Чтение онлайн

Мать слушала очень внимательно и под конец спросила:

– Для меня так и осталось неясным: она только изображала твою любовницу или была ею?

– Я предпочел бы не отвечать на этот вопрос.

– В таком случае, полагаю, я знаю ответ. – Покачав головой, мать устремила взгляд на свою зеленую шелковую юбку. – Скажи, почему ты пришел в ярость, когда увидел Бронуин? Тебя возмутило само ее существование или то, что ее от тебя скрывали?

– Последнее. Если уж у меня есть ребенок, то я приложил бы все усилия к тому, чтобы вырастить его самостоятельно.

Именно

так поступил Николас. Он никому не отдал свою дочь, и Энтони уважал его за это. Особенно когда узнал, как настрадалась в детстве Софи из-за того, что их отец принял иное решение.

– Ты любишь Викторию?

Он не хотел отвечать на этот вопрос даже самому себе.

– Это не имеет значения.

Леди Уайтли поджала губы и подняла глаза к потолку.

– Ты ошибаешься, Энтони. Это имеет значение. Если бы твой отец любил меня, моя жизнь была бы совершенно другой.

– Ты жалеешь о том, что оставила его.

– Иногда, – задумчиво ответила она. – Я сделала выбор. Возможно, не самый удачный. Но это было мое решение.

– Расскажи мне о Бронуин, – попросил он, желая узнать побольше о своей новоявленной сестре.

– Виктория превосходно с ней обращается. О лучшем и мечтать невозможно.

– Бронуин – необычное имя. Мне следовало самому обо всем догадаться. Ты назвала ее в честь своей матери.

Энтони вновь подумал о том, что должен извиниться перед Викторией, причем как можно скорее, однако он не мог уйти, не разобравшись во всем до конца.

– Я никак не могу понять, почему Бронуин так похожа на Дженну. В этом есть что-то сверхъестественное. Ведь Дженна унаследовала скорее отцовскую внешность, чем твою.

Мать густо покраснела.

– Я не говорила, что Бронуин твоя сестра только наполовину.

– Силы небесные! Ты позволяешь ему тебя…

– Не смей произносить при мне это слово! – жестко потребовала мать. – За восемнадцать лет твой отец приходил сюда всего несколько раз.

– Ты могла отказать ему.

– Энтони, он все еще мой муж. И вправе требовать от меня исполнения супружеских обязанностей.

Он посмотрел на ее смущенное лицо:

– Тебе не хочется отказывать ему, не так ли? Черт возьми, ты до сих пор его любишь.

Она пожала плечами:

– Совсем немного. Признаю, я получаю удовольствие от его визитов. Но гораздо больше радуюсь, когда он уходит. Мы с твоим отцом слишком эмоциональная пара. Это хорошо в постели, но не в семейной жизни в целом.

Энтони встал и снова подошел к окну.

– Он знает про Бронуин?

– Нет. Если бы я сказала ему, он забрал бы ее у меня. И я больше никогда не увидела бы ее. Одну дочь я уже потеряла и не собираюсь терять вторую.

Он понимал ее. Жгучая обида, которую он испытывал, когда думал, что пропустил девять лет жизни своей дочери, не шла ни в какое сравнение с постоянной болью матери. Уходя от мужа, она не собиралась бросать детей. Просто не выдержала предательства, совершенного любимым человеком.

– И все-таки я не понимаю, как ты могла впустить его в свою спальню, после того

как он поступил с тобой.

– Скажи откровенно, если бы ты сегодня женился, ты смог бы забыть Викторию? И не стал бы вспоминать о том, что происходило между вами? О том, как она прикасалась к тебе? Как целовала?

– Я не считаю возможным обсуждать такие вещи со своей матерью, – отрезал Энтони.

– Но это не помешало тебе допрашивать меня о моей интимной жизни.

– Меткое замечание, – отозвался он. – Впрочем, все это не важно. Я найду жену и буду ей верен.

– А во сне будешь видеть Викторию, – прошептала она.

– Прекрати, – потребовал Энтони. – Разве не ты убеждала меня в том, что женитьба на добропорядочной особе решит все мои проблемы?

– Это было до того, как ты полюбил.

– Я ни разу не произнес слова «любовь». Леди Уайтли рассмеялась:

– Тебе не нужно ничего говорить, Энтони. За время нашей беседы ты столько раз посмотрел на дом Виктории, что я сбилась со счета.

Энтони прикрыл глаза и прижался лбом к оконному стеклу:

– У ее дома стоит экипаж. Мне просто любопытно, кто к ней приехал.

– Присмотрись к экипажу – может быть, узнаешь, чей он.

– Кажется, такой есть у леди Фарли, – нахмурился он. Странно. Откуда здесь взялась Ханна? Виктория не желала, чтобы кто-то знал, кто она и где живет.

– Три дня назад я видела ее сестру, – небрежно сказала мать.

– Сестру леди Фарли? Лили Хэтфилд?

– Да, мы встретились, когда я выбирала портьеры. Она очень повеселела с тех пор, как лечится у нового доктора. Он пришел к выводу, что ей нужно есть больше мяса. Она последовала его совету, окрепла и прекрасно себя чувствует.

Энтони нервно сглотнул и снова взглянул на экипаж. Ханна сказала Николасу, что ее сестра при смерти.

– Энтони, в чем дело?

В эту минуту он увидел Ханну. Она вывела Викторию из дома и практически втолкнула в экипаж.

Проклятие! Именно Ханна – сообщница Харди.

– Викторию похищают.

Ханна оказалась на удивление сильной женщиной, и вырваться из ее цепких рук было совершенно невозможно. Понимая, что помощи ждать неоткуда, Виктория сопротивлялась, как могла. И, хорошенько прицелившись, наступила каблуком на ногу противнице. Однако в ответ получила весьма ощутимый удар локтем под ребра.

– Ты, маленькая дрянь, немедленно полезай в экипаж, или я прикончу тебя, – злобно прошипела Ханна.

– Воля ваша, – язвительно ответила Виктория. – Но тогда вы не получите того, что вам нужно.

О цели похищения можно только гадать, но, по-видимому, Ханна приехала за письмом, которое Сомертон выкрал из кармана Харди. Дверца экипажа открылась, и – о ужас! – Виктория увидела отвратительно ухмыляющегося Харди.

– Может быть, нам нужна только ты сама, – заявил он, схватил ее за руку и рывком втащил в экипаж.

– Отпустите меня! – пронзительно вскрикнула Виктория, падая на пол между сиденьями.