Узнай меня
Шрифт:
Как не пыталась Иэнель войти в образ пленницы ненавидящей своего пленителя, получалось скверно. Лишь плотнее прижалась к Урмэду, как к единственной защите в этом убогом месте.
Урмэд уверенно правил птехорсом в темноте петляя по узким улочкам и наконец выехал на небольшую площадь.
Круглая, как и все площади затрапезных городков, в середине она зияла мраморным кольцом древнего неработающего фонтана — остатком эпохи, когда все расы жили в мире. В середине кольца груда разнокалиберного щебня указывала на то, что фонтан раньше украшала или чаша, или скульптура.
Тут было
«Чёрный коготь» — прочитала Иэнель на вывеске.
Из темноты перед ним появился низенький, сгорбленный дайн неопределенного возраста. Урмэд и Иэнель спешились.
Проследив, как денщик привязал животное и поставил перед ним бочонок с водой, Урмэд сунул в руку горбуна мелкую денежку и многозначительно кивнул. Тот кивнул в ответ. Урмэд дал птехорсу команду «место», и они направились к дверям.
Трактир мало чем отличался от тех, что она видела ранее.
Большое полутемное помещение освещалось кованой люстрой с закрепленными на ней магическими огнями да обычными свечами на столах. И если айны запирали огонь в энергетические сферы, то дайны любили его открытым. На полу многодневная солома, на столах жир и даже на вид липкие лужи. По углам плясали длинные тени, пряча во мраке самых «стеснительных» посетителей. Напротив входа, почти во всю ширь дальней стены располагалась барная стойка. В ее торцах слева дверь на кухню, а справа лестница на верх — в комнаты.
Посетителей было не много. Слева за длинным столом компания подвыпивших даггеров, вокруг них, словно в чумном круге, столики были пусты. Справа почти все столы заняты, но по одному-два посетителя. По одежде Иэнель не могла понять к какому слою населения принадлежат эти дайны. Одеты почти одинаково-убого: серо-коричнево-черное. Шерсть штанов, кожа курток и обуви.
При их появлении даггеры все как один повернули головы. Урмэд мазнул по ним взглядом и пошел через зал. Иэнель просеменила следом. Наклонила голову, чтобы в прорези маски не был виден взгляд. Дернув веревку, Урмэд повел ее к единственному свободному месту. Маленький стол под лестницей как раз на двоих.
— Сядь, — последовал сухой приказ.
Иэнель послушно опустилась на краешек трёхногого табурета, но из тени капюшона наблюдать не перестала. Ей казалось, что весь трактир смотрел на них. Кто-то с любопытством, кто-то с презрением, кто-то с жалостью. Было понятно, что даже местные шлюхи пользовались куда большими правами чем она. Трактирщик на месте отсутствовал, зато из-за двери, что вела на кухню, была слышна отборная брань и женские всхлипы. У пустующего сейчас стола в проходе на полу темнели влажные черепки посуды да блестела бурая лужа. По запаху — брага.
Не успели оглядеться, как от компании даггеров отделился один и вразвалочку направился к ним.
Урмэд скрестил руки на груди и словно врос ногами в пол, загородил Иэнель от незнакомца.
Иэнель первый раз видела симпатичного дайна. Высокий, широкоплечий. На длинные черные волосы падали блики огня, разжигая в них медь осени. Правильные черты лица, аккуратные
острые уши и зелёные, чуть прищуренные глаза. Иэнель пока не могла понять, что пряталось за этим прищуром. Ей одинаково казалось, что они с Урмэдом могли как обняться, так и начать махать мечами.— Сколько хочешь за рабыню?
Низкий, с хрипотцой голос звучал по-деловому лениво, словно он покупал скотину на базаре.
— Она не продается, — в тон ответил Урмэд.
— Всё продается, есть лишь вопрос цены, — ухмыльнулся красавчик, стараясь взглядом залезть под капюшон Иэнель.
— В любом случае — это не твоя покупка.
Голос Урмэда звучал холодно, но спокойно.
Незнакомец цепко осмотрел фигуру пленницы и айна наконец поняла, что привлекло его внимание — светлые кисти рук. Как только он отвел взгляд, спрятала руки под плащ. Красавчик заметил ее движение и с интересом посмотрел на Урмэда. Иэнель затрясло. С десятью даггерами в полном вооружении им не справиться, как не изворачивайся.
— Дам хорошую цену. Ей у нас понравится, — хохотнул шутник, оборачиваясь на друзей. Некоторые сально заухмылялись, салютуя кружками.
— Тебе с первого раза не ясно? Иди, шепну на ушко, — нехорошо оскалился Урмэд. Холодная сталь ножа в его руке отразила огонь свечей.
Красавчик бесстрашно наклонился, показно оттопыривая ухо ладонью.
Иэнель замерла. Если Урмэд ударит, то будет великая драка. И тогда ей точно несдобровать, только ноги уносить, если получится. Но произошло странное.
— Марш к ребятам и не беспокой меня, — сделав зловещую мину, прошипел Урмэд, помахав пред носом красавчика оружием.
— Двое… Но мы будем рядом. Отдыхай, — так же хищно осклабившись ответил красавчик, брезгливо убирая нож пальцем.
Со стороны обывателей (тех, что находились за их спинами) это напоминало интеллигентную разборку авторитетов, но Иэнель поняла: что-то не так.
Красавчик ухмыльнулся и незаметно подмигнув Иэнель пошел восвояси. Тут же из двери кухни вынырнул лысый коренастый трактирщик в заляпанном фартуке и всплеснув руками, подбежал к новым клиентам.
Комната была чистая, небольшая. Две кровати по стенам, стол напротив входа и окно за ним, выходящее во внутренний двор. Первым делом Урмэд закрыл окно щитом, стоящим на полу, перегородил длинной доской. И теплее и безопасней. Закрыл дверь на задвижку, и приложив палец к губам по обычаю обследовал комнату.
Иэнель наученная горьким опытом уже по привычке пошла в самый дальний угол за кровать и уселась на пол. За дверью слышались голоса. То ли кто-то съезжал то ли наоборот.
— Привяжу тебя ненадолго, выйду. Закажу еды, заплачу за комнату и вернусь, — шепнул ей на ухо, обдавая теплом дыхания, запахом дорожной пыли и мокрых перьев.
— Не задерживайся, — устало вздохнула она.
— Постараюсь.
Урмэд пошарил взглядом по стенам. Веревку от ошейника принцессы намотал на крюк для одежды, что был вбит у изголовья кровати. Руки стянул за спиной и примотал к ножкам кровати. Ноги тоже связал.
— Тебе удобно? Веревку сама затяни как надо.
Иэнель покрутила головой, проверяя натяжение.