Теорема Бога
Шрифт:
Уолда отвели к психиатру и врачу. Но Уолдо не стал отвечать на их вопросы, так как не считал себя психом. Пусть другие и считают, что это всё ему привиделось из-за истощения, Уолдо по-прежнему считает, что история эта реальна. На одном из приёмов врач так вывел Уолдо из себя, что его в больнице точно запомнят.
Он договорился с родителями, что они никому больше не будут говорить об этой истории. Если бы это случилось не с ним, он бы тоже не поверил. Но всё же, как-то это история просочилась и до его одноклассников, друзей, которые после стали избегать его или общаться только по нужде. С каждой неделей они всё больше отдалялись от него, пока вовсе перестали замечать, заменив его другими. Над ним
После этого у Уолда что-то поломалось внутри. Он больше не смотрел на них, как на друзей, уже не отвечал на их гнилые вопросы и не смотрел в глаза. Ему было не понятно, как в детях может быть столько высокомерия, гордости, столько радости от издевательства над ним, столько бессердечия. Сначала он относился к этому, как к шуткам, но позже он понял, что в их глазах не было искорки от шутки, лишь блеск от самодовольства.
Когда он вернулся в свой мир, его сила исчезла, пропала, и он хотел вернуть хотя бы крупицу её. Все техники он помнил, но потеряв силу, они стали бесполезны. Тренируясь, он оставлял всю злость в себе, скрывал её подальше, чтобы не обращать внимания на издёвки «друзей». И это ему очень помогало.
И только, когда появился Реджи, а теперь остальные, Уолдо стал забывать о прежних днях. Но по ночам, когда мысли правят сознанием, всё плохое, всё то, что было прежде всплывает вновь, не давая Уолду спокойно уснуть. Лишь одно ему помогало – всё то же синее стекло. Если долго в неё всматриваться, можно увидеть глубину чего-то огромного, похожего на глубину неиссякаемой мира.
Где Аргада годами искала копьё?
Глава 2. Ворон.
Лес за городом, который один раз в год принимал гостей на навязанный ему праздник, уже который день подряд истощал из своих недр бесцветный, но едкий дым. Никто не жаловался, потому, как никто в той части не бродит. Никто не видел, что стало с безобидным братом, который молча погибал. Этот дым губил его: листья не росли, корни не пробивали землю, которая и в дожди была суха. «Хозяин» этого места не замечал своей руки.
В десятках мерах ниже верхней почвы разложилась лаборатория, где уже не первый год пытаются возродить миф. Проще говоря – создают зверя.
– Ты смеёшься надо мной. – Сказал мужчина в красном костюме.
Огромный человек с хмурым лицом. Казалось, своей ладонью он может сжать голову собеседника и раздавить её. В драке на таком и царапины бы не оставили. Взгляд его был спокоен, а сам он полностью уравновешен.
– Ни в коем случае. Всё идёт потихоньку, как я вам и обещал. Согласен, есть небольшие заминки, но ведь они решаемы. – Ответил один из профессоров, по фамилии Лаггски. – Думаю, скоро наши результаты даже превзойдут ваши давние ожидания. – Сделал он акцент на слове «давние».
Голос у него дрожал, наравне с руками. Он пытался выдавить из себя улыбку, но вместо этого создавал ещё более жалкий вид. Но мужчина в пиджаке не обращал внимание на профессора, ему было важно лишь то, что сейчас находиться за стеклом возле него. Огромная комната наполненная стаей волков огромных размеров с дикими глазами и зубами во весь рот.
– Их кожа станет крепче стали, скорость быстрее любой машины. – Продолжил он. – Сейчас мы скрестили их с носорогами, правда рога у них не будет, а вот лоб уже стал их обыденным оружием. Мы часто наблюдаем, как они то кусают друг друга в схватках, то бьются лбами. Видите, какие у них толстые черепа? – Похвастался профессор.
– Хммм.
