Вальтер
Шрифт:
Ее лицо было разгневанным, но мягким.
– Ты невыносим.
Ресницы ее устало опустились. Даниэль даже на секунду подумал, что она вот-вот упадет в обморок, но он слишком хорошо знал эту черту ее характера – она ждала от него раскаяния. И, возможно, все опять произошло бы именно так, как было всегда при таких беседах, но тут отсутствие металлического блеска на шее Даниэля заставило Верену поднять глаза на его воротник.
Стены замка содрогнулись от гнева.
– Сколько раз тебе говорить, что без нектая твоя шея – мишень для врагов!
– Я человек, мне не нужен этот ошейник! Невинная царапина меня не убьет!
Цветной витраж
– Я знаю, ты уповаешь на свою природу, на воротник, способный защитить от клинка. Но ведь и его, и кетты можно сорвать! К чему эти провокации?!
– Почему же я не могу отказаться от нектая, если меня все равно невозможно убить?
– Потому что так ты провоцируешь своих врагов задуматься о том, что именно дает тебе такую уверенность!
Общая тайна, затронутая ими, заставила обоих замолчать.
– Оставим этот разговор, Вальтер, – сдержанно бросила она, поворачиваясь к Даниэлю спиной и однозначно показывая, что разговор их на этом будет закончен. – Тебе следует явиться на турнир, так как это моя воля. Ты живешь среди вардаров, и я не только твоя королева. Я – твоя мать. Ты обязан повиноваться.
Наконец чаша весов перевесила. Даниэль повернулся и направился к двери. Последние слова упали к ее ногам разбитыми осколками надежды на примирение:
– Я не вардар, Ваше Величество. И имя мое – не Вальтер.
Глава 2
– Пошли все вон!
Множество теней рассыпалось по комнате, забиваясь в углы и прячась за массивной резной мебелью. Королева в крайне плохом расположении духа бессильно опустилась в кресло рядом с камином и закрыла лицо рукой в тонкой черной перчатке. Дымчатый шифоновый полог роскошного платья покорно проследовал за хозяйкой и свернулся у ее ног, словно верный услужливый пес.
– Эдриан, ну сколько же можно! – В голосе ее то и дело сквозили нотки отчаяния, так ей не свойственные. – Это безрезультатное ожидание угнетает больше, чем угроза войны с эхтерлингами! И был бы нам хоть один знак, хоть одно предзнаменование о том, что надежды наши не напрасны!
Сумрак комнаты дрогнул. В темноте зала возник высокий широкоплечий силуэт. Черный прямой воротник с отполированным до блеска нектаем, настолько широким, что обладатель его непременно держал подбородок высоко, подчеркивал его исключительное место среди королевских подданных. Не поймешь, то ли молод он, то ли стар. Борода закрывает угловатый подбородок, делая лицо еще более вытянутым. В нем чувствуется сила.
Тяжелый плащ скользнул с крепких плеч и упал позади в знак почтения и смирения.
– Ваше Величество, еще рано воздевать руки к небу…
– …пока нам самим не объявили войну! – взвинченный голос, звучавший так неестественно для этой женщины, заставил его сглотнуть остаток заготовленных утешений. Она была настолько не в духе, что накаленность обстановки требовала тактичной осторожности.
– Я понимаю Ваше беспокойство… – Его низкий гортанный голос вызывал глубокое доверие. – Но мы знали времена тяжелее, чем эти. эхтерлинги – народ не воинственный, но импульсивный и, к сожалению, злопамятный. Перешедшие нам по праву земли они продолжают считать своими, поэтому им хватит любого повода, чтобы объявить нам войну. А Великое Провидение, о котором и они, и мы с Вами знаем, не оставляет им иного выбора. Жить в ожидании собственной смерти – это ли не высшее наказание? Как только они узнают,
что Он уже рядом с троном, им нужен будет только повод.Королева перевела разочарованный взгляд на огромный витраж, обрамляющий окна зала.
– Этот повод уже давно должен был появиться, Эдриан, с того самого момента, как я решилась на тот отчаянный шаг… ради того, чтобы он стал тем, кем ему суждено стать. Но до сих пор ничего не изменилось!
Холод в ее голосе заставлял даже самого близкого советника королевы чувствовать себя неуютно.
– Ваше Величество, я уверен, изменения уже начались, просто Вы еще не успели их заметить…
Королева перевела на него измученный взгляд.
– Знаешь, что он ответил мне перед уходом? Он не принимает свое второе имя – это самый главный показатель того, Эдриан, что мы недооценили этого мальчика. Я обладаю властью над всеми, кроме собственного сына!
– С этим мальчиком изначально все не так просто… – С его губ сорвался вторящий ее чувствам сочувственный вздох. – Если бы он родился в нашем мире, Вы бы не терзали себя понапрасну. Посмотрите на остальных: все те юноши, что входят в золотой круг, готовы отдать свои жизни за процветание нашего королевства. В глазах Ваших подданных я читаю исключительно восхищение и служение Вам, Ваше Величество, а Вы знаете, я очень скрупулезно отношусь к проявлениям верности и тщательно слежу, чтобы эта важная мелочь соблюдалась неукоснительно. Но звездам было угодно сделать так, чтобы Вы рядом с собой приютили человека, который не способен по-настоящему оценить дарованную ему любовь и расположение.
Она молчала.
– Надеюсь, он согласился участвовать в турнире?
Снова тишина.
– Ваше величество… – он припал к ее перчатке, – его характер ломается, как и у всех юношей в этом возрасте. И именно сейчас его мировоззрению свойственна противоречивость. Это нам на руку. Это сдвинет его самоуверенность с прочной опоры… И пусть думает, что все перемены настроения естественны. Пусть думает, что Вы смирились. Дайте ему иллюзию свободы, иллюзию собственного выбора, и он сам примет решение в Вашу пользу. А как он к этому придет, – моя забота. – Темная бровь его слегка опустилась. – Раз он придет на турнир, значит, Ваша воля все-таки имеет над ним власть.
Девушка облокотилась на спинку кресла и горько улыбнулась.
– Только из почтения ко мне. Ты понимаешь? Вопреки своей гордыне. Это не его желание, это приказ…
– Может быть, и не его, пока только Ваше, – советник опустился на колено и взглянул в ее расстроенные глаза, – но скоро, скоро он поменяет свои предпочтения… Какая же это неслыханная дерзость, так пренебрежительно относиться к Вашим словам. Однако его сопротивление показывает его сильную личность, что для будущего правителя нашего мира – черта весьма, весьма выгодная. А те нюансы, которые Вам так не по душе, скоро исчезнут из его сознания, как и Ваши беспокойства. Я обещаю.
Глубокий вздох.
– Ну сколько же можно ждать, Эдриан? Прошло уже столько лет, столько турниров, ты говорил, что это поможет! – Голос королевы резко понизился до шепота. – Он сражается, он убивает. Но только лишь потому, что я так ему говорю! А после он снова сбегает в город! Любой бы на его месте душу продал за возможность занять трон, но он!..
Впервые Эдриан наблюдал так плохо скрытое отчаяние в ее глазах, и это заставляло его не любить Даниэля еще сильнее.
– Это только вопрос времени, Ваше Величество. Я знаю, Ваше терпение безгранично…