Урус-хаи
Шрифт:
Впрочем, умолк не он один. Придавленные грандиозной цифрой молчали все присутствующие, и только сквозняк шевелил их отпавшие подбородки. Гнетущая тишина сделалась невыносимой и не прерваться не могла.
– 'А в какой глубине морийских руд находится это удовольствие? Ведь в тех подземельях орков полно. Их вынести сначала придётся. В пещерах мы раньше не дрались. Дело это для нас незнакомое. Я так в пещере раньше никогда и не был. Среди ребят диггеров тоже не знаю. Воевать в пещерах трудно. Вон фрицы в Керчи так и не смогли взять каменоломни Аджимушкая, хотя у партизан только винтовки и были. Придётся специальную операцию готовить, с нуля!'- усомнился Адмирал.
– 'Какие
На иллюстрации Гэндальф с отрядом стояли перед каменными вратами древнего царства гномов. Шесть пар глаз впились в небрежно выполненный финансовый шедевр.
– 'Да-ааа'- выразил общее мнение Механик и мечтательно прикрыл глаза.
Первым очнулся Адмирал:
– 'Так чего мы ждём!? Выступаем немедленно! Генрих, пусть бойцы сворачивают лагерь. Осьминог, там в озерце, говоришь? Ну ничего, прошлым летом я у деда в Якутии рыбу глушил. Вспомню опыт!'
*****
... По прошествии сонма благословенных веков, что минули с той грозной поры, невозможно установить истину и изложить случившееся так, как оно было на самом деле. Что касается рассказов приписываемых самим аркаимцам и запечатлённых якобы не позднее, чем через год, то события разворачивающиеся в них невероятны, а значит и недостоверны. Остаётся только восхищаться мастерством, с которым юные бездельники переписчики рукописей состарили пергамент. Их упорство в изучении гномьего языка конца третьей эпохи и рун, с помощью которых составлялись в то время летописи, также поражает. Особенно достоверно они изобразили орнамент, украшавший когда - то наиболее важные тексты подгорного народа. Но непонятно, как великим хронистам прошлого, по-видимому, столетия, а в те времена просто молодым прохвостам, удалось подговорить каменотёсов выбить точную копию этой записи. Толстый слой копоти скрывал её на стене одной из старинных морийских кузниц...
Из доклада управляющего главным королевским архивом Гондора на королевский запрос по созданию Единой Летописи о временах Переноса.
...Короткая колонна из тяжёлых 'Уралов' военного образца, разбавленная пятью японскими джипами, выкрашенными в пятнистый маскировочный цвет, грозно шла по унылой степи. В самой середине шел ярко-оранжевый бензовоз, угнанный аркаимцами от какой-то бензозаправки на окраине зоны Переноса. Слабым утешением сбежавшим хозяевам послужила оставленная ехидным Генрихом на столике у кассы перетянутая резинкой пачка евро.
Джипы осуществляли фланговое охранение и периодически обгоняли колонну, а иногда отклонялись в сторону и довольно значительно, скрываясь за редкими перелесками. Под колёса грузовиков ложился широкий гномий тракт, вымощенный прочными и отлично подогнанными друг к другу каменными торцами.
Правда, сидевшие за рулём шофёры и выглядывающие из грузовиков скинхеды не могли видеть всего этого инженерного подвига. Такой дорога была тысячу лет назад, и слой дёрна давно затянул результаты долгих лет упорного труда многочисленных работников.
Конечно, во многих местах из земли торчали каменные столбы, иногда с полустёртыми рунами, иногда с перекладинами, на которых раскачивались выбеленные до мраморной яркости скелеты. Но такие участки попадались чрезвычайно редко.
Водители давно бы потеряли дорогу, если бы не горячая и абсолютно добровольная помощь орков.Сейчас, удобно устроившись в кузове головного Урала, они бойко показывали путь, щурясь от встречного ветра, шатаясь от покачиваний машины, матерясь и вздрагивая от периодических ударов автоматными прикладами по почкам.
Глазастый Герман, получивший своё имя за склонность к блефу при игре в очко, первым заметил джип, возвращающийся из боевого охранения. Впрочем, он же был вторым, так как исполнял обязанности дежурного наблюдателя.
Сначала старый картёжник решил, что обозначив себя, тот снова уйдёт в крейсерство, но Land cruiser, похоже, не собирался возвращаться в степь.
В нагрудном чехле запищала рация. Хозяин бросил на неё взгляд, полный досады.
Вчера ему не удалось воспользоваться зарядным устройством и аккумулятор слабым голосом собеседников уже оформлял своё завещание.
– Герман - бросил он как ругательство.
Разглядев, наконец в бинокль марку автомобиля, он добавил:
– Слушаю тебя, Кузнец.
Отказ от позывных произошёл пару дней назад, когда стало ясно, что перехватывать переговоры здесь некому. Генрих лично разрешил свободное использование раций. Если бы он хотя бы догадывался, к чему это приведёт...
Поскольку перенос был главным событием, то все переговоры завертелись вокруг него. Нет, родноверы вовсе не обсуждали создание электронного механизма для переброски обратно. Вопросу поисков природного портала, способного вывести их из Средиземья они также не уделили ни одного слова. Зато звучали красочные описания разнообразных и самых противоестественных действий, которые бойцы совершат в отношении сионистов, заказавших этот перенос.
Главные редакторы таких великих американских эпосов, как: 'Камасутра для кастратов', журнала 'Твой лучший друг - зоофил', учебника 'Инцест, как средство укрепления семьи' и пособия 'В помощь начинающему гомосексуалисту' умерли бы от стыда за бедную фантазию. Когда речь заходила о возмездии продажным учёным, технически осуществившим переноску отряда, то под небесами Средиземья раздавался страшный треск, эхо от которого многократно усиливали ущелья Мглистых гор.
– это на Земле переворачивались в своих гробах, мучимые чёрной завистью, палачи Святой Инквизиции.
– Звякни Генриху на командирскую волну, что я подгребу. Вопрос есть - ответил Кузнец
– Что случилось. Опять развалины нашли и пошмонать хотите? Честное слово, прямо как дети!
– разозлился Герман.
– Да не развалины это, а не понять что. Не может здесь такого быть - чуть слышно ответила разряженная рация голосом Кузнеца.
– Чего не может быть? А чёрт, рация садится. Подъезжай и поговорим - потребовал Герман и зачехлил переговорное устройство.
Джип и 'Урал' сблизились. В японской машине открылся световой люк и в него вылез Кузнец, внешним видом полностью оправдывающий свою специализацию.
На поясе у него, в подражание древним викингам, висел молот. Не то, чтобы он был велик своими размерами, но ходить с подобным инструментом всё время, удовольствие не из приятных, если не сказать больше.
Отполированная многочисленными прикосновениями крепкая ясенёвая рукоятка была покрыта скандинавскими рунами и сложной вязью узоров, переплетавшихся в единое целое. Этот титанический труд был выполнен детским выжигателем 'Силуэт'. Когда Кузнеца спрашивали, какую именно смысловую нагрузку несут древние знаки, он многозначительно отмалчивался, либо наотрез отказывался отвечать.