Уроборос
Шрифт:
– Иди вперед, Дайм, – прошептала она, вцепившись в меня хищным взглядом. – Я их отвлеку. Всё так и было задумано. Я не могла допустить, чтобы эти уголовники подожгли дом, поэтому и пошла к ним навстречу.
– Иди к черту! – взорвался я и поднял девушку на ноги, утаскивая за угол спящего дома. Гитару взял в свободную руку. – К чему такая самоотверженность?! Эти люди опасны! Остаться здесь как приманка – самоубийство.
Переглянувшись с Изабелл, я понял, что она это и задумала. В её глазах не было видно слез, однако полное отчуждение и безразличие к происходящему я заметил сразу, так же как и черные разводы, похожие на паутину.
– Твою мать, – опять я чуть не сорвался на крик, сжимая её руку ещё крепче. –
Мы отошли за соседний дом, но звуки погони становились всё громче. Умом я понимал, что такими темпами нас скоро поймают, если мы не поторопимся, а Иззи же еле перебирала ногами и будто нарочно тормозила нас. Меня разозлил её эгоизм.
Я прислонил девушку к кирпичной стене и хорошенько встряхнул.
– Ты умирать здесь, что ли, собралась?! – прошипел я злобно, но достаточно тихо, чтобы нас не услышали. Ответом послужил взгляд, полный ненависти.
– Если хочешь спастись, то бросай гитару и бери в руки револьвер, – недолго думая произнесла она, ловко меняя тему. – Что тебе дороже, жизнь или какой-то музыкальный инструмент?!
Мне с решением колебаться не пришлось:
– Я сделаю это, если ты перестанешь помышлять о смерти. Идет?
– Договорились! – гневно рявкнула Изабелл, и её неживой взгляд наконец преобразился. Теперь я видел перед собой ту особу, хоть и очень сердитую, что посмела грубить Хранителям на суде. Теперь я мог не опасаться подобных приступов дурости и лживого героизма – она пришла в себя.
Я поставил гитару на землю скрепя сердце и взял в руки оружие.
– Стреляй и слушай, что я говорю, – прошептала Иззи, и мы с ней резко вжались в стену от пролетающего мимо луча фонаря. Голоса преследователей раздавались совсем рядом с нашим укрытием.
Девушка вытянула руку вперед и стала медленно зажимать пальцы по одному – отсчитывала до пяти. Это сигнал. Я напрягся и постарался прицелиться в место, где вдруг задрожал ещё один луч искусственного света.
– Сейчас! – скомандовала девушка, сжимая руку в кулак.
Я выстрелил, зажмурившись. Раздался грохот, руку дернуло от отдачи, а потом раздался гневный вопль боли. Я в кого-то попал. После выстрела мы с Изабелл сразу помчались вдоль покрытых мраком домов, но голос Алекса Вансалда всё равно нагнал нас. Я узнал бы этот рев где угодно, даже будучи глухим.
– Мое лицо! Что с моим лицом?! Сукины дети! – орал он как раненый медведь где-то за нашими спинами. – У них пистолет! Этот щенок не один! Он вместе с сообщниками! Схватить их всех! Доставить Камуи!
Позади послышались крики, вслед нам раздались выстрелы. Дома, что таили в себе спящих жильцов, тут же очнулись. Во многих окнах появился свет, а во дворах громко залаяли собаки. Я слышал, как люди начали вываливаться на улицы, видел, как сонная старуха в цветном халате и платком на голове вышла на крыльцо. Лай собак перекрывал шум погони, а мы же с Изабелл просто бежали вперед, укрытые тенью наступающего утра. Я не боялся, но сердце стучало со скоростью отбойного молотка. Мне пришлось во всём полагаться на медиума. Девушка отдавала четкие приказы, прямо как в армии. Если она говорила остановиться, я останавливался, а если не успевал, она хватала меня за капюшон толстовки, дважды спасая от пролетающих мимо пуль. Одна буквально пролетела возле моего уха.
