Шрифт:
Часть первая. Знакомство
1996 год
Глава первая
Этот день ничем не отличался от других. Августовское небо хмурилось, будто отражая его настроение. Болела ушибленная накануне коленка. Да-да, он опять поскользнулся у бассейна.
Макс вздрогнул, услышав стук в приоткрытую дверь игровой комнаты. На пороге стояла горничная, миссис Барбара Томпсон, державшая за руку маленькую забавную девочку. Ее растрепанные кудрявые хвостики задорно подпрыгнули, когда она вошла внутрь, а широкая улыбка продемонстрировала миру щербинку между не до конца отросшими верхними зубами. Взгляд Макса против воли зацепился за дурацкие цветочки на ее розовых леггинсах
Он смотрел, как приоткрыв от изумления рот, девочка сильнее вцепилась в руку миссис Томпсон. Макс отлично знал, почему: игрушек в комнате было больше, чем в некоторых магазинах города. Тут и машинки, и железная дорога, плюшевые звери всех видов и расцветок, различные конструкторы. Восторг был понятен – шанс не просто посмотреть, а потрогать, поиграть. Потом она уставилась на него и улыбнулась еще шире, хоть ему и показалось, что это попросту невозможно.
– Привет, Макс! Познакомься, это моя дочь Эрика, – сказала миссис Томпсон. – Твоя мама разрешила иногда приводить ее сюда. Она тебе не помешает. Правда, милая? – миссис Томпсон ласково погладила дочь по голове и поцеловала в макушку.
Этот, казалось бы, невинный жест накрыл волной боли. Начавшее было улучшаться настроение снова испортилось. Макс насупился, буркнул «Привет» и тут же направился в свою комнату.
Прежде чем демонстративно громко хлопнуть дверью, он услышал слова миссис Томпсон:
– Ничего страшного, милая. Вы подружитесь, – а затем чуть тише: – Наверное.
Макс был достаточно взрослым, чтобы понимать – это всего лишь попытка успокоить и подбодрить дочь.
Чуть позже из обрывков разговоров Макс узнает о внезапной смерти бабушки Эрики, о спешно нанятой няне-соседке, которая не уследила за девочкой, что привело к травме. Эрику было не с кем оставить дома в те выходные, когда смены родителей совпадали.
А пару дней спустя Макс случайно подслушал родителей, которые вместо того, чтобы, как обычно, закрыться для разговора в кабинете, расположились в гостиной.
Макс как раз собирался спуститься на кухню за соком, когда снизу раздался голос отца:
– Не думал, что ты позволишь это, Кэролайн. Дочь прислуги рядом с твоим сыном.
Макс замер, так и не успев выйти на лестницу. Он прислонился к стене коридора, чтобы наверняка остаться незамеченным, и прислушался.
– Во-первых, у обоих скоро начнется школа, – отмахнулась мать, – и они практически не будут пересекаться. Так, один-два выходных в месяц. Во-вторых, они слишком разные. Сам сказал, «дочь прислуги». К тому же ей всего шесть.
Максу было любопытно, что еще происходит внизу. Он опустился на колени и аккуратно выглянул из-за угла вниз через балясины.
Мать устроилась в кресле с бокалом красного вина – признак тяжелого дня. Она уже успела переодеться в черный домашний комплект, состоящий из брюк и широкой блузы. Ее длинные прямые темные, как у него, волосы были завязаны в свободный хвост, конец которого был переброшен через плечо, а макияж смыт. Так она казалась мягче, добрее чем на самом деле. Отец, похоже, только вернулся: на нем все еще был костюм, только галстук валялся на диване. Он стоял за спинкой кресла и осторожно разминал матери плечи.
– Три года – не такая большая разница, – заметил он.
– Это в нашем возрасте она небольшая. А в их – огромная. Что может быть общего у нашего сына с этой девчонкой, Хью?
Отец лишь пожала плечами в ответ, хоть мать и не могла его видеть.
– Думал, ты найдешь новую горничную, милая.
– Я отправила запрос в компанию по подбору. Но сейчас нет никого, кто отвечал бы всем моим… кхм… пожеланиям, –
вздохнула мать. – Хочешь – займись сам. Я буду только рада.– Опять же ты всегда можешь похвастаться собственной сострадательностью и вниманием к простым смертным, дорогая, – продолжил отец, словно не заметив последней фразы. Он не хотел заниматься вопросами дома и уже перестал это скрывать.
– Не ерничай, Хью.
Раньше Макс подошел бы к родителям с вопросом, почему никто не спросил его мнения насчет девочки. Но последний разговор с матерью, состоявшийся около полутора месяцев назад, отбивал всякое желание.
– Мама, я не хочу ехать к дяде Лео. – Макс сумел перехватить ее перед уходом на работу. Конечно, момент был не самый удачный, особенно учитывая, как она не любила обсуждать что-либо в коридорах и других «непредназначенных для бесед местах», но другой возможности до отъезда могло и не представиться.
– Я не спрашивала, хочешь ты или нет. Я сказала, чтобы ты приготовился к субботе.
– Но, мама, там ужасно скучно. – Макс попытался изобразить на лице самое умоляющее выражение.
– Не испытывай мое терпение. Ты поедешь! И это не обсуждается, – отрезала она, даже не взглянув на него.
И вот теперь Макс сидел на своем любимом месте в игровой – широком подоконнике – и хмуро разглядывал комнату: два вместительных стеллажа для игрушек из светлого дерева, письменный стол почти напротив двери, большой телевизор у противоположной стены. А еще у него был видеомагнитофон и целых две приставки PlayStation1 и вторая Sega Genesis2. Только ничего из этого уже не радовало.
Если бы его спросили, не против ли он присутствия Эрики, Макс бы не стал возражать, ведь столько лет мечтал о младшем брате или сестре. Да и места было достаточно, чтобы не мешать друг другу. В большую часть игрушек он давно не играл, предпочитая конструкторы «Лего» или одну из приставок. И пусть Эрика была дочерью горничной, они могли бы подружиться. Вот только никому и в голову не пришло поинтересоваться его мнением.
***
Впервые после знакомства Эрика появилась у него в субботу через две недели. Макс ожидал, что она будет смущаться, как и он сам, но нет. Она улыбалась, не стесняясь отсутствия некоторых зубов, и с интересом осматривала комнату. Ее каштановые кудряшки снова были завязаны в два хвостика, один из которых ослаб и сползал к уху. А еще он заметил веснушки на вздернутом носу и маленькую родинку над верхней губой слева.
«Симпатичная», – решил Макс.
В этот раз на ней были самые обычные джинсы и невзрачный синий свитер.
– Привет! – прозвучало уверенно и дружелюбно.
– Привет, – Макс не понимал, как лучше себя вести. Друзей или приятелей у него не было, и все общение зачастую ограничивалось приветствием или прощанием с одноклассниками или на тренировках по лакроссу и верховой езде.
– Слушай, а кукол у тебя нет? – Она продолжала крутить головой, похоже, не в силах остановиться на чем-то одном.
– Конечно, нет! – обиделся Макс. – Я же не девчонка, чтобы играть в куклы.
– А наш сосед Джон играет.
– Ну и дурак! – Макс моментально понял: что-то не то сказал – Эрика насупилась и отступила к одному из стеллажей.
– Ой, а давай поиграем в это. – Она держала в руках коробку с настольной игрой 13 тупиков3. Ее два года назад купил отец и они даже несколько раз играли. Пока бывший автогонщик Хью Уокер окончательно не увлекся идеей создания собственной команды, которой теперь посвящал все время.