Тьма над диамондией
Шрифт:
Но взвод пехотинцев Земной Федерации, посланный осмотреть узкую улочку за особняком, не нашел там ни одного трупа. Это утешило полковника.
Теперь у Мортона наконец появилось время проанализировать свои чувства. Он с огорчением пришел к выводу, что Изолина, отдавшись ему, достигла своей цели: сейчас он беспокоился именно о её судьбе.
Мортон понял, что его покорили не воспоминания о её жгучих ласках, а её врожденная честность и ум. Прямые вопросы, которые она задала убийцам, показывали, что она быстро справилась со страхом. Это было достаточно смешно, но он подсчитал, что
– Где бы она ни была, - сказал он вслух, - если она знала, куда пойти, и смогла сделать это, она должна действовать рационально. У этой молодой особы есть голова на плечах, и она поступает так, как ей подсказывает разум. Значит, если мы сможем угадать, какие выводы в высшей степени умная молодая диамондианка могла сделать из того, что ей известно о событиях этой ночи, мы узнаем, куда она направилась отсюда.
Мортон почувствовал на себе удивленный взгляд Брэя.
– Кажется, эта молодая женщина произвела на вас впечатление, полковник, - заметил лейтенант.
– По тому рассказу, который я услышал от вас о вашей поездке в имение Феррарисов, я решил, что на вас она тоже произвела впечатление, - отбил удар Мортон.
Это была чистая правда.
– Для диамондианки Изолина...– заговорил Брэй.
Мортон неуверенным тоном прервал его:
– Куда вас приведет рациональный анализ, если он будет основан на том, что я вам сказал?
Брэй неохотно признался, что в этом случае он не может действовать рационально.
Поскольку этот короткий диалог не дал никаких результатов, оба замолчали. Потом Брэй снова заговорил:
– Эта история с Лозитином... Судя по тому, что вы мне только что рассказали, мы должны как можно скорее найти его и расспросить.
– Хорошая мысль, - одобрил Мортон.
– Возможно, я смог бы поехать туда завтра. Как называется этот поселок?
– Не имею ни малейшего представления.
Это положило конец разговору. Мортон решительно расправил плечи и повернулся к Брэю.
– Полагаю, совесть вас не замучит, если мы оставим солдат Федерации убираться здесь без нас?
Перед тем как ответить, молодой офицер с силой моргнул и подождал, пока Мортон проделает то же самое. После этого Брэй подмигнул своему начальнику и широко улыбнулся. Эта озорная выходка была такой неожиданной, в ней было столько непринужденности и жизненной силы, что Мортон улыбнулся в ответ. Потом его лицо стало суровым.
– Идемте, - сказал он.– В этой больнице есть врач, которого я хотел бы допросить, и, может быть, подходящий момент для этого сейчас, пока в моем распоряжении этот армейский отряд.
Брэй не сдвинулся с места.
– Честное слово, полковник, - дипломатично сказал он, - я полагаю, что сейчас подходящий момент сообщить вам небольшую подробность, которую я скрыл от вас.
Выражение его лица и тон были такими странными, что Мортон, который уже отошел от лейтенанта, медленно вернулся, встал перед ним и спросил:
– В чем дело?
Брэй объяснил и в заключение сказал:
– Теперь вы понимаете,
что находитесь под арестом, возможно, потому, что этот врач покрывает кого-то или всех.Они снова поднялись по главной лестнице и теперь стояли на её верхней площадке. Вокруг них солдаты в серо-зеленой форме войск Земной Федерации уносили на носилках трупы, подметали пол и вытирали кровь мокрыми губками.
Мортон долго и задумчиво смотрел на это, потом взглянул на Брэя, заставил себя улыбнуться и сказал:
– В такой обстановке что мешает нам обоим спокойно уйти отсюда, лейтенант?
– Весь сектор оцеплен, полковник. Нас схватят.
– А, вот как...
– Интересно будет увидеть, чем все это кончится.
Мортон с определенной долей черного юмора должен был признать, что эта фраза была весьма слабым комментарием к его сложным и запутанным действиям на Диамондиане.
13
Несмотря ни на что, Мортон сумел правильно оценить замечание Брэя. Он не чувствовал себя слишком подавленным, когда немного позже ехал в машине вместе с Брэем под конвоем взвода солдат Федерации на мотоциклах.
– Мне просто будет нужно устроить больничному начальству что-то вроде очной ставки с доктором Герхардтом, - сказал он, не давая никаких разъяснений.
Вокруг полковника и лейтенанта раскинулся ночной Новый Неаполь. Из-за войны улицы не освещались, и вокруг было темно, как в аду, только в аду не было такого невероятного потока машин. Похоже, что все, кто целый день носились по улицам на своих маленьких шумных автомобилях, выехали в этот вечер отдохнуть на тех же маленьких шумных машинах.
И что ещё хуже, все они ехали наугад, совершенно без огней и по неосвещенным улицам. У ангелов-хранителей, наверное, было много работы защищать праведных и карать грешных. Каждые пять минут в темноте был слышен ужасный лязг и скрежет столкнувшихся машин: ещё один враг господа получал по заслугам.
Прямо перед их машиной в непроницаемой черноте вдруг послышался оглушительный грохот врезающихся друг в друга железных листов. Их автомобиль сделал головокружительный разворот и замер на месте.
Послышались чьи-то жалобы, яростная ругань и обвинения. Загудели сигналы и слились в невыносимую какофонию.
– Ну что же...– решительно сказал Мортон и выглянул в окно, пытаясь разглядеть что-нибудь в темноте.
Впереди справа он смутно различил силуэты множества остановившихся машин. В другом ряду, слева от него, машины медленно двигались вперед, подавая беспрерывные сигналы. Дальше справа виднелись старинные особняки, похожие на черные привидения в этом мире мрака.
"Через час или два, - подумал Мортон, - огромная диамондианская луна зальет бледным светом эту жуткую картину. Но сейчас, да ещё при этом шуме..."
Кошачий концерт сигналов перешел в истерическое крещендо. Сейчас или никогда!
Мортон осторожно открыл дверцу и тихо потянул Брэя за рукав. Его молодой спутник удивился и сначала стал сопротивляться, но через несколько секунд оба были на мостовой и, цепляясь друг за друга, на ощупь отыскивали между неподвижными машинами дорогу к относительно безопасному тротуару. Затем они быстро пошли вперед.