Чтение онлайн

Это, несомненно, одно из самых незабываемых событий за всю мою жизнь. Город Монтра не похож ни на один из других городов, в которых мне доводилось побывать. А побывать мне доводилось, уж поверь, во многих городах. Монтра окружена морем, горными хребтами, нескончаемыми лесами, и повсюду там водятся самые жуткие твари, когда-либо рожденные в нашем мире. В Монтре ничего не производят, там не торгуют ни винами, ни мехами, ни запасами пищи. У этого маленького городка совсем иной вид ремесла, благодаря которому и кормятся все его жители. Они охотники, лучшие в мире. Там продают чудовищ. Разных. Больших и маленьких, морских и сухопутных, летающих и наземных. Можно получить ручного волка, можно боевого слона. Ни для кого ни секрет, что именно там приобретались горные великаны и лесные тролли для пополнения армии Говарда Ран Айрелла. Но дракон — совсем другое дело. Никогда и никому не

удавалось подчинить настоящего дракона. Да что уж говорить о подчинении, даже просто поймать его живым никто не мог, ни простые люди, ни чародеи. Когда пошли слухи, что одной из гильдий Монтры удалось подчинить дракона, мало кто в это поверил. И мало кто решил бы поехать туда в надежде купить себе такого. Но когда человек в безысходном положении, он вынужден надеяться на чудеса. И я, будучи на пороге войны с великим королем Говардом, оказался в том самом положении, чтобы рассчитывать лишь на чудо. И, должен признать, до самого конца я не верил в успех, пока они мне не показали его. Не знаю, как им это вообще удалось. Я узнал, что в Монтре есть несколько конкурирующих гильдий охотников на чудовищ. Самая крупная и преуспевающая из них зовется Невинность. У них специальные доспехи, ловушки, множество разнообразных приспособлений. Они говорят, что только самым сильным и способным воинам, достойным звания героев, под силу убивать чудовищ. Но для того, чтобы поймать чудовище живым, а затем заставить его подчиняться тебе, мало быть просто героем. Их работа куда сложнее. Это особое искусство. Действуют они малыми отрядами по четыре человека. Как именно проходит сам процесс ловли я, конечно же, узнать не смог. Но что я смог узнать, так это, что денег они требуют много. Очень много. За своего дракона я отдал столько золота, сколько хватило бы на найм многотысячной армии. Да, само собой, я сомневался в том, стоит ли оно таких вложений. Но поскольку это первый прирученный ими дракон, и нет никаких гарантий, что им когда-либо удастся повторить такой успех, я должен был купить его первым. Пока никто другой не успел. Видишь этот браслет на моей руке, Джерард? От него странно пахнет. Драконы, оказывается, могут улавливать этот запах с расстояния в несколько километров. Я не знаю, из чего они его сделали, но мне сказали, что в его состав входит что-то от еще более крупного дракона, чем тот, что достался мне. Тот крупный был вожаком. Вот почему мой дракон считает меня своим вожаком. Из-за уникального запаха. В общем, здорово все это. Действительно здорово. Жаль только, что дракон мой безкрылый. Сказали, что самец потому что. Мол только самки имеют крылья. Самку поймать-то им не удастся, наверное. А если и поймают, то наверняка повредят крылья ей при этом.

Джерард зевнул, поправил поводья и двинулся вперед. Конь, которого он лично выбрал из конюшни Йозефа при выезде из Моара, оказался более резвым чем любой другой из отряда короля Харви.

— Стемнело, — сказал Джер, остановившись. За ним остановились и другие двое.

— И что? — Вопросил Каин, молодой рыцарь, ранее служивший в личной гвардии лорда Йозефа Де Моро.

— Надо вернуться в деревню. Скажем королю, что разведка не удалась. — Джерард уже развернул свою лошадь, но Каин преградил ему путь, встав на своем скакуне поперек узкой тропы.

— Нам точно сообщили, что где-то неподалеку бродит группа гелатов. Если мы не перехватим их, и устроим бой прямо в деревне, то опять будут жертвы среди мирных людей.

— А если мы пропустим их, и они окажутся в деревне, пока мы ищем их в округе, то жертв будет еще больше. Лучше ждать их там. Жителям велим запереться в домах.

— Мы еще в той стороне не проверяли! — Настаивал Каин, указывая на восток.

— Стемнело, — повторил Джер. — Эти твари бесшумны, абсолютно бесшумны. Если нападут внезапно, то мы и понять не успеем, что вообще произошло, прежде чем нас убьют.

— Правильно Джерард говорит, — вмешался Орландо Рейнольд, высокй тридцатитрехлетний рыцарь с длинными пепельными волосами до самых лопаток, победитель самого крупного турнира в Моаре. — Их только увидеть можно, но не услышать.

— И что, возвращаемся назад? — Вопросил Каин, все еще уверенный в том, что они допускают ошибку.

— Да, — отрезал Джер. — Возвращаемся назад, к королю.

