всю бывшую в нем ману в единое целительское действо.
Спустя какое-то время он опустил руки. Благодаря его усилиям страшная чернота больного места превратилась в синеву. Но кости по-прежнему не были сложены, как подобает, и не срощены, а жар продолжел иссушать детское тело. Дайлен бросил еще один взгляд на бессознательного мальчика и покачал головой, поднимаясь.
Все это время зачарованно наблюдавшая за ним Кейтлин очнулась. Шагнув вперед, она с силой стиснула руки Дайлена, словно желая выдавить из них больше магии.
– Ты обещал исцелить моего брата! Прошу тебя, маг! Проси, что хочешь! Умоляю! Ну… ну пожалуйста! Помоги! О, Андрасте… скажи, чего ты хочешь? Я все сделаю… все…
Амелл осторожно высвободился. Умоляющий взгляд девушки жег его сильнее огненного заклятия. Но еще большее беспокойство задавала обида - быть может, о том, что Кейтлин так ни разу и не назвала его по имени. Маг прикрыл больную ногу Бевина одеялом и ободряюще кивнул его сестре, продолжавшей глядеть на гостя с мольбой.
– Я не целитель. Прости меня, я не могу помочь твоему брату. Но… - он заторопился, видя, что Кейтлин готова была опять заплакать, - знаю того, кто может. Подожди. Просто подожди, я вернусь быстро!
Кейтлин проводила гостя до порога. Дайлен с третьего раза сумел все-таки забраться на лошадь и пустил ее крупной рысью по направлению к замку. Девушка прикрыла дверь и вернулась в комнату брата, не зная, что подумать.
Однако не прошло и четырех мер времени, когда под ее окнами опять раздались цокот копыт и лошадиное ржание. Узнав голос Дайлена, хозяйка дома впустила его самого и высокую, статную старую женщину, одетую в мантию Круга магов. Старая магиня выглядела порядком утомленной, однако нашла в себе силы ласково улыбнуться взволнованной девушке.
– Проводи меня к мальчику, дитя. Посмотрим, что я смогу для него сделать.
Кейтлин повиновалась. Больше всего на свете хотелось ей теперь чтобы эти нежданно посетившие ее хижину маги спасли ее брата. Как и до нее Дайлен, старая магиня некоторое время пристально изучала больное место, оглаживая его пальцами. Потом подняла лицо, на которое легла тень заботы.
– Кость не просто треснула, а переломилась во многих местах, - не отводя руки, и словно к чему-то прислушиваясь, медленно проговорила она.
– Некоторые осколки прорвали мясо и жилы, по которым бежит кровь. Кровь, не находя выхода наружу, начала собираться внутри. И портилась, а за нею - мясо. Оттуда зараза пошла во все остальные жилы и вызвала жар.
– Ты можешь что-то сделать?
–
– Я могу отнять ногу, - магиня покачала головой.
– Это самый верный способ. Или сейчас можно уменьшить опухоль и, сложив все кости, срастить их. Но не уверена, что все ляжет, как подобает. Осколки кости очень мелки.
– О благая Андрасте, - Кейтлин всхлипнула, опуская голову и обнимая себя за плечи.
– Как он мог так неудачно упасть!
– Есть еще путь, - Дайлен поморщился, и нехотя продолжил.
– Из магии крови. Я излечил им Первого Чародея Ирвинга, когда… не важно. Но целительный малефикарум - очень тонкая магия. Прошел не один месяц прежде, чем я овладел ею. К сожалению, я не могу провести это действо более ни над кем, кроме Серых Стражей. Скверна в моей крови не позволит разделить ее, не навредив больному. Но если ты, Винн, сможешь… Я буду показывать тебе, как и что делать.
– Я не когда не творила малефикарума, - голос магини звучал резко.
– И теперь не стала бы, даже если смогла. Смотри, ты напугал бедную девочку. Постыдись!
Дайлен бросил взгляд на девушку, слышавшую его слова и взиравшую на него с ужасом, и покачал головой. Однако неожиданно Кейтлин удивила обоих гостей.
– Если малефикарум поможет… если хотя бы что-нибудь поможет… умоляю вас… спасите его!
Винн улыбнулась.
– Ты смелая девочка. Но, увы - Дайлен прав. Я не смогу применить магию крови. А ему этого делать нельзя, или брат твой умрет от скверны. Что ж… я сделаю, что могу. Постараюсь сохранить его ногу. Но ты должна быть готова к тому, что твой брат… его тело может не справиться с жаром.
– Винн, - обратился Дайлен, угрюмо разглядывае увечье мальчика.
– Я верю, что ты можешь его спасти.
Старая магиня дернула плечом и возложила руку на больное место. Ее лицо приняло отрешенное выражение.
– Пойдем отсюда, - Амелл мягко подтолкнул Кейтлин к выходу из комнаты.
– Мы будем только мешать.
Оставив целительницу наедине с больным, они прикрыли дверь, и некоторое время сидели молча, скашивая глаза на синеватые магические всполохи над порогом. Наконец Кейтлин, все чаще бросавшая несмелые взгляды на Дайлена, не выдержала.
– Господин, прости мне мою дерзость. Я не уверена, что поняла правильно твой разговор с госпожой магиней. Ты… маг, и… Серый Страж? Это правда?
Амелл отчего-то смутился, будто бы правдивый ответ на этот вопрос мог показаться бахвальством.
– Моя семья уехала потому, что у меня начались сны из Тени, - помедлив, пояснил он.
– Отец попытался спрятать меня от Церкви, но не смог. Я провел в Круге магов девять лет. Несколько месяцев назад меня призвали Серые Стражи.
Кейтлин улыбнулась. История Дайлена помогла ей на некоторое время забыть о бедах.
– Удивительно. Не могу поверить. Ты - маг и Страж. Это… это здорово…
– Дайлен. Раньше ты не стеснялась звать меня по имени. Создатель, помнится, ты даже не стеснялась обливать меня помоями с крыльца!
Девушка улыбнулась шире, обнимая себя руками.
– Откуда мне было знать, что из тебя получится такой важный господин? И при том, разве это не ты кидал в меня камнями? А еще вы с дружками подглядывали за нами на озере, во время купания. Вспомни!
Амелл улыбнулся в ответ. Возникшее поначалу стеснение начало постепенно проходить.