Удар жнеца
Шрифт:
— Не такая, как все, — бормочу я себе под нос.
Сидя на ее диванчике, я не могу сдержать улыбку. В голове возникает перечень всего того, чем она отличается от других, и этот список получается довольно странным. Она не блондинка. Не миниатюрная и не голубоглазая. Я привык мутить именно за грудастыми блондинками с тонкой талией. И обычно я даже не смотрю на задницы, но Эйвери... Боже мой, она заставляет меня быть маниакальным фанатом буферов и задниц, и эти ноги, черт бы их побрал, эти её ноги... Они мускулистые, но в то же время сексуальные и чертовски длинные. Еще эта ее копна волос, длинных черных красивых локонов. Её зеленые глаза пристально
Домофон в её квартире звонит, примерно, через полчаса после того, как я заказал пиццу, и как только я открываю дверь, то слышу шорох в спальне. Закрывая входную дверь, я заглядываю в небольшой коридор и вижу стоящую там Эйвери, завернувшуюся в простыню. Она выглядит так, будто только что у нее был бурный секс.
— Я заказал нам пиццу, — говорю я, направляясь к кухонному столу.
Я наблюдаю, как девушка подходит к шкафчику и достает пару тарелок. Ее тело плотно закутано в белую простыню, и я считаю невероятным, что она заставляет меня думать о простынях, как о чем-то сексуальном.
— Спасибо, — говорит она тихо, нерешительно подходя к столу.
Возможно, это из-за того, что я вторгся в ее личное пространство, или, возможно, она чувствует себя неловко, что я здесь.
— Эйвери, ты в порядке? — проклятие, даже от её имени, произнесенного вслух, у меня все внутри теплеет. Черт побери, что со мной происходит?
Она кивает головой и садится напротив меня, сильнее затягивая простыню так, чтобы её грудь была прикрыта.
— Да, прости, — извиняется она. — Я всё ещё не отошла ото сна. Что ты там для нас заказал?
Я открываю коробки и достаю по куску из каждой.
— Я не знал, что ты любишь, поэтому заказал одну только с пеперони и одну ассорти.
Я улыбаюсь, когда улыбается она.
Эйвери заправляет длинную выбившуюся прядь волос за ухо и говорит:
— Я люблю пиццу, правда. Любую.
— Я тоже.
Мы съедаем только по куску, когда она случайно капает соусом от пиццы себе на грудь и смахивает ее пальцем, чтобы затем слизнуть ее розовым языком... Черт, я же не каменный, мой член незамедлительно становится твердым.
Я опускаюсь перед ней на колени, отодвигая от стола мешающий мне стул. Эйвери в шоке широко распахивает глаза, когда я наклоняюсь к ней и крепко целую в губы.
Моя голова ныряет между ее бедер, и я поднимаю простыню, обнажая ее маленькую киску.
Я же не могу просто сразу погрузиться в нее, когда ее внутренняя часть бедра словно умоляет, чтобы ее коснулись языком, что я и делаю. Я слегка покусываю ее половые губки, при этом глядя на нее. Спешить я не хочу. Я хочу сделать все возможное, чтобы испортить её на всю оставшуюся жизнь, чтобы она забыла о других и принадлежала только мне.
— Боже мой, — стонет Эйвери, когда я провожу языком по внутренней стороне бедра, и раздвигает ноги ещё шире.
Я медленно продвигаюсь вверх, к ее влагалищу. Я почти чувствую жар, исходящий от него. Эти влажные губки просят, чтобы их коснулись языком и пососали. Я облизываю одну сторону, затем другую, как раз около ее узкого маленького отверстия. Затем я пробую ее на вкус.
Она в точности такая, как я и думал, — необыкновенно вкусная.
Погрузившись в нее языком, я едва сдерживаюсь, чтобы не кончить самому, до того,
как кончит она. Чувствую, как дрожит её тело, когда я закидываю её ноги себе на плечи. Я не собираюсь останавливаться, пока она не попросит, хотя, возможно, я просто проигнорирую её просьбу, потому что хочу увидеть, как она кончает.Я пожираю её, пока её тело не сотрясается от оргазма, затем она резко отталкивает меня от себя.
Ее волосы влажные от пота, а глаза страстные от желания.
— Пожалуйста, отнеси меня в постель, Чейз, — просит она, часто и тяжело дыша.
Я поднимаю ее на руки и несу в кровать. Устраивая девушку на постели, я осторожно раздвигаю ее ноги и медленно опускаюсь между ними. Мой пульсирующий член устремляется вперед. Я думал, что трудно было тогда, раньше, но теперь мне по-настоящему почти больно. Лишь от одной возможности доводить ее до такого оргазма, мой член истекает предсеменем, которое капает на ее простыни.
Я тянусь к своим брюкам и достаю еще один презерватив. Последний. Я даже не был уверен, что сегодня ночью что-то произойдет, сейчас я просто надеюсь, что принес достаточно. Я быстро натягиваю презерватив.
Войдя в её изнемогающее от желания лоно, я издаю стон вместе с ней, полностью заполняя её. Я медленно вхожу и выхожу, каждое движение подобно моменту блаженства. Я почти кончаю, когда чувствую, что её плоть пульсирует и сжимает меня.
Она кричит, и я всем весом опускаюсь на неё после нескольких долгих толчков. Я хочу чувствовать, как её груди касаются моей груди. Черт возьми, с этим ничто не сравнится. Руками она медленно рисует круги по моей спине, затем Эйвери приподнимает свои сексуальные бедра навстречу моим.
Ускоряя темп, я проникаю глубже, когда её руки опускаются к моей заднице, ногти впиваются в мою плоть, когда девушка притягивает меня к себе всё сильнее. Она обвивает меня ногами. Я глубоко погружаюсь между ее ног, когда чувствую, как теплая сперма быстро выстреливает внутри неё. Каждый толчок вглубь вызывает следующий выплеск.
— Черт! — восклицаю я, преодолевая преграду из мышц, и продолжаю глубже проникать в её стонущее тело.
Она дотягивается до моего плеча и кусает его, коротко вскрикивая. Кончив, Эйвери откидывается назад на кровати. Я медленно опускаюсь на бок и притягиваю её к себе.
Вновь стягиваю презерватив и завязываю в узел, затем ищу корзину и забрасываю его туда.
— Боже, — выдыхаю я. — Твое тело будто создано для меня.
— Я никогда не чувствовала себя настолько полностью удовлетворенной или совершенно измотанной, — стонет она мне в грудь.
После того, как я укрываю нас простыней, Эйвери крепко прижимается ко мне.
— Не думаю, что смогу пошевелиться в ближайшее время, это было потрясающе, — говорю я и целую ее в макушку.
Затем я засыпаю, держа её в объятиях, и сплю как убитый.
Глава 9
Эйвери
У меня все болит, но это приятная боль.
Бедра болят, и в горле неприятное ощущение. Думаю, вчера я немного перестаралась с Чейзом. Явно слишком увлеклась. Но это того стоило, очень даже стоило. Я чувствую себя абсолютно удовлетворенной.
Я бы даже из постели не стала вылезать, если бы не мой мочевой пузырь.
Я пытаюсь перевернуться, но меня не отпускает тяжелый вес чужого тела. Я изворачиваюсь, но это чье-то тело, наоборот, наваливается только сильнее. Я украдкой бросаю взгляд: Чейз всё ещё здесь.