Чтение онлайн

Подбородок Лео задрожал, кажется он опять готов был разреветься. Да что за напасть?!

– Эй, эй, постой-ка! Я торопливо схватила мальчика за плечи и присела перед ним на колени. – Давай-ка договоримся: ты не будешь реветь, а я... покажу тебе фокус.

Любопытство взяло верх и Лео раздумал плакать.

– Фокус? Какой? Старый Фол Ай умеет подниматься над землёй! А ты умеешь?

– О, для меня это пара пустяков, – небрежно заявила я.

– Правда?! – глаза мальчика засияли и он схватил меня за руку. – Я бы тоже хотел, но не получается!

Это признание настолько

огорчило его, что Лео с досадой топнул маленькой ножкой по тёплой земле.

Я присмотрелась к малышу внимательнее.

– Там на горе... ты хотел взлететь?

Лео чуть заметно кивнул.

– Да. Не говори никому. Лора рассказывала, что птицы выбрасывают своих птенцов из гнезда и только тогда они расправляют крылья. Учатся летать. Я подумал: если я не могу подняться с земли, может надо прыгнуть с высоты? Как птенец?

– А твой приятель Фол Ай? Он тоже прыгает с горы?

– Нет. Он старый. И у него нет руки. Но он ещё сильный. Никто из нас не может подняться в воздух, а он может. Только не очень высоко.

Я неодобрительно покачала головой.

– Давай-ка с тобой договоримся: ты не будешь больше прыгать со скалы, хорошо?

Мальчик кивнул и доверчиво взял меня за руку. Ладонь его была тёплой и это тепло покалывало, вибрировало, словно что-то внутри пыталось выбраться наружу.

Я присмотрелась к мальчику внимательней, так, как я раньше разглядывала двоякую сущность жителей Нижнего мира. Только здесь я обходилась без помощи тени: суть всего живого и без того лежало передо мной, как на ладони. Но с этим мальчиком что-то было не так. Он – словно закрытый сосуд: запечатан крепко-накрепко, а что там внутри? Пустота? Или драгоценное содержимое?

Осторожно я провела ладонью по лицу мальчика: взгляд его просветлел.

– Ты видишь ветер?

– Как?

– Так, будто он живой.

Мальчик крепко зажмурился, потом распахнул глаза и вскинул голову вверх, разыскивая ветер. Он не видел.

Зато я ясно увидела на глазах мальчика тугую повязку, невидимую для обычного взгляда, сотканную из множества нитей, ведущих к земле и крепко держащих мальчика, словно строгий ошейник.

Нити были крепки и сопротивлялись, когда я разрывала их невидимые узы, но что было мне их сопротивление?! Я горло постземам разрывала движением одного мизинца!

– А теперь?

Лицо мальчика выражало удивление и восторг.

– Ой! Вот он! Какой он... синий! А там другой! Ты видишь?! Они разные!

Тугие поводки лопались, как струны, освобождая мальчика. Теперь я видела не только их, но “горлышко сосуда” – чёрную печать, не позволяющую ребёнку открыться и получить доступ к источникам силы и информации, которые, как солнечные лучи в ясный день пронзали этот мир бесконечным потоком.

Я удалила это чёрное клеймо осторожно, как снимают застарелую болячку, освобождая малыша от страха и неуверенности, слабости и боли.

Голова у мальчика закружилась от нахлынувших на него чувств, красок и эмоций и он сел на песок, глядя на меня растерянно и счастливо. Разноцветные ветры дурашливо закрутились вокруг они приглашали своего нового товарища в игру: бесконечную и увлекательную, как

жизнь. Мальчик неуверенно поднял ладони и пальцы его затрепетали, пропуская ветер, но один из них – тот самый, синий, ему удалось схватить и ветер взметнул его, поднимая над бурыми валунами. Малыш от неожиданности разжал ладони и камнем полетел вниз, но я была начеку.

– Ветер твой друг, – объяснила я ему. – Он не помощник, не повелитель – друг. Ты сам всё можешь и без него, но на первых порах он тебе поможет. Лови поток...

Я бросила мальчику струю свежего ветра и он с разбегу, не раздумывая прыгнул на неё грудью, и взлетел, делая мягкий полукруг так, словно делал это тысячи раз. В лице его больше не было страха. Он поднимался всё выше и выше, чутко реагируя на каждые изменения воздушного потока и его давно не стриженные волосы тёмным крылом стлались за худенькой спиной.

Эпилог

Всё вызывало в нём раздражение: и скудный завтрак и холодный ветер, пронизывающий насквозь худую одежду, а более всего раздражали собственные мысли. Кто прибыл к ним ночью? Уж точно не друг. Друзья по ночам не приходят.

–

–

– Это разведчик, – удовлетворённо сказал он. – Прибыл узнать, не сдохли ли мы здесь от голода и холода! Ну-с, теперь господин разведчик пусть сам узнает каково это – жить в закрытой бухте! Кто стережёт лодку?!

–

–

– Отец, а может этому человеку нужна помощь? Может он такой же беглец, как и мы? Может он ранен и лежит в скалах не в силах подняться?!

– Надо пройтись вдоль побережья, – подала голос Ко. – Кто бы то ни был, этого человека надо найти.

–

Никто не возражал.

Ко посоветовала взять с собой носилки, на случай, если раненого придётся нести.

– Воду наберём в ручье, – пояснила она.

Старую Ко оставили стеречь младенца и она не возражала: тяжело ей стала лазить по валунам под пронизывающим ветром.

Поисковая команда собралась на берегу и вот тут-то хватились, что не хватает Лео.

Поначалу никто не выразил беспокойства. Своевольный мальчик часто гулял один, но никогда не уходил слишком далеко.

– Лео!

Громкий хор голосов принялся звать мальчика на все лады, но тот не отзывался.

– Лея, где твой брат?

– Я не знаю, – испуганно пожала плечами девочка. – Когда я проснулась, его постель была уже пуста. Я думала он пошёл к лодке...

Вагик и Дретт отвечали, что мальчик действительно приходил рано утром, но его отправили домой. Больше он возле лодки не появлялся.

Стала нарастать тревога.

– Кто-нибудь ещё видел сегодня Лео?

Оказалось – никто.

малыша.

Поиски неизвестного пришельца были забыты. В растерянности люди метались по берегу, на все лады выкликая имя Лео. Мальчик не отзывался.

– Надо разделиться, – предложил Гора. – Я и Вагик пойдём до восточного края бухты. Сол и Сея – направятся к неприступным горам. Дретт и Раа обыщут западный край бухты, а...

Его речь была прервана криком Лоры:

– Смотрите!

Все разом повернулись в сторону, куда указывала рука молодой женщины, но ничего не увидели.

– Что?!