Когда они вернулись, Харви уже ждал их перед "воротами". "Ворота" же представляли из себя две прислоненные друг к другу повозки, набитые бочками и увешанные щитами с внешних сторон. Раставленные по периметру факелы хорошо освещали каждую дощечку наспех построенного деревянного забора. Он окружал все село, в высоту составлял чуть более двух метров. Король слегка потянул цепь, и ящер припал к земле. Даже так, полностью опустившись животом на песок, он был вдвое выше лошади. Чешуйчатая морда

вытянута и приплющена, как у крокодила. Продолговатое тело, длиной в пятнадцать метров, оканчивалось коротким, но толстым хвостом. Четыре лапы, передние значительно длиньше задних, из-за чего грудная клетка при передвижении всегда держится гораздо выше таза. Брюхо неествественно большое, сильно выпирает по бокам, словно дракон только что проглотил двух слонов подряд, что, впрочем, не казалось Джеру невозможным ввиду внушительного размера пасти ящера. Нижняя челюсть значительно массивнее верхней и слегка выдвинута вперед. Вся спина от хвоста до кончика носа покрыта желто-болотного цвета гладкими, толстыми пластинами ромбовидной формы.

"Какой все таки уродливый", — далеко не в первый раз отметил Джерард, поливая дракона отвращенным взглядом. Харви принялся с трудом взбираться на спину своего питомца, используя свисающую веревчатую лестницу, ведущую к закрепленному подобию седла на задней части шеи дракона. Шея же у того была настолько короткой, что голова практически сразу переходила в плечи. Глаза с узким зрачком, большие, далеко посажены друг от друга. Из ноздрей сочился горячий пар, быстро уходящий вверх.

— Ну что там? — Торопливо спросил устроившийся в кожаном седле Харви, стараясь скрыть свою отдышку.

— Не нашли их, — расстроенно ответил Каин.

— Биться будем здесь, — добавил Орландо, осматриваясь вокруг. — Это лучший вариант.

— Плохо, — горестно выдал Харви. — Значит, огнем дышать не будем.

— Близко не подходить, — строго сказал Трикрас, завидев, как Кин с интересом поддался вперед.

Мальчишка расстроенно выдохнул и отступил назад, поровнявшись с другими учениками. Все тринадцать стояли в один ряд, в двух метрах от прямоугольного высокого стеклянного стола. За тем столом и сидел старый лысый чародей. В левой руке у него была железная чашка с пока неизвестным для детей содержимым. В правой же находилась прозрачная банка с черной землей. Трикрас поднял вверх левую руку, ту, на которой и было сконцентрировано внимание всех.

— Знаете, что это? — Вопросил он, легонько тряхнув таинственной чашечкой.

Некоторые отрицательно замотали головой, другие просто смолчали.

— Кин, ты знаешь? — Обратился Трикрас к мальчику, находящемуся левее всех.

— Не знаю, учитель, — ответил тот, виновато потупив взгляд.

— Может быть, ты, Кай? — Чародей перевел взгляд на правостоящего от Кина.

Тот даже не успел ответить, как Трикрас уже задал вопрос следующему в ряду:

— А что насчет тебя, Овайт?

— И я не знаю, — ответил самый младший из обучающихся. Ему было всего десять.

— Видд, ну а ты?

Ридд мотнул головой.

После того, как Трикрас опросил всех мальчишек, остались только три девочки. Одинадцатилетняя Никхара, полненькая девочка с рыжыми волосами и веснушками на пухлом личике, четырнадцатилетняя Сиера, высокая голубоглазая блондинка, и двенадцатилетняя Тиамат, брюнетка с серо-зелеными глазами, один из которых скрыт под челкой. Пропустив двух первых, старик сразу же обратился к Тие:

— Одавенная. Даже ты не знаешь?

— Чаша пуста, — уверенно сказала Тиа.

— Почему ты так думаешь? — Старец прекрасно знал ответ на свой вопрос, но хотел, чтобы она озвучила его для остальных.

— Потому что я ничего в ней не чувствую.

Трикрас, получивший желанное, улыбнулся.

— Это пвавда. То, что в этой чаше, не таит в себе эневгию. Однако чаша вовсе не пуста.

Тиа прищурилась, словно пытаясь взглядом просверлить железную стенку чашки насквозь.

— Я не знаю, — сдалась она. — Не знаю, что в чаше.

Чародей, все еще не избавившийся от приятной улыбки, поставил банку с землей на стол, а металлическую чашку продолжил держать в руках.

— Значит, никто из вас не знает? — Победоносно спросил он, медленно поднимаясь со скрипучего стула.

— Ну и что же в ней? — Не особо стараясь скрыть раздраженность и нетерпение, наконец вопросила Тиа.

— А я тоже не знаю. — Трикрас демонстративно пожал плечами, расплывшись в еще более широкой улыбке. — И никто не знает. Но если кто-то когда-нибудь узнает, то это будет большой победой для нас всех. Без малейшего пвеувеличения могу сказать, что это бы спасло наш мив. Потому что без знаний об этом веществе, мы не имеем возможности бовоться пвотив него.

— А можно посмотреть? — Кин привстал на носочки и поднял голову, надеясь заглянуть за край чашки в руках старого чародея.

— Да, я вам покажу. — Пожилой маг стал медленно наклонять чашку над стеклянной банкой.

Серое содержимое мелким песочком посыпалось на землю, и та стала тут же меняться в цвете. Уже через пять секунд прозрачная банка была наполнена вовсе не черной землей, а бледно-серой. Тиа отметила, что теперь не может ощутить и ту энергию, которой совсем недавно обладала землица в банке.