Чтение онлайн

— Говорят, что устрицы здесь великолепны! Давайте закажем! – как ни в чем не бывало весело сказала Агнешка.

Мы выбирали блюда, когда к нашему столику подошли и бархатным голосом произнесли:

— Добрый вечер, дамы! Меня зовут Филипп, и я сегодня буду вашим официантом! Готовы сделать заказ?

Наша компания подняла голову и воззрилась на мужчину, спасшего нашу Люську в бассейне.

Выглядел красавчик великолепно: на накаченное тело была надета белая рубашка с длинными рукавами, брюки, черная бабочка на шее и такого же цвета жилет. На талии повязан длинный белый фартук. На локте висело белое полотенце.

Неожиданно!

Я думала, что наш герой бизнесмен или работает в супер успешной нефтяной или банковской компании. А перед нами стоял красивый парень из сферы обслуживания.

Люськин герой с почтением посмотрел на нас и узнал девушку, которая едва не утонула из-за него и теперь не сводила с него глаз.

– Люсьена! Добрый вечер! Рад встрече! Как ваше здоровье? – поинтересовался наш официант у подруги.

— Все хорошо, спасибо! – стесняясь и краснея, ответила Люсьена.

– Новая причёска вам очень к лицу! – заметил красавчик, внимательно оглядывая родственницу.

— А устрицы у вас свежие? – встряла в диалог молодых людей мачеха.

— Наисвежайшие! Еще я порекомендую лосось в соусе бешамель на нежной подушке из шпината. Блюдо дня, – подмигивая нам, ответил мужчина Агнешке.

Мы заказали салат с тигровыми креветками и авокадо, гребешки в соусе Пармезан и молодым картофелем, десерт «Павлова».

Филипп оказался отличным официантом. Мужчина прекрасно общался, шутил и тактично решал наши вопросы и сомнения в выборе блюд.

— Филипп, вы превосходный подавальщик! Давно работаете официантом? – доедая воздушный десерт, сурово поинтересовалась Агния Дмитриевна.

— Это второй раз! Я подменяю заболевшего друга! – вежливо ответил молодой мужчина, убирая грязную посуду.

Мачеха еще хотела что-то сказать, но я попросила счет, расплатилась и отвлекла Агнешку.

Молодые люди успели переброситься парой фраз, когда Агния Дмитриевна заторопилась покинуть заведение.

— Можно я вас буду называть Люси? – робко поинтересовался Филипп, пожимая маленькую руку смущающейся девицы.

Люсьена кивнула и опустила глаза в пол, но ладонь так и не освободила из крепких рук приглянувшегося ей мужчины.

— Люська, не отставай! – раздался крик мачехи, стоящей в дверях.

Подруга вздрогнула, подхватила сумку и, улыбаясь, устремилась на тёткин зов.

— Спасибо вам, Филипп! Вы отлично нас обслужили! Нам приятно было в этом ресторане! Мы еще долго будем в отеле. Приходите в первую половину дня в бассейн. Будем ждать! – попросила я, смягчая нелюбезное прощание Агнии и быстрый побег Люсьены.

Красивое лицо мужчины озарилось мягкой улыбкой. Филипп обещал навестить нашу компанию в ближайшее время. О чем я сообщила кричащей от восторга Люське.

Я была счастлива за Люсьену. Сестрица летала на крыльях любви, порхала по номеру, выбирая наряд для казино и мечтая о скорой встрече со своим героем.

Наблюдавшая за племянницей Агния Дмитриевна испортила настроение юной влюбленной девице.

– Люська, прекрати скалиться! Субъект нам не подходит! – сообщила Агния, падая на кровать племянницы и подкладывая под голову подушку.

— Потому что Филипп официант? Я будущий ветеринар. Мне нравится! Отличная пара! – буркнула девица и недовольно уставилась на тетку.

— Мутный он какой-то! Пока не могу понять, в чем причина, но я разберусь! – пообещала Агния, вставая с кровати.

— Надеюсь, что виноват не возраст! У тебя, тетушка, с Николаем

Георгиевичем разница в 20 лет! – напомнила Люська Агнешке.

Мадам Лозинская скорчила недовольную мину и отправилась в свои апартаменты, чтобы переодеться для вечернего выхода.

Глава 7.

Мачеха в черном струящемся платье от кутюр и легком норковом манто на плечах появилась в номере Люсьены. Волосы мадам Лозинской, уложенные в замысловатую прическу, напоминали корону. Высокие каблуки и бархатный черный клатч завершали ослепительный образ. В руках жена отца держала Марфушу с белым кружевным бантом на шее.

Агния Дмитриевна подошла к зеркалу и принялась поправлять платье, расстегнув манто одной рукой.

На шее Агнешки показалась толстая золотая цепь, а в ложбинке между грудей разместилась подвеска с алмазом внушительных размеров. В уши мачеха надела бриллиантовые гвоздики. Ювелирные изделия сияли ярче маяка для заблудших кораблей.

У меня от увиденного подкосились ноги, клатч выпал из рук, и я потеряла голос. Люська охнула и замерла с выпученными глазами.

Два года назад отец подарил жене украшение на ее тридцатилетие, купленное на заграничном аукционе. Агния рыдала над подношением, не в силах вымолвить ни слова.

Домашние в недоумении ожидали объяснений. Успокоившись и насмотревшись на бриллиант, мачеха поведала необычную историю.

— Моя дальняя родственница Акулина Матвеевна Зубарева служила камеристкой у княгини Успенской, одной из самых состоятельных дам начала XIX века в Санкт-Петербурге. Когда в начале революции красные пришли с арестом и увели хозяина с женой, предок проглотила большой алмаз из коллекции госпожи, а второй спрятала на себе в интимном месте. И уехала в деревню к одинокой матери в наш край. Семнадцатилетняя девушка собиралась отдать драгоценность аристократам, доказав свою верность семье, как только настанут хорошие времена, — с воодушевлением вспоминала мачеха, поглаживая подаренный бриллиант.

— Но князья Успенские погибли от пуль в казематах НКВД. Алмазы остались у Акулины. Девушка вышла замуж, родила детей, которые позже воевали в Великую Отечественную. Члены их семьи знали о драгоценностях, но уважали решение матери бриллианты не продавать, даже в самые трудные времена. Собрали деньги и поместили алмаз в подвеску, — продолжала рассказ Агния Дмитриевна.

— В 90-е годы мать с бабкой решили продать один из самых больших алмазов, чтобы выучить нас с сестрой. Мне в городе купили двухкомнатную квартирку, а моя кровинка захотела жить в отчем доме. Родные сделали ремонт, свадьбу Регине сыграли. Но отец Люсьены вскорости потребовал развод и раздел имущества. Видно, прознал про драгоценность, — зло прошипела Агнешка.

— Вскорости умерла моя бабушка. Раком заболела сестра. Продали и второй бриллиант: деньги ушли на лечение сестры, но болезнь победила. От горя моя мать последовала через полгода за дочерью. И мы с Люськой остались одни. Отец племянницы и родственники не пожелали растить ребёнка. Я забрала девчонку себе, — вытирая слезы себе и Люсьене, обнявшей ее, сказала мачеха.

— Но волею чуда алмаз вернулся в нашу семью. Спасибо, Коленька, что купил камень. Теперь я буду хранительницей и хозяйкой «Пера Ангела». Так драгоценность прозвала еще Акулина Матвеевна, — объяснила Агния Дмитриевна, видя наше с отцом удивление.