Тень Хаоса
Шрифт:
— Как вас много-то! — произнёс Лир с притворным удивлением. Он так и не успел пересчитать всех, но понял, что их может быть гораздо больше, чем кажется.
Главный отдал приказ о наступлении, а сам подался в тёмный угол. Чего и следовало ожидать.
Молниеносным движением Лирнэ извлёк сабли из ножен. Его поразило собственная скорость, но времени удивляться не было. Вампиры брали его в кольцо. Зазвенели мечи. Словно бешеный волчок, он вертелся отражая выпады противников. Со стороны он казался размытым тёмным пятном, контуры которого с трудом угадывались. С трудом можно было понять, где он находится в данный момент. Вампиры
Очнувшись от горячки боя, он понял, что мостовая вокруг усеяна телами мёртвых и умирающих тварей. А из темноты к нему направился их предводитель. В свете полной луны охотник чётко различил его лицо. Вампир быль бледен и кожа его отливала синевой. Глаза светились в темноте красноватым светом. Ветер развивал чёрные, как смоль волосы с вкраплением редких белых прядей.
— Лихо ты их! — произнёс вампир, медленно приближаясь.
Лирнэ смог разглядеть тридцатисантиметровые металлические когти, которые словно выросли из перчаток вампира. Кровопийца взмахнул рукой, словно сам любуясь собственным оружием.
— Какая прелесть, — произнёс вампир, — Смотрю и не могу налюбоваться. Совершенное орудие убийства.
Лир сделал первый выпад клинком в сторону противника. Но тот ловко парировал удар когтями, так что даже высек искры. Когти оказались достаточно прочными чтобы сдержать атаку.
— Ты так хочешь драться? А мне совсем не хочется тебя убивать, — сладким голосом молвил вампир.
Элрэт ничего не ответил. Сейчас он был просто стрелой на натянутой тетиве, существующей только для одной цели — для убийства. Его новые атаки тоже оказались парированы вампирскими когтями. Только на этот раз кровопийца не ограничился только защитой, он нанёс Лиру сразу два удара в бок и в плечо, от которых охотник едва смог увернуться.
Этот вампир был куда сильнее и древнее тех остальных. Инквизиторы что-то рассказывали Лиру о вампирских рангах, только он всё не слушал. И зря! Новый удар чуть было не задел его щёку. Вампир действовал прыжками, боясь надолго сокращать дистанцию между собой и противником. Отдалённо это напоминало технику кинжальщиков, с которым Элрэт сталкивался неоднократно.
Нереальная скорость и ловкость противника делала их силы практически равными. Поединок затянулся. И тот и другой рассчитывали покончить друг с другом раньше.
Вампир резко открылся. Лирнэ решил, что грех этим не воспользоваться и устремил остриё сабли ему в сердце. Но в тот же миг что-то холодное вошло ему меж рёбер. Его серебряный клинок тоже нашёл свою цель и вышел из спины кровопийцы. Оба застыли в молчании, не веря в произошедшее. Оба видели лишь зияющую пустоту в глазах друг друга.
Лирнэ почувствовал резкий вкус собственной крови во рту. В глазах поплыло и ноги подкосились. Он рухнул на землю почти не чувствуя удара. Где-то рядом упал вампир. Лир пытался подняться, но тело не слушалось. Слабеющие руки не могли нашарить пузырёк с живой водой. Он почти чувствовал как его тело покидает жизнь. И свет в глазах мерк. Вот так и лежали они сражённые друг другом равном бою.
Послышались лёгкие шаги.
— Рэма? Это ты? — прохрипел умирающий вампир.
С другого конца улицы, действительно мчалась Рэмия. Её туфли скользили по камням мостовой, а пышные юбки собирали всю грязь. Но бежала она не к тому, кто так отчаянно звал её. Вампир смог различить, как его возлюбленная склонилась над его убийцей. Из глаз полились солёные, обжигающие
словно кислота, слёзы. Сладкая мечта — провести последний миг рядом с той, кого он любил разбилась вдребезги. «Будь ты проклята!» — шептали окровавленные губы вампира, — «Мы ещё встретимся в аду!». И с этими словами жизнь покинула его. Но Рэмия так и не услышала его предсмертных проклятий.Лир слегка приоткрыл глаза.
— Мэв, я иду к тебе, — смог сказать он.
Рэмие стало страшно от взгляда безумных глаз умирающего эстира.
— Не умирай! Пожалуйста, не умирай, — прошептала она.
— Слишком поздно, — ответил он, не надолго возвращаясь в сознание, — Мне просто незачем жить. Я здесь не нужен.
Рэма даже не обернулась, услышав звуки за спиной.
— Отойди от него, исчадие тьмы! — потребовал хриплый бас.
Девушка обернулась и увидела человека, угрожающего ей полуторным мечом. Он был куда выше обычного мужчины и шире в плечах. Капли дождя стекали по его каштановым волосам и бороде. Рваный чёрный плащ незнакомца развивался на ветру. По символу Единого на его шее вампирша поняла, что перед ней ещё один охотник.
Они встретились взглядом. Тёмные глаза человека полыхали ненавистью, а вампирша смотрела на него с болью и отчаяньем.
— Помоги! Он умирает! — прокричала она, — Я не хочу ему зла! Спаси его!
— Убирайся прочь! — зарычал охотник и для убедительности взмахнул мечом.
Рэмия ловко отпрянула в сторону словно дикая кошка.
— Спаси его! — прокричала она из темноты.
Лир плавал в пустоте и темноте. У него было лишь одно желание лететь вперёд и не оборачиваться. Его совсем не пугала эта пустота, он знал, что скоро всё это закончится. Но вдруг, чья-то сильная рука выдернула его из забытья. Он очнулся, полусидя, прислонившись спиной к стене дома. Рядом возился какой-то тип. Элрэт хотел было что-то у него спросить, но тот без объяснений влил ему в горло содержимое ещё одной склянки. Внутри словно запылал огонь. Он ощупал место, где была рана, но она словно заросла, не оставив и следа.
— Это особый эликсир. Моментально исцеляет любые раны, только вот редкий очень, — ответил человек, на его немой вопрос.
— Я благодарен тебе за спасение моей жизни, — монотонно проговорил Лир.
— Пустяки! Работа обязывает, — здоровяк махнул рукой.
Лир приподнялся на ноги. Его немного шатало, но в целом состояние было сносным.
— Могу я узнать твоё имя? — спросил он.
— Дэрион Херт — охотник инквизиции.
— Лирнэ Элрэт. Аналогично.
Лир отвёл глаза в сторону. Сейчас он мог вполне ожидать от своего спасителя укоров и даже спорить бы с ним не стал. Надо же было так глупо попасться. Пропустить такой удар. Ещё немного и когти бы вонзились ему в сердце. Он никогда раньше не пропускал удары в эту зону.
— Дэрион, ты же человек? А инквизиторы сказали, что берут на работу только нелюдей? — спросил Лир, глядя в пустоту.
— Так хрен его знает, человек я или кто ещё?! К тому же я сам попросил, и священники не смогли мне отказать. Всё просто, я ненавижу этих упырей! Была б моя воля, я бы их всех прикончил. И на копье я их вертел! — сказал охотник, показывая здоровенный кулак.