Чтение онлайн

— Тем не менее, — собрался с духом Геннадий, — я полагаю акцию преждевременной. Кем бы он ни был, с ним можно контактировать. Будь перед нами иная форма жизни, подобное общение могло бы оказаться вовсе невозможным.

— Это ты полагаешь, что он контактирует с нами! — Пухлый указательный палец ткнулся в грудь Геннадия. — А вот я полагаю иначе. Прояви он очевидную агрессию, все было бы неизмеримо проще. Умный враг не действует в лоб, — он всегда предпочитает опутывать противника, подбирать к нему потайные пути-дорожки, залезать в душу.

— Но если мы пойдем на уничтожение, мы лишим себя последнего шанса…

— Прежде всего, — загрохотал Денис Трофимович, — мы обезопасим себя. Себя, а возможно,

— Он мог бы работать с нами.

— По-моему, мы уже видим, как он работает! — начальник кивнул в сторону радиоустройства, позволившего им слушать разговор Дымова и представителей милиции. — Американцы в отличие от нас не стали церемониться и живо упекли его приятельницу в тюрьму.

— И совершили, как мне кажется, ошибку. — Осмеелился возразить Геннадий.

— Тебе правильно кажется! Потому что для таких, как Дымов, тюремные стены — пшик. Именно поэтому мы поступим более кардинально.

— Денис Трофимович, мне кажется, мы излишне торопимся…

— Тысячу раз нет! Мы опаздываем, мы все время опаздываем. И этой встречи мы тоже не должны были допускать. — Низкорослый начальник повернулся к силовикам. — Михаил, вызывай своих волкодавов.

— Вооружение? — Бритая голова офицера по-солдатски вскинулась.

— Полная боевая загрузка! Бронежилеты, спецшлемы и так далее. Ты, Василий, снаряжай снайперов. Первая партия патронов — психоблокирующие, вторая — разрывные.

— Если его гранаты не берут, будет ли толк? — Проворчал Геннадий. — Разрывные пули для него — семечки.

— А кто сказал, что мы ограничимся одними разрывными пулями? — Денис Трофимович резко развернулся к своему ассистенту. — Нет, Геночка, на этот раз мы будем работать предельно жестко. Думаю, в этом деле нам помогут консультации человека, который уже пытался прикончить нашего клиента.

— О ком вы говорите?

— Я говорю о неком авторитете Аксане. Именно ему наш клиент наступил на хвост, и именно его люди разнесли ту несчастную телефонную будку. — Уголки губ Дениса Трофимовича чуть дрогнули. — Самое забавное, что у них почти получилось, и это самое «почти» нам надо постараться учесть в предстоящей операции.

— Этот ваш Аксан…

— Он здесь. Этажом ниже. И что особенно важно — готов нам помогать. Ревностно, как и положено служить своим новым хозяевам.

На этот раз губы Дениса Трофимовича расползлись шире, и Геннадий с удивлением разглядел на лице начальника вполне довольную улыбку.

— Он отправится к торговому центру вместе с нами. Как знать, возможно, советы этого уркагана окажутся для нас и впрямь полезными.

— Но если они по ту сторону, а мы по эту, что они нам могут сделать?

— Ну во-первых, еще не факт, что с той стороны невозможно перебраться на эту. Я-то ведь туда пробираюсь.

— Кстати, каким образом? — Потап прищурился.

— Ты хочешь, чтобы я объяснил это тебе на пальцах? Или расписал при помощи уравнений Максвелла и Шредингера? — Вадим фыркнул. — Это, конечно, не железный занавес, но перейти барьер вполне возможно. Не просто, однако все-таки по силам. Кроме того, им вовсе необязательно проникать сюда. Достаточно того, что их энергетические поля способны влиять на наше здоровье и нашу технику. Я ведь уже объяснил вам про вампиризм.

— Объяснял, но верится, признаться, с трудом. — Капитан сокрушенно вздохнул. — И даже если так, ты же сам говорил, что здоровое метаполе отторгает этих кровососов.

