Тени прошлого
Шрифт:
Я сделал несколько осторожных шагов по причудливому мягкому ковру, сотканному из самых разных цветов. Что же это? Очередная ловушка озлобленных призраков или тот самый путь, который мне необходимо пройти? Не в силах сдержать переполнявший меня восторг я, как мальчишка, которого отец взял с собой в магическую лавку, восхищенно крутил головой по сторонам, удивляясь невероятным краскам и диковинным растениям, прежде никогда мною не виденными. Даже чувство тревоги за Анну и волнения последних дней отступили на второй план перед мощной энергетикой того места, где я сейчас находился.
В паре шагов от меня петляла довольно широкая тропинка и я устремился к ней. Что бы со мной не происходило, надо выяснить все до конца, прежде чем начинать действовать.
– Ты это видел?! Невероятно!
– мимо меня, едва не задев, плечом пробежал молодой паренек лет восемнадцати.
Его
Немногочисленные представители воинов-друидов неспроста снискали себе настолько громкую славу непревзойденных бойцов, что отзвуки ее не стихают и по сей день. Их латы, изготовленные, а по слухам, буквально выращенные в самом сердце священных лесов, отличались невероятной легкостью и подвижностью. К тому же, пробить эти латы не способны ни клинки имперских гвардейцев, ни эльфийские стрелы, ни даже топоры непревзойденных мастеров оружейного дела - гномов. Мастерски выполненная резьба придавала броне не только легкость и красоту, но и обеспечивала ее обладателя надежной защитой от магических атак. Костяные наконечники копий с легкостью прошивают насквозь трех тяжело бронированных всадников. Мечи хранителей, как гласят слухи, давно ставшие легендами, порхают в воздухе с такой скоростью, что глаз простого смертного не в состоянии различить их движения, а их обоюдоострые лезвия безжалостно разят врагов леса. Говорят так же, что один опытный воин ветвей способен кровавым смерчем пройти сквозь ряды целого отряда хорошо вооруженных солдат и оставить за собой лишь трупы, не получив при этом ни единой царапины.
По правде говоря, я делил бы все эти слова как минимум на десять, ведь чем дальше в глубину седых веков уходит подвиг того или иного героя - тем более эпическим он выглядит. Однако, вопрос появления в давно покинутом лесу воинов-друидов остался без ответа. Что же со мной происходит? Это сон, явь или безумный морок оскверненных осколков сердца леса?
Парень стоял всего в шаге от меня и просто не мог не заметить незваного гостя. Значит ли это, что какая-то неведомая сила позволила мне заглянуть через толщу столетий, оставаясь при этом незримым для обитателей той эпохи? И если да, то зачем это было сделано. "Пройти весь путь от начала до конца! Узреть то, чего не видел до меня никто из смертных!". Голос Осколка сердца эхом отозвался в моей голове. Что это: ответ на не заданный мною вопрос или насмешка злого духа? Метаморфозы коснувшиеся окружающей природы говорили в пользу моей безумной версии. Посмотрим, куда приведет меня очередное видение, тем более, что пока никто здесь меня не видит - я нахожусь в относительной безопасности.
– Хранителю ветвей негоже предаваться детским восторгам!
– первого юношу нагнал второй. Он был не намного старше своего собрата по оружию, но строгий менторский тон, хищная плавность движений и цепкий ледяной взгляд зеленых глаз, говорили о том, что на долю этого молодого друида выпало немало испытаний.
– Впрочем, ты прав!
– воин немного смягчил голос.
– Зрелище приземлившегося рядом с рощей Парящего замка мага Гильдии бесспорно производит впечатление.
Юноши продвигались вперед по тропе, и я последовал за ними.
– Не иначе, как волшебники пришли предупредить нас о надвигающейся опасности!
– в глазах молодого уже сверкали молнии надвигающейся яростной бури сражения.
– Вот здорово будет показать этим демонам, чего стоят наши клинки!
– Уверяю тебя Златоан, в кровавой бойне нет ни героизма, ни романтики!
– я заметил, как на лбу более опытного хранителя залегла глубокая морщинка.
– Ты молод и горяч, на твоем месте я бы тоже не слушал
– Но магия священной природы защитит нас!
– удивленно вскинул брови Златоан.