Улицы погрязли в хаосе и многочисленных возгласах проснувшихся местных жителей. Это отвлекало «Псов» от наших персон, но всё же какой-то придурок решил показаться умнее своих товарищей и обошел нас с Иззи спереди. Стоило ему показаться из-за угла, как ему прилетело бейсбольной битой промеж глаз. Не хотел бы я оказаться на его месте. Изабелл действовала быстро и слишком жестоко. После того, как парни в фирменных футболках стали выпрыгивать из каждой тени (похоже, они заранее
подготовили засаду), подруга напомнила мне ребенка в зале игровых автоматов – била по головам несчастных с такой прытью, будто уже заранее знала, откуда они появятся. Я был поражен, парни даже не успевали поднять оружие. Она будто обладала умениями супергероя, позволяющими ей улавливать любое движение противника и читать их мысли.И всё же мы выбрались живыми. Многие из «Псов» с поврежденными частями тела остались лежать на земле, автоматически выбывая из погони, и поэтому нам удалось скрыться из виду. Удивительно, но я потратил всего одну пулю из девяти. Остальное Изабелл сделала сама, управляясь с битой не хуже профессионального игрока в бейсбол. Я был ей бесконечно благодарен и в то же время ощущал жгучий стыд: ведь это я должен был биться с неприятелем, а не она.
Через двадцать минут безостановочного бега по просыпающимся улицам я стал задыхаться от непривычки. Тяжелый рюкзак давил на плечи, а легкие словно полыхали огнем. Я хотел схватить Иззи за плечо, чтобы она замедлила темп, но не смог и руку вперед вытянуть. Упал на землю раньше, чем подумал об этом. Просто споткнулся и ободрал щеку об асфальт. В момент удара всё вокруг потемнело.
– Ты как? – услышал я над собой обеспокоенный голос подруги, когда открыл глаза. На фоне светлеющего неба девушка добродушно мне улыбнулась и присела рядом. Я видел, что она сама еле держалась на ногах. Её всю трясло как в лихорадке.
– Мне кажется, пора отдохнуть, – я улыбнулся ей в ответ, всё ещё лежа на асфальте, начиная потирать больную щеку. Дыхание не собиралось восстанавливаться после изнурительного бега.
Иззи помогла мне подняться, не выпуская биту из рук, и только когда я вновь оказался на ногах, понял, что больше нас не окружали прежние городские пейзажи. Кругом простирались поля пшеницы. По левую руку от меня возвышалась водонапорная башня среди высоких колосьев, по правую – маленький загородный дом с цветочным садом, впереди по дороге – ферма с ветровой мельницей. В воздухе пахло отрезвляющей свежестью и кошеной травой. Зрелище захватывало дух. Я так и замер, в недоумении оглядывая новое для себя место, освещенное ранней зарей.
Спустя несколько секунд Иззи взяла меня за руку и молча потянула за собой. За нами больше не гнались преследователи, но всё же она предпочла спрятаться в тени цветника рядом стоящего дома, свернув с проезжей части. Я не был любителем сновать по частным владениям, но сейчас я запросто наплевал на собственные принципы. Мною управляли усталость и желание предаться отдыху.
Мы устроились на заднем дворе средь густых кустарников, в самом дальнем углу у деревянного забора. Я припал спиной к изгороди, усевшись на зеленую траву, а Изабелл устроилась меж корней ближайшей березы. Бита и сумки с вещами стояли рядом в тени ветвей дерева.
– Нам нужно спрятаться в городе, – вдруг заявила Санчес, поднимая на меня взгляд. – Эти придурки не осмелятся на нас наброситься в людном месте.
– Не уверен в этом, – признал я. – И тем более мне нельзя появляться на улицах. По словам друга, меня ищет полиция.
– С чего вдруг? – девушка удивленно приподняла брови.
Я ей всё рассказал. Про психопата Камуи и Джиллиан, банду «Цепных Псов», мягкие игрушки, набитые марихуаной, про случайные смерти Лорена и Фокса, про сожженный дом, убийства, повешенные на меня, про похищенного Барри. Поведал всё, что произошло до знакомства с Велисаром воочию. Начал с того самого вторника, что испортил мне жизнь. Я говорил, а девушка внимательно слушала. Кивала. Иногда задавала вопросы. Я всё ей пояснял, но всё же не понимал, почему Иззи не могла всё узнать сама. Она же медиум, что призвал самих Хранителей в наш мир и создал странную воронку в полу! Как человек подобной силы не смог заглянуть в прошлое и увидеть нужную информацию своими глазами?