Украденная служанка
Шрифт:
– Простите, пожалуйста, я готова предоставить вам напитки и закуски по первому желанию, но с книгами не очень хорошо знакома.
Девушка с каштановыми волосами в голубом платье склонила голову набок и сказала:
– Говоришь так, будто образована и читать умеешь. Впрочем, от горячего шоколада не откажусь.
Вторая заказала травяной чай и печенье. Стоило мне отойти, как девушки с новым жаром принялись обсуждать принца. Как истинные сплетницы они коснулись стройности его ног, красоты филейной части тела и успехов у женского пола. Я слушала, поджав губы, щеки налились румянцем, и мне хотелось подсыпать им слабительного в чай.
Горькая правда заключалась
Мысли завели меня совсем не туда. Я поднесла серебряный поднос с дымящимися чашечками и вазой печенья к столику, за которым устроились две девицы. Они нашли тонкую книжицу и изучали ее со всем возможным усердием, что-то бубня под нос. Я отметила красочную обложку с изображением сияющей женщины, парящей в облаках, и пообещала себе обязательно заглянуть, когда посетительницы удалятся.
Когда мисс розовое и голубое платья ушли, на смену им появились две другие подружки. Одна в платье салатового оттенка первой листвы, другая в нежно-лиловом. Они все казались похожими друг на друга, словно сестры. Тот же бант в волосах и выражение невинности на личиках, будто дебютанток штамповали под копирку, или же они тщательным образом стремились подражать идеалу. Видимо, старались косить под Богиню.
Я с затаенной улыбкой предложила им перекусить и через несколько минут наблюдала за тем, как и эта парочка усиленно изучает брошюру о Богине, обсуждая принца. Статен, пригож, обходителен, великий алхимик-артефактор, уступающий лишь лорду Бестерну. Впрочем, лорд Бестерн тоже холост, в крайнем случае, можно положить глаз и на него.
Когда последние посетители покинули библиотеку, за окном была глубокая ночь, а у меня от усталости слипались глаза и ныли ноги от беготни в буфет и обратно. Воздушные создания опустошили запасы печенья, пирожных, какао и фруктов. От нескончаемого щебетания разболелась голова.
С замиранием сердца я подошла к заветной полке и достала учебник по алхимии. Красочный томик про богиню тоже манил меня, но учеба - прежде всего.
Я пробежалась пальцами по сожженной обложке. Сердце замерло при мысли о возможном наказании. Я уничтожила старинный фолиант, наверное, очень ценный. Вся радость от открывшихся способностей к алхимии ушла водой сквозь песок. Под сердцем ледяным осколком засела тоска.
Да, мне удалось привлечь внимание принца и даже выцарапать у него обещание помочь мне в обучении. Но как далеко простирается его терпение? Служанка должна знать свое место, особенно, если она портит имущество. От меня легко избавиться, старший принц и так обозвал «проблемой».
раскрытой странице голый мужчина по колено в геенне огненной держал колонну с бассейном, в котором прохлаждались Адам и Ева. Из-за спины мужчины выглядывали крылатый ангел и демон в голубом сиянии. По четыре стороны рыжего пламени висели колбы со стихиями: огонь, вода, земля и воздух. Под адом зеленый дракон с аппетитом поедал лягушку.
Мой мозг отчаянно пытался найти нечто, связующее картинки воедино: вспоминал библию, прочитанные легенды, исторические факты и мифологию. Показан ад и рай, стихии мироздания, скрытые символы. Все это вместе смешалось, как салат, заставило реальность сместиться. Тишина библиотеки приобрела
глубину и значимость. Уже через мгновение я снова взирала на себя сверху.Я не только видела обгоревшую обложку книги. Я была тисненой кожей, металлическими заклепками. Адам и Ева - начало мира, дракон и жаба - его конец. Я могу все, в том числе обратить золу и энергию в их изначальное состояние. В чистые страницы.
Я пошевелила пальцами, девушка внизу повторила движение ладонями с обломанными ногтями. Частички сажи заплясали в воздухе, завертелись, засосали в себя поток энергии и улеглись по-новому, нетронутые.
В углу библиотеки воздух будто сгустился, и я ощутила на себе пристальное внимание. Холодком по позвоночнику скатился страх. Существо, сотканное из темноты и магической силы, протянуло ко мне свое щупальце. Меж стеллажами в области абсолютной тьмы засветились два желтых глаза с вертикальными зрачками. Десятью кинжалами сверкнули острые когти. Оно приблизилось, обрело угрожающие очертания горбатого великана с длинными суставчатыми конечностями.
Я в ужасе кинулась обратно к телу, пытаясь защитить себя от нежданного гостя.
Очнулась. Схватила со стола алхимическую лампу, светящую ровным зеленоватым светом. Ткнула в темный угол.
Никого.
Чувство опасности пропало. Я была в библиотеке совершенно одна. И могла поклясться, что мгновение назад тут был кто-то другой.
И он хотел меня убить.
Я взглянула на алхимический том. Ни следа сажи, он даже выглядел обновленным, будто изданным из типографии сейчас, а не столетие назад. Лишь черные следы на моих пальцах напоминали о пламени, которое я смогла вызвать.
Или мне показалось, и ничего не было?
Я потрясла головой, стряхивая наваждение. Конечно, все было. Мне удалось сотворить волшебство, а потом убрать его. И все же руки дрожали, а сердце билось о грудную клетку раненой птичкой.
Я наскоро привела помещение в порядок, протерла поверхности в буфете, прошлась влажной тряпкой по полу. Часы показывали одиннадцать ночи. Я достала из кармана передника ключ и заперла библиотеку.
По дороге в свою каморку я вспомнила, что забыла просмотреть книгу о богине. Но возвращаться в библиотеку не было никакого желания. Я хотела увидеть Мэй, дружелюбную, милую, добрую Мэй, которой приходится похуже моего. С ней я обрету душевный покой.
Я твердо решила поделиться с нею переживаниями и попросить совета. Она дольше моего во дворце и может знать что-то полезное. Хуже не будет.
Почти полночь, но дворец еще не спит. В нижнем коридоре подле кухни царило оживление. Подавался десерт: торт в шесть этажей, увенчанный золоченой короной. Два лакея с кислой миной несли сие произведение искусства, украшенное кремовыми розочками. За ними следовали служанки с подносами, уставленными вазочками с бланманже.
Форма служанок была не чета моей: коричневое платье из добротной ткани с кружевом по подолу, белоснежный передник и чепец с лентами. Когда служанки проходили мимо меня, я вжалась в стенку.
– Уйди с дороги, - бросил мне лакей.
Но уйти было некуда, в узком коридоре проходящие задевали меня манжетами рукавов и ругались сквозь зубы. Последней в процессии шла миссис Ривз, следившая за порядком. Увидев меня, она сверкнула глазами и задела вазочку с белым желе.
Хрусталь ударил меня в висок, в лицо плеснуло желейным кремом. Звонкий стук бокала о пол - осколки стрелками брызнули во все стороны, царапая голую кожу на ногах. По лодыжке потекли вниз горячие струйки крови.