Чтение онлайн

Сенсорная система управления воздушным движением, которую придумал Джонсон, позволила диспетчерам вносить изменения в полётные планы судов намного быстрее и надежнее.

Изначально для создания сенсорного экрана Джонсон решил обмотать медными проводами поверхность электронно-лучевой трубки, по сути, создавая сенсорный телевизор. Хотя система могла распознавать только одно касание, в ней уже таилась базовая задумка современного сенсорного экрана, да к тому же с самого начала она была ёмкостной, то есть принадлежала к более сложному виду сенсорных экранов, которые чувствуют, когда палец изменяет ёмкость при касании.

Сенсорный экран соединялся с базой данных, где содержались все позывные самолетов в определённом секторе. На экране должны были отображаться позывные,

«по одному на каждый провод». Когда воздушное судно называло себя, диспетчеру лишь надо было бы коснуться провода, соответствующего определённому позывному. Затем система предлагала ввести лишь доступные для этого конкретного полётного плана изменения. Такой продуманный подход позволил в разы сократить время отклика в той сфере, где на счету каждая секунда и где небольшая ошибка в символах может привести к катастрофе.

«Конечно, существуют и другие способы применения экрана», – писал Джонсон. Например, если кому-то захочется открыть приложение на домашнем экране. Или управлять ускорителем частиц.

Несмотря на то, что этот человек совершил такой важный вклад в развитие технологии, об Эрике Джонсоне почти не осталось никаких записей. Поэтому приходится только гадать, что привело его к созданию сенсорных экранов. Известно лишь, что Джонсон в своём патенте ссылался на два патента компании Otis Elevator [19] как предшественников его задумки: один описывал ёмкостную систему распознавания приближения объекта (технологию, которая удерживает двери лифта открытыми, когда в проходе находятся пассажиры), а второй – основанные на касании лифтовые системы управления. Также Джонсон упомянул патенты General Electric, IBM, вооружённых сил США и компании American Mach and Foundry. Все шесть были зарегистрированы в середине шестидесятых годов; идея сенсорного управления «витала в воздухе», даже если пока не использовалась в компьютерных системах.

В заключение Джонсон упоминает патент на «печатную телеграфную систему» 1918 года. Её изобрёл Фредерик Гио, молодой итальянский иммигрант, живший в Коннектикуте. Устройство представляло собой плоскую гладкую пишущую машинку размером с планшет, где каждую клавишу можно было подключить (с помощью провода) к сенсорной системе – похоже на аналоговую версию клавиатуры на вашем смартфоне. Она могла автоматически передавать сообщения, основанные на буквах, цифрах и вводимых данных, – сенсорно-печатный телеграф по сути являлся прародителем мессенджера AIM. Стало быть, сенсорные экраны изначально были плотно переплетены с телекоммуникациями, да и без помощи лифтов их бы, скорее всего, не придумали.

Британские авиадиспетчеры и в самом деле перешли на сенсорный экран Джонсона и пользовались системой до 1990-х годов. Затем на смену ему пришел резистивный экран, разработанный командой американского учёного-атомщика Джорджа Сэмюэла Херста как вспомогательное устройство для проведения научных исследований. Основанные на надавливании устройства были дешёвыми, но при этом неточными, грубыми и даже раздражающими – благодаря им следующие двадцать лет репутация сенсорной техники была основательно подпорчена.

Мы снова идём по ЦЕРН, проходим широкий открытый зал, заполненный людьми – тут идет какая-то конференция и повсюду сидят учёные, – и попадаем в пустую комнату для совещаний. Стамп достаёт толстую папку, за ней ещё одну, а затем – настоящий прототип сенсорного экрана 1970-х годов.

Обстановка внезапно накаляется, и до меня доходит: если цель Стампа – продемонстрировать, что его разработка могла бы обернуться iPhone, то цель Мазура – дать мне понять, что заявление Стампа не является официальной позицией ЦЕРН. Они вежливо спорят о деталях, когда Стамп начинает рассказывать мне о том, как он пришёл к мультитачу.