Только они договорили,
как один из волков врезался в стену, стал кататься по полу, биться о стекло и в конце умер. Не сразу Лаггски заметил бешенную мину, смотрящую на него сверху. Он перепугался. Был похож на маленькую блошку, ручную блошку.– Сейчас это нормально. Это вполне нормальные последствия. Не стоит так волноваться.– Начал ходить он, чтобы скрыть своё волнение.
Смягчив взгляд, и мельком улыбнувшись, мужчина в красном костюме произнёс:
– Я зайду через месяц, надеюсь к этому времени будет всё стабильно. И знаешь, что мне кажется? – Спросил он с намёком на продолжение. – Каждому нужен вожак, дай им его. – Уже уходя, произнёс он.
Все смотрели ему в след, до тех пор пока он не зашёл в лифт и двери не захлопнулись.
– Нужно поскорей заканчивать с этим. Ни вас, ни меня не отпустят от сюда… пока вот эти вот твари не станут…такими, как он хочет. За работу. – Слюнтяй решил в конце проявить свой характер.
Всего учёных было девять человек и все мастера своего дела. Главным профессором, который всегда общался с этим мужчиной, был худощавым, задумчивым и умным учёным. Когда ему приходилось общаться с боссом, он всегда выпивал не мало успокаивающего. И вот сейчас после его визита, профессор Лаггски сел за стол и не мог ничего стоящего придумать, кроме как выпить ещё пилюль.
У каждого в этом мире были свои проблемы, и решения к некоторым из них не приходят сразу.
***
Было у Реджи своё окружение. Из года в год людей там не прибавлялось, и свирепо желал он ряды пополнить. Дверь к ним всегда была открыта, но всё же, за четыре года с момента появлениях группы Реджи, каждый пришедший закрывал дверь на год. Многих Реджи приглашал туда, но со временем каждый возвращался к своей прежней жизни. Все они считали, что к давним друзьям очень тяжело влиться и бросали это дело. Уолдо первый кто продержался там так долго.
Во время перемены Реджи и Уолдо стояли в коридоре возле открытого окна, напротив кабинета, где у них проходил урок. На удивление, в коридоре никого не было, только они двое, хотя перемена ещё не закончилась. Уолдо повторял в голове имена новых товарищей, чтобы не было неловких ситуаций, когда он встретит их, а Реджи не будет рядом.
Класс Уолда и класс людей, с кем знакомил его Реджи были мягко говоря недружелюбны друг к другу. Параллельный класс был на порядок умнее и в спорте редко уступал и давно уже зазнался. Кроме тех, с кем общался Реджи. Приятные люди – считал Уолдо, но общаться с ними один на один он бы не стал. Да и если бы Реджи его с ними не познакомил, то наврядли Уолдо сделал это сам. На первый взгляд не очень они были доброжелательны.
– Вот незадача, вот никак не получается тебя кое с кем познакомить. Вчера обещала, что придёт сегодня, и так уже неделю. – Произнёс Реджи, ожидая кого-то многократно оглядываясь по сторонам.
– А мне так обязательно с ней знакомиться?
– Ну, тебе же надо общаться, когда я уеду. – Взбудоражено произносил он каждое слово.
– Я понимаю, что люди это не товар, но мне хватит и того, что уже есть. – Смотрел Уолдо в приоткрытую дверь кабинета, где он видел Маршалла и Александру.
– Да это так кажется. Поначалу и мне с тобой было трудно общаться. И слово лишнего от тебя я в нашу первую встречу не услышал как – будто ты до этого вовсе с людьми не говорил. Ты был такой замкнутый, молчаливый, а сейчас у тебя хоть отдышки такой нет, как раньше. – Радостно заулыбался Реджи.
Уолдо согласен, но отвечать не стал.
– Ну, а ты хоть расскажешь куда уезжаешь? – Уолдо вспомнил, что ещё не спрашивал его об этом.
– Куда это ты снова уезжаешь? Мы ведь так давно не виделись, а ты снова в бега. – Раздался нежный плавный голос позади них.