Тюльпанные эльфы
Шрифт:
От слез зрение Гвейрфил ослабло, но она все равно продолжала оплакивать своего возлюбленного и вскоре совершенно ослепла. А Ридерих не возвращался. И ее надеждам вскоре положила конец смерть. Бренные останки Гвейрфил были преданы земле у старой часовни в Фэне.
Годы летели, исчезая вдали подобно печному дыму, и вскоре не осталось в живых ни одного человека, кто бы помнил Ридериха, но люди частенько рассказывали друг другу легенду о Пантаннасе. И после его исчезновения фэйри больше нигде поблизости не показывались, и музыка их больше не слышалась по ночам.
Но Ридерих вернулся. Фэйри, оказывается, заманили его в свою пещеру.
Вот что с ним случилось.
Когда
Послушав час или два, он вышел из пещеры и отправился домой. Когда он покинул холм, было чудесное утро и на безоблачном небе ярко светило солнце. Ридерих шел вдоль Вороньей расщелины, пока не вышел к месту, где стояла часовня Фэна, но ее там не было. Господи, сколько же время провел он в пещере и что это была за пещера?
Он поспешил к Пантаннасу, рванул дверь и вбежал в дом. Он ничего не понимал — вся обстановка изменилась, да и что это за старик сидит у камина и с таким удивлением смотрит на него?
— Кто дал тебе право врываться в мой дом? Кто ты? — наконец спросил старик.
Только тут Ридерих начал понимать, что с ним случилось что-то необыкновенное. Он с трудом ответил:
— Я Ридерих.
— Ридерих? — переспросил старец. — Ридерих? Я тебя не знаю, да и нет в наших краях больше никакого Ридериха. Единственный человек с таким редким именем, о котором мне доводилось слышать от моего дедушки, исчез, и никто не знает, как и куда, много десятков лет тому назад.
Ридерих упал на стул и зарыдал.
Старик подошел к нему утешить и погладить по плечу, но рука — ой! — погрузилась во прах.
Похлебка в яичной скорлупке
В округе Тревеглвис, неподалеку от Лланидлоуза, что в графстве Монтгомери, стоит хижина пастуха со странным названием Тут-и-Кумрус, Место Распри.
Вот история, как дом получил свое название.
В хижине жили муж с женой, и у них родилась двойня. Они их очень любили и очень о них заботились.
Когда малышам было всего несколько месяцев, их мать позвали к соседям, и дети ненадолго остались одни. Вообще-то, жена пастуха старалась не оставлять детей без присмотра — слишком уж много ходило в деревне слухов о гоблинах, или, как их называли в той местности Тилвит Тег, да и дом их стоял на отшибе, так что она совсем недолго пробыла у соседей и поспешила вернуться домой.
Она очень испугалась, когда на дороге повстречала старых эльфов — из тех, что зовут «голубыми плащами», — прямо средь бела дня. Но дома, к счастью, ничего не произошло.
Тем не менее через некоторое время все стали замечать, что с близнецами творится что-то странное: они совсем не росли и были похожи на гномов. Пастух начал сердиться и кричал, что это не его Дети, а жена все плакала.
И вышла меж ними большая ссора, и дом с тех пор стали называть Местом Распри.
Однажды вечером решила она пойти за советом к мудрому Гиру Кифаридду.
А в ту пору как раз убирали на полях рожь да овес.
Вот мудрец и говорит ей:
— Когда будешь готовить обед жнецам, оставь скорлупку от яйца и свари в ней похлебку. И выйди с ней за дверь, как будто несешь обед в поле. А сама спрячься и послушай, о чем близнецы говорить будут. Если услышишь, что ведут они взрослые речи, быстренько возвращайся, хватай их и бросай в воды Ллин Эбира. Но если не услышишь ничего странного, то не трогай их.
Когда настал день жатвы, женщина сделала, как ей посоветовал старик. Вышла она
за дверь и слышит, как один ребенок говорит другому:Из желудя дуб растет,
Из яйца появился цыпленок,
Никогда похлебкой в скорлупке той
Жнецам не наесться вдоволь.
Женщина быстро вбежала в дом, схватила близнецов и одного за другим кинула в Ллин Эбир. Тут появились гоблины в штанишках, выловили малышей и бросились наутек.
А в колыбельках женщина нашла своих близнецов — здоровеньких и веселых. С тех пор не спускала она глаз с детей, и больше не было ссор между женой и мужем.
Тэффи Ап Сион и волшебный круг Фэйри
Когда-то давно в старые времена по всей Британии встречались волшебные круги, или кольца, в которых Тилфит Тег, фэйри, пели и плясали ночи напролет. И если человеку случалось вступить в их круг, он мог стоять, слушая эльфийскую музыку и забыв о времени, годами.
Такие круги есть и неподалеку от Пенкадера, что в Кармар-теншире.
Парень из соседней деревни, Тэффи ап Сион, сын сапожника, в те времена, когда еще встречались эльфы и феи, пас в той низине своих овец.
Однажды летней ночью, когда Тэффи собирался гнать своих овец домой, на валуне неподалеку от него откуда ни возьмись появился маленький человечек в штанах из мха и со скрипкой под мышкой.
Он был самым изящным тоненьким созданием, очень похожим на человека, но гораздо меньше его, какое доводилось видеть Тэффи.
Его плащ был сшит из березовых листьев, а на голове красовался шлем из цветка дрока, ноги же были обуты в туфельки из крыльев жуков.
Он провел смычком по струнам, и от его музыки волосы у Тэффи встали дыбом.
— Доброй тебе ночи, доброй тебе ночи, — сказал человечек.
— И тебе того же, — ответил Тэффи, а человечек продолжал:
— Ты любишь танцевать, Тэффи, и если ты немного побудешь со мной, то станешь лучшим танцором Уэльса, ведь я музыкант. Тут Тэффи засмеялся:
— А где же твоя волынка? Вела, вела… Кто же в Уэльсе танцует без музыки волынки?
— Ну-ну, посмотри-ка лучше, что у меня есть. Моя скрипка получше твоей волынки.
— Скрипкой ты называешь эту деревянную ложку с веревками? — поинтересовался Тэффи, ведь ему никогда раньше не доводилось видеть скрипку.
И тут со всех сторон к ним устремилось множество маленьких человечков — и Тэффи никак не мог понять, откуда они взялись.
В конце концов он решил, что они вылезают из стоящей рядом горы. Одни были в белых одеждах, другие — в синих, третьи — в розовых, и некоторые несли светлячков — своим сиянием они освещали все вокруг. Создания эти были столь легки, что под их ногами не шевельнулся ни один листочек, ни один цветочек. Все они вежливо здоровались с Тэффи и кланялись ему, и он, сдернув с головы шапку, кланялся в ответ.
Наконец маленький музыкант поднял смычок, коснулся им струн скрипки, и полилась такая чудесная музыка, что Тэффи застыл на месте. Все Тилфит Тег принялись петь и кружиться в танце.
Вот что они пели:
В волшебном танца узоре
Порхают быстрые ноги.
Фэйри не ведомо горе,
Знакомо лишь счастье нам!
В мерцающем свете луны
Резвимся без устали мы.
Веселием танцы полны.
Знакомо лишь счастье нам!
Ни один из всех танцев, которые доводилось видеть Тэффи, не мог сравниться по красоте и легкости с порханием фэйри. Он не мог устоять на месте и пустился в пляс вместе с эльфами, но танец этот не доставлял ему обычной радости, потому что парень знал: подобные танцы при луне под звуки дьявольской скрипки — прямая дорога в ад.