Стамп родился в Копенгагене в 1938 году. После школы он пошёл в армию, в датские военно-воздушные

войска, где изучал радиоинженерию и радиолокационную технику. После службы он работал в исследовательской лаборатории телевизионного завода и возился с новыми устройствами отображения и прототипами будущей продукции. В 1961 году его взяли на работу в ЦЕРН. Когда в ЦЕРН собрались обновить первый ускоритель частиц, ПС (протонный синхротрон), до Супер-ПС, им понадобился способ управления новой гигантской машиной. ПС был довольно мал, и каждая часть его оборудования, используемая для управления, могла регулироваться отдельно. Он занимал тоннель длиной полкилометра – СПС же требовалось почти семь километров.

«При таких габаритах, понятное дело, непрактично, да и вовсе невозможно работать по-старому: проводить кабели напрямую от аппаратов к пульту управления», – говорит Стамп. Его коллеге Фрэнку Беку поручили разработку системы управления для нового ускорителя. Бек уже был наслышан о зарождающейся технологии сенсорного экрана и решил, что она вполне подойдёт для СПС, поэтому он зашёл к Стампу и спросил, может ли тот что-нибудь придумать.

«Мне вспомнился один эксперимент, который я проводил в 1960 году, когда ещё работал в телевизионной лаборатории, – рассказывает Стамп. – Я смотрел, сколько времени требуется работницам, чтобы сделать крохотные обмотки для телевизора, которые потом помещались на телевизионную печатную плату, и тогда мне пришло в голову, что, наверное, можно было бы впечатать эти обмотки непосредственно в плату и в итоге существенно сэкономить на расходах». Он решил, что эта идея сработает и здесь. «Я подумал, что если можно впечатать обмотку, то можно впечатать и конденсатор с очень тонкими линиями, теперь уже на прозрачную поверхность…» – такую, как стекло – «…и сделать конденсатор частью электронной схемы, позволив ему отслеживать изменение в ёмкости, когда до стеклянного экрана дотрагиваются пальцем… Не лукавя, можно сказать, что сенсорная технология iPhone зародилась в 1960 году».

В марте 1972 года в рукописном документе он изложил своё видение ёмкостного сенсорного экрана с фиксированным количеством программируемых кнопок. Общими усилиями Бек и Стамп набросали черновой план своего предложения для рассмотрения командой ЦЕРН. В конце 1972 года они анонсировали дизайн новой системы, основанной на сенсорном экране и мини-компьютерах. «Выдавая опции выбора, которые основываются на предыдущих решениях, сенсорный экран даст возможность оператору в одиночку с помощью всего нескольких кнопок получить доступ к обширной поисковой таблице пульта управления», – написал Стамп. Экраны должны были сделать на электронно-лучевых трубках, как телевизоры.

ЦЕРН одобрила его предложение. СПС ещё не построили, но работу уже пора было начинать, поэтому администрация выделила Стампу так называемый «Норвежский барак»: небольшую мастерскую, сооружённую в открытом поле, прямо на траве. Площадь её была около двадцати квадратных метров. С общим концептом на руках Стампу потребовались немалые ресурсы ЦЕРН на сборку прототипа. Другой его коллега овладел новой технологией, известной как ионное распыление, которое позволяло оставлять слой меди на чистой и эластичной майларовой плёнке. «Чтобы создать первые базовые материалы, мы работали сообща, – говорит Стамп. – Эксперимент привёл нас к первому прозрачному сенсорному конденсатору, встроенному в прозрачную поверхность».

Его шестнадцатикнопочный пульт управления с сенсорным экраном заработал в 1976 году, когда запустили СПС. Стамп же не останавливался на достигнутом, продолжая совершенствовать технологию касания; в итоге он придумал усовершенствованную версию экрана, который мог регистрировать касания более точно, к тому же провода стали располагаться по осям x и y, что приблизило его к современному мультитачу. Пульт управления СПС, по словам Стампа, поддерживал мультитач: он мог регистрировать до шестнадцати одновременных прикосновений, – но программисты никогда не пользовались его потенциалом. Попросту не было надобности. Именно поэтому следующее поколение стамповских сенсорных экранов так и не увидело свет.