Тени
Шрифт:
Ева кивнула.
– Я не хотела, чтобы случилось еще что-то странное, не говоря о том, чтобы кто-то это увидел. В туалете никого не было. Мне стало немного лучше и я достала помаду...
– Все именно так и делают после обеда, - перебила Джесс.
– И я начала красить губы. Хотя, нет! Сначала позвонила моя мама. Она начала выносить мне мозг, говоря об "очень важных" внеклассных мероприятиях, благодаря которым я смогу поступить в хороший колледж. Это так раздражало!
Особенно когда у меня полно дел поважнее, - Ева вздохнула и посмотрела на подругу.
– Теперь ты хмуришься.
Джесс
– Я просто подумала...
– одну руку она всё еще держала у себя на лбу, пока говорила.
– Возможно, твоё настроение оказывает влияние на твои...способности. Ты ведь злилась, когда говорила с мамой, да?
– Да. Ненавижу, когда она начинает решать все за меня.
– согласилась Ева.
– Она хочет, чтобы я пошла в замечательный колледж, потом - в замечательный медицинский университет и в итоге стала замечательным врачом. Но дело в том, что я еще сама не знаю, чего хочу.
– Я хочу учиться на дизайнера, - сказала Джесс.
– Я бы тоже пошла. Но не уверена, что меня возьмут, учитывая, что я уничтожила помаду такого прекрасного оттенка, - сказала Ева.
– Конечно, но давай вернемся к проблеме с твоими способностями, - ответила Джесс.
– Возможно, когда мы были в кабинете у медсестры ты расстроилась из-за Роуз.
– Боже мой, это было ужасно, эти тени, которые Роуз видит повсюду, - вздрогнула Ева.
– И это напомнило мне о Меган, что тоже было отнюдь не счастливыми воспоминаниями.
– Значит свет погас, когда ты была расстроена из-за Роуз и Меган. Затем ты ушла из кабинета медсестры и почувствовала себя лучше. Потом тебе позвонила мама, ты разозлилась, что привело к этому, - Джесс вытащила из кармана испорченную помаду.
– Ты думаешь это всё взаимосвязано?
– спросила Ева.
– Мисс Уайтер сказала, что мы должны проверять наши предположения, - задумчиво ответила Джесс. Они повернули на улицу, где находился Евин дом. Ева по привычке подняла голову, чтобы проверить почтовый ящик, когда они были почти на месте.
– И как же мы сможем её проверить? Я не стану еще раз звонить своей маме, - сказала Ева, изучая почту.
– Вау! Новый Vogue!
Джесс схватила журнал и направилась в сторону одного из кресел-качалок, которые стояли возле крыльца дома Эверголдов.
– Мы прочтем его позже. А сейчас - садись!
– приказала она.
Ева села.
– Закрой глаза, - сказала Джесс.
Ева сделала, как она велела. Хорошо, что они начали делать хоть что-то, чтобы узнать, что с ней всё-таки происходит. Её папа всегда говорил, что всегда было лучше действовать, чем выжидать, и сейчас она поняла, что он имел в виду.
– Теперь представь тот день прошлой весной, когда мы ходили на концерт Black Eyed Peas в центральном парке. Теперь почувствуй маслянистый запах солнцезащитного крема, которым ты пользовалась. Вспомни звук отрыжки тех парней из студенческого братства, которых мы кинули. Ты там, Ева? Ты чувствуешь всё это?
– спросила Джесс.
– Думаю, да, - ответила Ева.
– Итак, мы гуляем. На тебе твое приталенное оранжевое платье с кружевными оборками спереди.
– И принт от Джимми Чу с питоном, - добавила Ева, припоминая.
– И самые классные ботильоны в Америке.
–
Да. Отлично. Ты выглядишь сногсшибательно. Ты входишь на главную арену, и твой каблук застревает...– Он сразу же сломался!
– выкрикнула Ева, открывая глаза.
– И его не смогли починить! Они были навсегда испорчены. А мама сказала, что не купит мне такие же, потому что они были слишком дорогие для тех, кто не понимает, что в них нельзя ходить по полям. И это несмотря на то, что я пыталась объяснить ей: концерт проходил не на поле, а в парке.
– И что ты чувствовала?
– спросила Джесс с нетерпением.
– Я в очередной раз разозлилась на свою маму. Но я до сих скучаю по тем ботильонам!
– сказала Ева и согнула пальцы.
– Смотри, нет никаких искр. Скорее всего, твоя гипотеза была ошибочна.
Джесс уселась в кресло рядом с Евой.
– Или возможно ты использовала всю свою силу, когда расплавила помаду. Может быть, тебе нужна подзарядка.
Ева кивнула.
– Возможно я могу показывать только один фееричный фокус в день.
"Или я просто психологически неустойчива", - подумала она.
"А может всё это всего лишь моя фантазия? Не будет ли лучше думать так, чем разбираться с тем, как я расплавила помаду? Но расплавленные остатки этой помады разве не являются доказательством моих способностей?"
Ева вздохнула.
– Давай поговорим о чем-нибудь другом. Я скоро с ума сойду, больше не могу думать об этом.
– Да, конечно, - ответила Джесс, поджав губы.
– Нам нужно посплетничать. Ты слышала что-нибудь о Люке?
Может, он с помощью своих особенных дарований собирается лечить рак? Нет, скорее всего, его единственный талант - это заставлять её чувствовать себя неловко из-за того, что у нее слишком много сумочек.
Джесс закатила глаза.
– Говорят, что вчера он вместе с Элишей Лурье ушел "в кино" во время реально классной вечеринки.
– Ух ты, сколько же у него девушек?
– спросила Ева, но не стала ждать, когда Джесс ответит.
– Скоро ему придется перейти в другую школу, чтобы найти тех, кого он еще не лапал.
– Это естественно. Его отец - священник, и он взбунтовался против него. Ску-у-учно, - сказала Джесс, надув губы.
– Так сложно его заполучить, это несправедливо.
– Ты всё еще не против быть с ним, несмотря на стаю его девушек?
– спросила Ева удивленно. Потому что ей он больше совсем не нравился.
– Только чтобы развлечься, - ответила Джесс.
– Это то же самое, что попробовать мороженое, о котором все вокруг говорят. Я хотела бы только лизнуть его разочек.
– Фууу, - теперь закатила глаза Ева.
– Ну ладно, а что насчет Мэла?
Мэл, конечно, был намного интереснее. Ей хотелось кричать, от того что он был настолько таинственным. И ей хотелось кричать каждый раз, когда она замечала, что Мэл смотрит на нее. Она замечала это постоянно, но еще ни разу он не сказал ей ни слова. И она не знала о нем ничего, кроме того, что узнала в первый день. Но она была точно уверена, что он очень привлекательный. И хорошо знала ту полуулыбку, которая появляется на его лице, когда она ловит на себе его взгляд. И еще, конечно, что он замечательно пахнет... И что он хорошо умел орудовать ножом...Но больше ничего.