Тогда спаси меня...
Шрифт:
Также в этой звукоизолированной каюте флагмана находился наследник престола Акии, Неофит ат Родек Нерода. Несмотря на свой юный возраст (двадцать циклов от роду), сын Януария выделялся усидчивостью, внимательностью и глубоким умом. Хотя считал свое мнение главным, всегда прислушивался к тем, кого считал умнее и опытнее себя. Он никогда не делал поспешных поступков и старался продумать всё на два шага вперед. В этом он походил на своего деда, ныне почившего императора Хуша.
Сразу за ним сидел Сибот, Глава Рода Этух, член Клана Арон (Клана Иеракса). Мудрый и честный херонец. Всегда и во всем поддерживал Иеракса и давал ему неоценимые советы. Напротив Иеракса на мягком кресле, рядом с отцом Зошеком, сидел Збишек. Он имел крепкую хватку и твердый характер. Всегда сопровождал отца во всех наиболее важных для государства
Их тайная встреча только началась, и Глава Разведки начал доклад о том, что удалось узнать о передвижениях Союзного Флота и его слабых местах. Они искали точки соприкосновения и рычаги влияния, которые можно было бы использовать, чтобы подступиться к СРП и начать дипломатические переговоры.
— Что известно об э том Нехаршоне? — спросил Иеракс.
— Не слишком много, — качнул головой Зошек. — Он один из самых уважаемых лалланов Хтора и обладает колоссальной властью в Совете Лаллы. Ему доверяют и считают неподкупным и честным. Для него интересы его расы — интересы всей Вселенной. Нехаршон начинал с самых низов. Быстро заслужил уважение во время войны лалланов с расой олотов. Нам удалось узнать некоторые подробности его личной жизни. Его первая жена была микробиологом и занималась созданием лекарства от бесплодия после разразившейся на Лалле пандемии. Она была одной из семи ученых, открывших свойства гриба Эротуса. А затем вызвалась в качестве добровольца, чтобы испытать препарат на лалланах. Умерла в сильной агонии. Говорят, она была бесплодной и очень хотела родить мужу ребенка, именно поэтому решилась на такой отчаянный шаг. Через несколько циклов Нехаршон вновь женился на землянке по имени Глория Кирияс Ясу. Она родила ему трёх сыновей и двух дочерей.
— В этом военном выступлении Нехаршона активно поддерживает некий богатый человек, землянин, родственник по линии жены — Феспесий Кирияс Ясу. Почему я упомянул эту личность? Во-первых, он занимается обеспечением флота. Во-вторых, имеет значительное влияние на канцлера. И в-третьих, — Зошек пристально посмотрел на Иеракса, — он был пассажиром одного круизного лайнера, который попал в блуждающую сингулярность и был уничтожен на границе нашей Империи. Ты должен знать, Иеракс, историю этого корабля и его пассажиров.
Глава Внешней Разведки сделал многозначительную паузу, задумчиво постучал пальцем по столу и продолжил:
— Во время абордажа судна, погибли его жена и дочь. Поэтому, думаю, вы понимаете, что двигает этим землянином и что он не перед чем не остановится. Агент охарактеризовал последнего, как отчаянного и обреченного человека, которому уже нечего терять. Если бы не этот факт, возможно, нам бы удалось подступиться к Нехаршону, поскольку, согласно все той же разведке, этот изворотливый и весьма умный человек — слабое место Канцлера, как бы это странно не звучало. Единственный, кто может повлиять в данный момент на его решение и пойти на уступки — господин Феспесий Кирияс Ясу. Только через него можно пытаться наладить дипломатические переговоры. Иначе Канцлер будет действовать согласно решению Высшего Совета Хтора — захват Эхинацеи.
Зошек смолк, и на время в зале заседаний Перганоруса застыла тишина.
— Кто ж знал, Зошек, что все так получится, — поджал с досадой губы Иеракс. — Но теперь сожаления нам не помогут.
— Зошек, — вмешался в дискуссию Устин, сузив хитрые глаза: — Я думаю, человек, о котором ты упомянул — не единственная нить, связывающая нас с дипломатическими переговорами, не так ли? Уверен, ты уже знаешь, как можно еще надавить на руководство флота Союза.
— Есть пара моментов… - неспешно кивнул Глава Разведки. — Хучуоры.
Устин согласно усмехнулся:
— Ты хочешь сказать…
— Мы смогли узнать, почему хучуоры согласились на союз с СРП.
— И?
— Лалланы пообещали дать им технологию орбитальной защиты планеты.
