В плену у судьбы
Шрифт:
«Сама мисс грациозность…»
Даже находясь в таком положении, я не расцепила рук на шее Харрисона. Наше дыхание смешалось, стало тяжёлым и частым. Взгляд сосредоточен друг на друге. Сейчас его глаза напоминали виски только безо льда, такие тёмные и насыщенные, затопленные зрачком.
«Может это его основной цвет глаз?»
По телу распространилось приятное покалывание, внизу живота образовался тугой
– Вам всё-таки удалось меня прервать, – хриплым от возбуждения голосом попытался разрядить обстановку Харрисон.
– Да, это хорошо, но такое падения вам не на пользу. Как ваша память? Вспомнили что-то?
Никто из нас даже не попытался сменить положение или встать проигнорировав неловкость ситуации.
– Нет, думаю нет… Вы бы предпочли, чтобы моё тело придавило вас к полу, Док?
«Возможно… Что? Бррр!»
Предпочитая не заострять внимания о положении наших тел, сфокусировалась на вопросе памяти:
– Нет? Или думаете нет?
– Мне кажется что-то хочется пробиться сквозь образовавшийся блок…
– Что вы видите?
– Обрывки, незваные фрагменты… Я не уверен…
– Хорошо, – попытавшись неуклюже подняться продолжила, – раз вы уже можете тренироваться и самостоятельно ходить по магазинам, смею предположить, что ваше самочувствие значительно улучшилось и пришло время нам с вами расставаться…
Последнее слово резануло по горлу.
Точеные черты лица пытались проявить эмоцию, какую, я распознать не смогла. Глаза сменили цвет на хаки, став грязно зелёными. До этого мягкие влажные губы сжались в жесткую линию.
– Я не готов вас отпустить, Док.
– Но мы с вами договаривались…
– Да, но мне нужно ещё какое-то время, чтобы вспомнить. Я к вам, вроде как уже привык. И в вашей компании мне комфортно.
«Что же мне с ним делать..?
Почему мне так сложно ему отказать?»
– Хорошо, ещё один день…
– Два!
– Мне нужно уехать…
– Я
могу поехать с вами!«Ого, вот это поворот!»
– А если у вас здесь на самом деле жена и пятеро детей? – с насмешкой напомнила его же слова.
– Надеюсь, что нет. Было бы печально их забыть и хуже всего не вспомнить.
– Вот видите, такой вариант не исключается, вам нельзя со мной.
– Не знаю как объяснить, но я уверен, что у меня никого нет… жены и детей точно.
– Девушка?
– Во фрагментах никакой девушки не присутствовало.
– Это не говорит о том что у вас её нет.
– Это говорит о многом. Если бы я кого-то любил – никогда бы не смог забыть, а если бы и забыл, то она была первой, кого бы я вспомнил…
Едва уловимая боль промелькнула в уже умбровых глазах.
«Сколько эмоций столько и цветов?»
– Красиво звучит… но в жизни всё порой иначе складывается.
– Бывают исключения, вы так не считаете?
– Сомневаюсь.
– Как оптимистично с вашей стороны так предполагать.
– Говорю, как есть.
«И куда я ввязываюсь, а самое главное, как я из этого буду выпутываться?»
– Чем займёмся сегодня?
– Мне нужно сделать один звонок, после можем позавтракать.
– Тогда я приготовлю завтрак.
– Серьезно?
– А что вас смущает?
– Я привыкла сама о себе заботиться…
– Так же как и я. Вчера вы готовили ужин, сегодня я приготовлю завтрак. По-моему, вполне честно.
– Хорошо.
Удалившись в спальню я набрала номер шефа новой больницы, который мне дал Роланд, объяснив, что по непредвиденным обстоятельствам задерживаюсь. Подтвердив, что они меня ждут и проблем мой отложенный приезд не вызовет, распрощались. Завершив разговор и переодевшись, вернулась в гостиную и замерла наслаждаясь картиной. Мускулистый мужчина готовит на кухне, что может быть сексуальней. Это как сюжет из какого-то ролика об идеальных мужчинах. Низко сидящие на бёдрах джинсы, оголённый торс, босые ноги. Завораживающее зрелище. Раны на теле стали заживать и практически перестали кровоточить.
– Надеюсь там есть на что посмотреть? – насмешливый тон привёл меня в чувства.
– Мне жаль.
– Вы не должны извиняться, если вам действительно нравится то, на что вы смотрите.
– Видала и получше.
«Даже если это и ложь, я унесу её с собой в могилу.»
– Тогда, это мне стоит извиниться за несоответствие стандартов.
Конец ознакомительного фрагмента.