В ожидании Виллы
Шрифт:
— И Вилла там будет? — в его голосе Грейс почудилось удивление, как будто он знает причину, по которой появление Виллы на вечеринке невозможно.
— Кто знает? Она появится, когда появится. Но мы ведь можем выпить за ее здоровье? Так что приходите, пожалуйста, если сможете.
— Спасибо, мисс Грейс, приду с удовольствием. — Вот и замечательно. В шесть часов, в субботу. До встречи!
Грейс чувствовала, что его изучающий взгляд проследовал за ней по лестнице, но о чем он думает, она не могла догадаться. Ну ничего, совершенно ничего не проясняется. Может, завтра, когда она встретит последнего из мужчин, упоминавшихся
Дома она никогда бы не дошла до такого безумия — вечеринки. Без сомнения, каким-то странным образом к Грейс перешла частица безрассудства Виллы. Она словно влезла в ее шкуру. Грейс изучила телефонную книгу и принялась звонить. Она была уверена, что ее приглашение будет принято. Большинство придет ради развлечения, но один или двое явятся из желания узнать что-то новое. Ну что же, она и Польсон тоже станут наблюдать.
Удивленный, но сердечный голос баронессы ван Стерп; сдержанный — Свена Бейка: да, он будет рад и приведет с собой сестру Ульрику; Уинифред и другие друзья Виллы из посольства, Нигель и Джойс, Томпсоны и Хендерсоны, с которыми Грейс познакомилась на приеме у Питера Синклера, ломкий голос мисс Анны Моргенсон, принявшей приглашение с удовольствием от своего имени и от имени сестры и племянника Акселя, который случайно, и к счастью, дома. Последним Грейс позвонила Синклерам. Ответила Кейт. В ее голосе звучало недоверие.
Она говорила так, будто готовились к похоронам. Для ее мужа это не станет особым развлечением.
— А что такое?
— Из-за Виллы, конечно. Если ее нет, как же так? Вы, Грейс, начинаете себя вести, как она.
— Почему? — удивленно спросила Грейс.
— Ну, как-то неразумно, например, проводить вечеринку в честь того, кого нет…
— Но ее же не навсегда нет? Может, она уже вернется к вечеринке. Во всяком случае, вы с Питером придете, да?
— Я поговорю с ним. Свое расписание он держит в офисе, и я никогда не знаю, когда он свободен, а когда — нет. — Кейт говорила каким-то завывающим голосом. — И Георгия явилась домой с температурой. А если Александр заразится, мне уж точно придется сидеть дома.
— Очень жаль.
— Да, самое неудачное время. Вот и сегодня, вместо того чтобы пойти на чай в резиденцию…
— Так идите, а я могу прийти и посидеть с детьми.
— Грейс, правда?!
— Конечно, с удовольствием.
— Вот это здорово! Вилла была такая же добрая.
— Вы уже говорили, что в этом смысле мы похожи. Правда, тогда мне показалось, что это только комплимент с вашей стороны. — Кейт смущенно растерялась.
— Не обращайте на меня внимания. Я немного не в себе. Ненавижу это место. До гибели Билла так не было. И дело не в том, что он был близким другом, просто стало как-то совсем печально.
— Вы из-за него так настроены против Виллы? — спросила Грейс.
— Виллы? О, Боже мой, нет, я думаю, она не имеет никакого отношения к этому.
— А Уинифред Райт думает, что имеет.
— Да, такие слухи ходили. Но Питер, например, не обращал на них внимания. Он как-то сказал, что Билл прекрасно знает, что за девица Вилла, и не воспринимает ее всерьез.
— Да? Но ведь кто-то же воспринимал ее всерьез? — весело ответила Грейс. Наступила длинная пауза.
— А почему бы не предположить, — медленно сказала Кейт, — что это
Вилла кого-то восприняла слишком всерьез?— Кто в свою очередь ее так не воспринимал?
— Как, впрочем, она того и заслуживала. Разве нет?
Перед тем как Грейс собралась пойти к Синклерам, в четыре, как обещала, Кейт снова позвонила.
— Грейс, я обещала захватить Джойс Томпсон и поэтому уже ухожу. Дети будут вас ждать. Но приезжайте поскорее, ладно? Александр откроет вам дверь, и проследите, пожалуйста, чтобы Георгия оставалась в постели. Она так быстро утомляется.
Через полчаса Александр уже распахивал дверь на звонок Грейс, его глаза были широко открыты, а лицо очень важное.
— Георгия говорит, что немедленно хочет вас видеть.
— Да ну! А можно мне сначала раздеться? Как ты, Александр?
— Я отвечал на телефонные звонки, но Георгия не дает мне разговаривать. Это нечестно! Она говорит, что я слишком маленький, чтобы запоминать важные сообщения.
Грейс повесила пальто, взъерошила волосы малыша.
— Да, она как все девчонки, правда? А что за серьезные сообщения? От кого?
— От Виллы, конечно, — сказал Александр.
Грейс недоуменно посмотрела на его невинное личико.
— От Виллы?
Александр кивнул, надув губы от важности.
— Я как раз хотел спросить ее про лосей, когда Георгия отобрала у меня телефон.
— Георгия, это правда, что ты говорила с Виллой?
Георгия лежала, откинувшись на подушки, раскрасневшаяся и хмурая.
— Не кричите так громко, у меня болит голова.
— Александр говорит, что прямо сейчас звонила Вилла. Это правда?
— Да, я с ней тоже говорила. А теперь у меня кружится голова.
— Что она сказала?
— Попросила, чтобы папочка приехал и спас ее. Она устала от леса и от дождя, который стучит по крыше.
«Дождь стучит по крыше и сводит меня с ума…»
— Георгия, ты это не выдумала?
Та обиженно посмотрела на Грейс.
— Спросите у Александра.
— А почему ты не дала ему поговорить с ней?
— Да, не дала. Он еще ребенок. Папа говорит, что ему нельзя разрешать принимать сообщения. Он может все перепутать.
Грейс села на край кровати и положила руку на горячий лоб девочки.
— А ты не думаешь, что и сама можешь что-то перепутать при такой высокой температуре? Почему и от кого, например, Виллу должен спасать твой папа?
— От лосей, конечно, — заявил с порога Александр. — Она боится их, как и я.
Георгия лежала с закрытыми глазами и слабым голосом говорила:
— Она сказала, что папа не должен в них стрелять, потому что она не любит крови. Грейс, вы нам почитаете?
— Георгия…
— О, у меня такая слабость, я не могу разговаривать.
— Если ты могла встать и ответить по телефону, ты можешь ответить и на мои вопросы. Или тебе все приснилось? Горячка всегда вызывает галлюцинации.
— Правда, у меня были кошмары.
— Значит, Вилла не звонила?
Георгия открыла блестевшие от температуры глаза.
— Про лосей выдумал Александр. Вилла сказала только про дождь.
Грейс посмотрела в окно. По стеклу текли дождевые ручьи. Серые тучи спускались все ниже. Пора было задергивать занавески и зажигать свет.
Она обязательно расскажет об этом странном эпизоде Питеру и Кейт, которые вернутся с минуты на минуту, но сама ни на минуту не поверит, что такое могло произойти.