— Неплохо-неплохо, — выгнул губы в пораженной
дуге Устин.— Если мне не изменяет память, лалланы используют ту же стелс-технологию на защитных спутниках, что и мы? — нахмурился Иеракс, не сводя сосредоточенного взгляда с Зошека.
— Так и есть. Учитывая большую заинтересованность пиратов в детях хучуоров, это очень весомый аргумент для того, чтобы те решились присоединиться к СРП. Только вот согласно устной договоренности между Объединенным Советом СРП и Хучорой — эти технологии Союзники предоставят исключительно в случае военной поддержки на рубеже Эхрацеи. В таком случае лалланы будут уверены в искренности и честности действий хучуоров и будут иметь основания доверять этой расе, — Глава Внешней Разведки положил локти на стол и соединил в замок пальцы. — Можно попробовать внести разлад в эту договоренность.
— Каким образом? — вопросительно наклонил голову Иеракс.
— Я могу этим заняться, — вскинул руку Устин, лукаво растянув губы. — Если я тебя правильно понимаю, Зошек, необходимо надавить на императора Хучоры Луция? У меня есть рычаги влияния на него…
— Я имел в виду другое, — качнул головой Глава Разведки, — но твоя идея тоже интересная.
— У тебя что-то есть на Луция? — повернулся к Устину Иеракс.
— Да, есть. Компромат. Однажды мне в руки случайно попали весьма любопытные видеозаписи, которые доказывают участие Луция в заговоре против бывшего императора. Так что он будет вынужден выслушать меня… — глаза Главы Рода Мохар неприятно горели хитрым огнем.
— А что ты хотел предложить, Зешек? — вставил свою лепту в разговор сын императора Неофит.
— Я думал закинуть хучуорцам подсадную утку, что якобы лалланы на самом деле не собираются давать никому никакой технологии.
— Знаешь, как?
— Обижаешь, — криво улыбнулся Глава Рода Пшенр. — Достаточно сделать интересное видео и подкинуть нужному человеку. Зная характер хучуорцев, стоит только внести семя сомнения и Союза не будет, — потом Зошек повернулся к Устину. — А если, в добавок, есть возможность еще и надавить на Луция… Это лишь усилит эффект.
Лукавая ухмылка управляющего многими политическими организациями империи растянулась еще шире. Устин любил, когда с ним считались.
— Что думаешь об этом, Иеракс? — посмотрел на Главу Рода Фидмин Неофит.
— Я думаю, это лишь ослабит флот СРП, но не остановит. И без хучуоров нынешний флот союзников — нешуточная угроза.
— А если хучуоров переманить на нашу сторону? — спросил Збишек, глянув на отца.
— Ты хочешь сказать, что мы можем убедить хучуоров стать на нашу сторону? Мы никогда не шли на переговоры с ними.
— Знаю. Но и обстоятельства поменялись. Почему бы нам не предложить им нашу технологию орбитальной защиты?
— Это смешно! — фыркнул Устин, приверженец сокрытия своих ноу-хау от чужих. — Мы никогда не делились своими технологиями ни с кем. И это было нашей защитой тысячелетиями!
— Не тебе это решать, — низко и уверено произнес Неофит, одобривший идею Збишека.
Иеракс удивленно вскинул брови. С сыном Януария он общался редко. Всегда за ним замечал только уважительное отношение к старшим. Конечно, наследник престола всегда воспитывался в чувстве превосходства над другими. Ему с младенчества внушали, что он будет править целой империей. Могущественной империей. Именно поэтому Януарий всегда объяснял сыну, что союз с Главами Кланов и Главами Родов — гарантия власти. Сам он редко шел против могущественных и влиятельных херонцев. Некоторых даже побаивался. А сейчас Неофит прямо и в глаза возражает одному из самых влиятельных (даже пугающе влиятельных) лидеров Кланов. Смело. Очень смело.
Устин самоуверенно хмыкнул, но промолчал. Удивила Иеракса и дальнейшая речь наследника престола:
— Уважаемый ат Устин, — тон юнца был примирительным, — я всегда знал, что вы — образец благоразумия и дальновидности. Вы иногда, и это пугало меня, могли предвидеть развязку самых запутанных дел в империи и занять правильную позицию. Поэтому вы должны сейчас понимать, что мир вокруг нас расшатался. И если мы не примем на свою сторону таких могущественных союзников, как хучуоры, можем потом горько пожалеть. Неужели за это не стоит заплатить какой-то там технологией защиты? Отец всегда учил меня, что тревожные времена требуют радикальных перемен и что часто приходиться чем-то жертвовать. Например, традициями.