Чтение онлайн

И представьте мое восхищение, когда в самом эпицентре взрыва сквозь эти очки я увидел изящного молодого человека в сером дорогом костюме, с пышной шевелюрой пшеничных волос. Улыбающийся и веселый, он смеялся над чем-то, предложенным ему газетой. С газетой в руках на скамеечке в эпицентре взрыва он не сделал себе даже колпака, а просто пожелал остаться цел и невредим.

Минут через десять город уже кое-как восстановили, и над крышей, лавируя между зависшими над землей ядерными бомбами (их было много, круглые такие, черные), над крышей института опять закружились птички..."

И опять

зазвонил телефон.

– Психиатрия по телефону!
– сказал Денис Александрович в мембрану.

– Что со мной было?
– хрипло спросила трубка.
– Проснулся - и ничего не помню!..

– Успокойтесь!
– посоветовал Денис Александрович.

– Как же я могу успокоиться, если я ничего не помню?!
– удивилась трубка.

Человек этот действительно ничего не помнил. А напомнили ему, что произошло, только на следующий день, когда он пришел из родной завод. Его арестовали, и в кабинете следователя он услышал захватывающую историю о том, как один пьяный нанес другому пьяному семнадцать ножевых ран из-за пустой пивной кружки. Сделал это в гуще народа, в пивной и спокойно ушел домой, где лег спать и все забыл.

– Что ж они, гады, смотрели-то?!
– спросил он у следователя, быстро записывающего показания с его слов.
– Что ж смотрели-то? Я-то уже хорош был, а они?! Люди называются теперь, после этого!..

– Успокойтесь!
– сказал Денис Александрович.
– "Спартак" - чемпион!

Не успел он открыть книгу, как опять раздался звонок.

– Мне приснился ад!
– тихо сказал молодой мужской голос.
– Мне только что, минуту назад, приснился ад!..

– Успокойтесь.
– сказал Денис Александрович.
– Успокойтесь.

В романе Эрвина Каина никто не мог никого убить. Человек, убивший другого человека, попадал в субъективную реальность. Ему самому казалось, что все продолжается и труп перед ним, тогда как на самом деле он сам становился практически трупом, впадая в бесконечную, совершенно реальную галлюцинацию. В объективном мире он лежал с окаменевшими мышцами. Герой пробовал рубить такого человека топором. Ничего не вышло. В конце романа все улицы были полны такими живыми трупами. Между галлюцинирующих ходили дети и несколько стариков, самым страшным ругательством было слово "гад", а на всех заборах было написано: "Не убий!:"

– Психиатрия по телефону!
– сказал он в трубку.

– Вот те на!.. И действительно!..
– отозвался ехидный женский голос.
– Клюнуло!..

– Успокойтесь!
– сказал Денис Александрович - Успокойтесь!

– А я думала, это все вранье! А нате вам, оказывается!
– сказал женский голос, и было слышно, как еще кто-то рядом, на том конце провода, захихикал.
– Успокойтесь!
– сказал Денис Александрович.

– Знаете, не могу!
– отозвалась абонентка.

– Почему?
– спросил Денис Александрович.

– Смешно, - и она прыснула в трубку.
– Нет, ей- богу, вы существуете и советуете успокоиться!.. И вот интересно, успокаиваются?

– Успокойтесь!
– сказал Денис Александрович. Ему чертовски хотелось познакомиться с обладательницей ехидного голоса, но инструкция строго запрещала использование служебного телефона

в личных целях.

– А сколько вам платят?
– спросила она.

– Семьдесят, - неожиданно признался Денис Александрович, закуривая очередную "Мальборо".
– Семьдесят рублей в месяц.

И так на семьдесят рублей и живете?
– поинтересовалась девушка.

– Успокойтесь!
– сказал Денис Александрович.
– Успокойтесь!

Вернувшись к началу романа, он прочел следующее: "Анабиоз. Две тысячи лет! Как это сложно!
– писал Эрвин Каин.
– Ведь ты будешь лежать и ничего не чувствовать. А вокруг тебя, чтобы ты лежал, должно суетиться несколько сотен людей. Сменяясь в поколениях, они будут обслуживать спящего. Ну кто на это согласится? Нет ничего дороже абсолютного покоя в том, конечно, случае, если его можно прервать по желанию!..

Но выход нашелся. огромный анабиозный центр приютил безумца. За ящик водки слесарь-сантехник пристроил его в самую глубокую правительственную ванну. Ванна напоминала склеп, но сделанный из непрозрачного стекла. Ванна, предназначенная для главы правительства. всегда пустовала. Либо правитель был у власти и ванна была ему ни к чему, либо он был уже не при власти, и в ванну его ни за какие коврижки никто бы не пустил. А она, пустая, переходила по наследству следующему силачу мира сего".

Силачами мира сего Эрвин Каин называл всех: президентов, королей, генеральных секретарей, вождей племени, включая в их число также и с десяток мультимиллионеров и с полтора десятка глав разведок, таких, как ЦРУ, КГБ и "Интеллиджент сервис".

Герой романа разделся догола, отдал одежду уже нагрузившемуся сантехнику и был залит в правительственной ванне жидким гелием. Он умер, чтобы ожить через два года, когда с Землей все уже было кончено.

Когда Денис Александрович прочитал, что с Землей все было кончено, позвонил телефон.

– Доктор, - сказала трубка с акцентом.
– Доктор. я никак не могу понять, что происходит! Ал°, вы меня слышите, доктор?

– Успокойтесь!
– сказал Денис Александрович.

– Я попробую.
– согласилась трубка.
– Но они кусаются, честное слово, очень больно. Включу свет - их нет, все убежали, погашу - опять кусаются!

– Сильно?
– поинтересовался Денис Александрович.

– Ужасно больно, - согласилась трубка. И добавила: - А я думал, вы женщина!..

– Успокойтесь.
– сказал Денис Александрович.
– С Землей уже все кончено.

Человек на том конце провода был философ, крупный ученый. Он жил в отдельной трехкомнатной квартире, и его мучили галлюцинации. Он ворочался от укусов, чувствовал на своем теле лапки микроскопических животны х... Он зажигал свет и звонил своей бывшей жене.

– Ну вот что!
– сказала она, когда он разбудил ее в седьмой раз. Попробуй их ДДТ, должно помочь! Этот человек полил свою кровать ДДТ, и больше видение не возобновлялось. Он спокойно заснул, и ему приснился Карл Маркс.

Эрвин Каин писал: "Многие создавали себе женщин, но человек не господь бог, и женщины получались с тремя руками или в зеленую крапинку. Орды чудовищ, созданных воображением мужчин, медленно заселяли город".