– Как только враги приблизятся к нашим укреплениям брат Виланиан вознесет молитвы, преклонив колени перед алтарем трех святынь в сердце леса и наше оружие и доспехи напитаются живительной силой. Тогда никто не сможет остановить нас!
– Не забывай, брат мой, что эта война отличается от всех прочих сражений, что выпали на нашу долю. Адские твари, что оскверняют землю уже одним своим прикосновением - ничто по сравнению с теми, кто держит их поводки. Эти создания обладают силой, равной богам. Если вся их мощь обрушится на нас - лесная обитель содрогнется!
– Гардикатан, мой друг и наставник, неужели я слышу страх в твоих словах?!
– изумлению Златоана не было границ.
– Ты ведь не можешь всерьез думать, что священный лес падет под натиском порождений тьмы! Обитель простояла на этом месте сотни лет и за это время переживала не только добрые времена. Были войны, о которых до сих пор слагают легенда и поют песни, но твердыня вековых дубов все так же крепка, как и прежде!
Члены братства были обычными людьми - сынами и дочерьми Андоралла и окрестных королевств. Вступая в ряды друидов они отрекались от своей прошлой жизни и брали имя нашептанное им кронами деревьев. Кто-то говорил, будто это какой-то древний язык, а беспорядочное на первый взгляд сочетание звуков наделяет детей леса нешуточной защитой, кто-то убеждал, что эти имена порождены звуками голосов животных и птиц и позволяют друидам общаться со своими младшими братьями на понятном им языке. Одно было бесспорно - произношение и запоминание слов, которые друиды использовали, обращаясь друг к другу, могло стать существенной проблемой для человека неподготовленного и не имеющего соответствующего опыта. Имена шедших рядом со мной хранителей - были еще цветочками по сравнению с тем, что мне доводилось слушать во время моих странствий.
– Пусть твои слова достигнут кроны Священного древа!
– Гардикатан вымученно улыбнулся, но было видно, что тревожные мысли не дают ему разделить оптимизма своего соратника.
Неужели я перенесся во времена Великой войны, в те самые дни, когда под натиском орд демонов этому лесу суждено будет погибнуть. Но я ничего не могу изменить! Я не в силах справиться с проблемами, навалившимися на меня в настоящем, не говоря уже о том, чтобы помощь друидам выиграть битву, огни которой отгремели три столетия назад! Так зачем дух перенес меня сюда, что он хотел мне показать?
Я настолько увлекся разговором двоих молодых хранителей и собственными сумбурными размышлениями, что не сразу заметил, как тропинка, по которой мы шли превратилась в довольно широкую дорогу. Под ногами шелестел на ветру ухоженный травяной ковер а впереди... Я чуть не задохнулся от восхищения, отказываясь верить собственным глазам. Метрах в ста от меня, тропа, подобно малой речушке, вливалась в необъятное озеро огромной поляны - Храм природы, Сердце леса, Алтарь трех святынь.
Как-то раз, прогуливаясь по Гилендорфу - столице Андоралла я забрел в большую имперскую библиотеку. До хранившихся там печатных и рукописных реликвий меня, естественно, никто не допустил. Еще не хватало! Но я на всю свою жизнь запомнил гигантские фрески, украшавшие стены и потолки этого великого храма знаний. Среди прочих, там был сюжет под поэтическим названием "Молитва трем Богам", изображавший друидов, склонивших колени перед круглым каменным алтарем. Неизвестный мастер постарался на славу и помимо богатого воображения, дополнившего сцену всевозможными световыми эффектами, явно обладал подробными описаниями очевидцев. Святилище, представшее сейчас моему взору если и не было точной копией изображенного на фреске, то по крайней мере соответствовало сохранившемуся в моей памяти образу.
Забыв о шедших рядом со мной хранителях, я устремился на поляну. Природная любознательность, а так же долгие месяцы, проведенные в поисках обрывков легенд сделали меня невероятно чувствительным к подобным моментам. Далеко не каждому представляется возможность увидеть настоящее святилище друидов, тем более в наше время, когда жрецы леса оставили границы людской империи предпочитая уединения бескрайних лесов на севере и юге Таргана. Слова о трех Богах, конечно, были скорее красивой фигурой речи. Не стоит считать Лесное братство сборищем фанатичных язычников.