— Это уж кого как. Они ведь по ночам в основном работают — и не с физическим телом, а с тонкими материями. Во время сна, когда мы вдесятеро беззащитнее. Кроме того, кто тебе

— Да как, черт побери! Как!? — Шматов хлопнул себя по колену.

— Да хотя бы так… Взгляни на свои часы.

— Ну? И что?… — капитан машинально приблизил руку к лицу и в следующую секунду глаза у него полезли на лоб. — Японский городовой! Что это с ними?

Секундная и минутная стрелки с головокружительной скоростью описывали круг за кругом. Даже часовая стрелка заметно ожила, послушно поспешая вслед за спятившими товарками.

— А ты догадайся с двух раз.

— Ты, что ли, колдуешь?

Вадим безмолвно кивнул.

— Но как?! Как ты это делаешь?

— Слушай, Потап, ты, конечно, извини, но своими «каками» ты меня достал. Мы не понимаем девяноста девяти процентов наблюдаемых вокруг нас явлений, — вот и это явление прими за факт и успокойся.

— Кстати, хотел поинтересоваться — фокусы с рекламой в метро — тоже твоя работа?

— И это раскопали? — Вадим фыркнул. — Каюсь, иногда случается. Очень уж достает. За рубежом аудиореклама относится к разряду запрещенных, и я с ними согласен.

Потап ошеломленно постучал по циферблату своих часов.

— Вроде снова пошли…

— А что им сделается. — Дымов повел плечом. — Это малость, согласен, но имейте в виду — глоны на эту малость тоже способны. И не столь уж сложно им вмешаться в работу процессоров или чипов, которые установлены, скажем, в спутниковых системах слежения или в электронных схемах лайнерских автопилотов. Помните еще трагедию в Нью-Йорке? Три «Боинга» сошли с маршрутов и ударили в небоскребы. Спрашивается, почему?

— Ясно почему. Там же были террористы.

— А ты уверен? Хоть одного из этой команды поймали? Представили суду весомые доказательства заговора? Во всяком случае, я ни о чем таком не слышал. А то, что ответственность за тот или иной взрыв спешат взять на себя разные экстремистские движения, так это еще ничего не доказывает. Помнится, и Хамаз, и Хейзбола, и Тамильские тигры не раз брались оспаривать авторство одного и того же терракта. Для них это лишний рейтинг, популярность среди определенной части молодежи. Так что истина, которую узнают граждане из средств масс-медиа, далеко не всегда имеет право называться таковой. — Вадим в очередной раз «развернул» направлявшегося к ним охранника и отправил восвояси. — Но самолеты, спутники, часы — все это чепуха. Главная цель глонов — глобальная сеть, к которой мы неуклонно движемся. И уже сейчас они знают о сопроцессорах, которые очень скоро людям начнут вживлять в головы. А потому они не спешат. Ждут, когда яблочко дозреет и само упадет к ним в руки.

— Погоди, погоди! Какие, к чертям, сопроцессоры? Зачем нам это нужно?

— Уж не знаю — зачем, но к этому все идет. Вполне возможно, что и мы успеем дожить до того сокраментального дня, когда людей начнут мало-помалу превращать в андроидов. Клонированные конечности, механические сердца, электронные приставки к мозгу и так далее. Так что глоны УЖЕ готовятся. Авиакрушения, взламывание банковских сетей — все это только проба сил. Они не спешат, поскольку повальные разрушения с геноцидом им совсем ни к чему. Мы сами лезем в ловушку, и все, что от них требуется, это выждать парочку-другую десятилетий. А когда мир окончательно обовьет паутина интернета, когда пусть даже на сотую часть люди станут андроидами, они возьмут нас голыми руками. И получат в итоге огромный мир — со своей, пусть не самой отлаженной, но все-таки вполне живучей системой взаимоотношений. Колонизация может быть грубой и примитивной, а может проходить абсолютно незаметно. Вполне допускаю, что это будет особая разновидность виртуальной колонизации.