Упырь
Шрифт:
Удар!
Кончено. — удовлетворённо сказал голос. — Ты сделал это, Колян! Теперь я могу уйти… Не расслабляйся! Остался главный упырь, тот, кто сделал кровопийцами меня и эту девушку. Давай, Колян, я в тебя верю…
Но где он? — Колька не заметил, как заговорил вслух.
– Так, так! — прозвучал насмешливый голос. — Охотничек явился? Вот и ладушки…
Колька отбросил ненужную теперь киянку. Вампир проснулся. Ещё до темноты. Колька поднял скользкими руками фонарь…
Этого лица он раньше никогда не видел.
Узкое, насмешливое, красивое,
– Что тут у нас? — упырь запустил руку внутрь. — Ага. Банка с какой-то вонючей гадостью… Бензинчик? Понятно. Куча батареек. Спички охотничьи, где достал, спрашивается? Ого! Фомка? Запасливый вы, я погляжу, человек!
Колька нашарил в кобуре пистолет. Выхватил, нажал на курок, пуская в упыря тонкую струйку святой воды.
Тот засмеялся, отряхивая рубашку. Бросил рюкзак на пол.
– И что сие должно было означать, милостивый государь? — поинтересовался упырь. — Рубашку испортили…
– Святая вода… — пробормотал обескураженный Колька, опуская пистолет. — Из бутылки.
– Из бутылки? — поднял брови упырь. — Однако неважного вы обо мне мнения, милсдарь Охотник… Сейчас, скажу я вам, воду освещать совершенно не умеют! Уже через пару часов она теряет свои свойства. А вы — из бутылки! Ха-ха.
– Учту на будущее, — буркнул Колька, лихорадочно ища выход из создавшейся ситуации. Надежда на пистолет со святой водой, как на самое мощное оружие — увы, не оправдалась. Он сунул руку в карман и нащупал головку чеснока. Ну держись!
– Каков наглец! — засмеялся упырь. Потом обошёл настороженного Кольку по дуге. — Вы знаете, милсдарь Охотник, я ведь — не в пример вам — вампир современный. Можно сказать: продвинутый…
Он нажал какую-то кнопку на стене. Вспыхнул свет. Колька не успел зажмуриться, и теперь стоял, хлопая слезящимися глазами.
– У меня и радио есть! — похвастался упырь.
Потом приблизился к убитой Колькой девушке.
– Вполне, — упырь хмыкнул, — профессионально сработано. Поздравляю, милсдарь Охотник, с первыми успехами на вашей стезе. Хотя девочку жаль… Аппетитная, прямо скажем, была девочка!
– Ах ты! — только и смог выговорить Колька. — Ты — её?! Сволочь!
Чеснок полетел в упыря, тот изящно уклонился. Снова засмеялся, вызвав в Кольке новую волну ненависти. Колька выхватил из гнезда колышек, швырнул в проклятого упыря. И снова промазал.
– Не старайтесь, — посоветовал упырь. — Моя реакция на порядок выше человеческой. Хотя… это было забавно! Давно так не смеялся — у меня, знаете ли, достаточно скучная жизнь. У джентльменов удачи как: украл, выпил, в тюрьму… А у меня: поймал, выпил, в гробу. Поймал, выпил, в гробу… Романтика! Скучная повседневная романтика!
– Ты гад, Севку, убил! — тихо, с ненавистью сказал Колька. — Я тебя всё равно достану…
Он в каждую руку взял по колышку, чуть согнул ноги в коленях, правую руку выставил вперёд, левой прикрыл лицо. Упырь скопировал его стойку, радостно засмеялся. Колька прыгнул, одновременно выкидывая руки с кольями вперёд…
И вместо упыриной груди вспорол воздух.
Какая-то сила швырнула его вверх и в вправо. Колька ударился плечом о стену погреба, почувствовал страшную боль. Перевернулся на спину.
Над ним стоял упырь со своей неизменной ухмылкой на губах.
– Ваше каратэ вам не поможет, милсдарь Охотник! Да и маловаты вы, чтобы толком уметь драться. Ничего, подрастёте, заматерЕете…
– Я тебя сейчас заматерЯю! — пообещал Колька, поднимаясь на ноги. Отбитый бок болел, дышать стало трудно. — Сука поганая!
От удара маваши-гери, направленного в голову, упырь увернулся самым странным способом, что Колька видел в жизни. За секунду до попадания в него колькиной ноги, он прыгнул назад и вверх, взлетел под самый потолок, скрутил заднее сальто и опустился на ноги. Между ним и Колькой оказалась лежащая на помосте убитая вампирка.
Колька привычным движением взял в руки по колышку. Перевязь опустела уже наполовину, а упырь не был даже ранен.
Колька сделал шаг, под ноги попалась банка. Бензин, вспомнил Колька, мой бензин. Значит, есть шанс. Страх, терзавший его постоянно, отступил.
– Хорошо, — сказал он упырю. — Твоя взяла. Я могу уйти?
Упырь блестяще разыграл изумление. Потом поклонился.
– Конечно, милсдарь Охотник, конечно. Но…
Упырь тяжело вздохнул.
– Что «но»?
– Но увы! Я не могу вас отпустить. Дело даже не в убежище… И не в том, что вы можете привести сюда милицию и иже с ними… Нет. Я бы счёл это вполне подходящей платой за сегодняшнее развлечение. Поверьте — я не желаю вашей смерти, однако… Должен признаться — я очень голоден. Увы! «Души прекрасные порывы он запивал аперитивом…»
– Сука, — сказал Колька. — А разливался соловьём… Лови!
Он швырнул колышки один за другим. Упырь лениво увернулся, перемахнул помост, блокировал серию отчаянных ударов руками и ногами. Глаза его загорелись жёлтым огнём, и Колька с ужасом увидел, что зрачки упыря — вертикальные, как у кошки. Вампир изящно, словно бы играючи толкнул Кольку ладонью в грудь, и он со страшной силой врезался в стену. Из прокушенной губы потекла кровь.
– Прощайте, милсдарь Охотник! — прошептал упырь, приближаясь. — Был рад знакомству…
Кулак впечатался ему в лоб. Упырь отпрянул, заорал, зажимая дымящуюся круглую рану на лбу. Колька посмотрел на свой кулак — серебряный перстень светился холодным белым светом.
Колька поднялся на ноги. Закружилась голова, во рту стало солоно от крови. Он пошатнулся. Упырь всё орал, держась за лоб.
Колька сделал два шага и рухнул на колени. Притянул к себе банку с бензином, попытался стянуть крышку. Та не поддалась. Он вцепился и потянул, чувствуя, как ломаются ногти и хрустят суставы.