Тёмные хроники снов
Шрифт:
Был такой сувенир и у меня.
Коллега привёз увесистую фигурку песочного цвета, весьма искусно вырезанную из камня. Скарабей был покрыт таинственными надписями, которые могли вовсе ничего не означать: маловероятно, что на продукции, выпускающейся для массового потребления, могло быть написано нечто связное. Коллега, правда, утверждал, что купил этого жука втридорога в какой-то полузабытой деревеньке и клялся, что продавец, весьма колоритной наружности старик, этого самого скарабея ему чуть ли не насильно впихнул. Но мне показалось, что он просто набивает цену своему подарку. Место симпатичному жуку было определено
– Слышал,– ответил я,– не умничай.– Они вообще не опасные?
– А,– хмыкнула Рыжая,– насмотрелся американских фильмов, в которых они пожирают всё, что движется? Не переживай, они питаются навозом крупных животных, тебя не тронут. Если, конечно, я не прикажу.
Я не стал уточнять, откуда в этих коридорах берётся навоз. С неё, пожалуй, станется водить за собой парочку коров или лошадей.
Но выглядеть в её глазам трусом мне хотелось, поэтому я решительно заявил:
– Кишка тонка!
– Хочешь проверить?– Рыжая нахмурила брови, отчего показалась мне ещё более привлекательной.
– Ладно-ладно,– ответил я примирительным тоном,– вот заведу своих жуков, устроим морской бой.
Она рассмеялась приятным грудным смехом и спросила:
– Во сколько планируешь просыпаться, адмирал?
– В семь утра. А что?
– А то, что до семи осталась пятнадцать минут. И тютю.
– Тютю? Это ты о чём?– спросил я с тревогой.
– Проснёшься, дурачок,– ласково пояснила она.– А ты о чём подумал?
– Интересно, а откуда ты знаешь, сколько сейчас времени?
Она с жалостью посмотрела на меня, а потом резко поднесла к моим глазам запястье левой руки. На нём были часы.
– Ты во сне контролируешь время?– спросил я и тут же подумал, что мог бы и сам догадаться об этом.
– Всегда. Часы для любого сонтика вещь необходимая. Всё забудь, а часы возьми.
Мне сразу же вспомнился тот отрывок из статьи Спиуже, где он несколько раз подчёркивал: отсутствие часов на руке одна из главных ошибок, допускаемая новичками при попытке войти в контролируемый сон.
"Только после нескольких сотен подобных снов у человека появляется ощущение реального времени,– писал он,– но, надо признать, не у каждого. Из малочисленных данных "Тёмных хроник снов" до нас дошли сведения о сверхспособностях некоторых индивидуумов, способных перемещаться по пространству сон-явь с поразительной лёгкостью, но многими современными сноходилами такая возможность полностью отвергается в силу… ".
В силу чего, я помнил плохо.
"Тёмные хроники снов" были представлены в Сети десятком коротеньких бессвязных нарезок, рассказывающих о невероятных контролируемых снах. Большинство обитающих в Сети считало "Хроники" бредом, который сознательно подкидывали противники идей контролируемых снов с целью внести сумятицу в не очень дружные ряды снопроходцев.
– Сонтик? Такого слова я не встречал.
– Сонтики, сноходилы, снопроходцы, соняши, сонливые, сонные,– терпеливо начала перечислять Рыжая,– названий много, суть одна.
– И в чём же суть?– спросил я.
– Проснуться,– ответила она.
– Но ты же сама сказала, что я проснусь в семь часов!
Рыжая внимательно посмотрела по сторонам, потом приблизила
губы к моему уху и тихонько прошептала:– Проснуться по-настоящему, понимаешь?
Я не понимал.
– Если человек должен проснуться в семь утра,– сказал я, то он проснётся. И начнётся новый день. А потом придёт ночь, и он опять заснёт. И так будет продолжаться до тех пор, пока…
– Тебе об этом пока думать рановато,– сказала она.– Что, совсем ничего не понимаешь?
– Нет,– ответил я,– тебя трудно понять. Говоришь загадками. Ходишь по загадочным местам. Жуки эти, которые тебе повинуются. Где мы вообще находимся?
– Напряги мозги,– она смотрела мне прямо в глаза,– где могут жить скарабеи?
Я пожал плечами:
– Да где угодно. Например, в Египте.
– Бинго!– торжественным голосом объявила она.
– Ты во сне бродишь по Египту? Бесплатный туризм? Загар и всё включено?– съязвил я.
– Под светом скарабеев загоришь не сильно,– парировала Рыжая,– и брожу я не по всему Египту, а по отдельно взятой его части.
– И по какой же именно части?
– Сорви бинго ещё раз,– хмыкнула она.– Египет, тёмные узкие коридоры, множество развилок, кошмарные скарабеи: где мы?
Перед глазами вдруг возник мой икеевский комод, на котором мирно соседствовали скарабей и нефритовая пирамидка.
– Мы в пирамиде!– громко выпалил я.
Жуки на стенах мигнули, словно радуясь моей сообразительности.
– Какое знание географии,– с сарказмом произнесла Рыжая.– Только, пожалуйста, не кричи так громко, умник.
– И что мы тут делаем?– поинтересовался я, никак не реагируя на сомнительный комплимент.
– Не мы, а я,– поправила Рыжая.– Я ищу одну… одну вещь, которая меня, скажем, интересует. А ты кричишь и пугаешь моих жуков.
Я понял, что спрашивать об интересующей её вещи бесполезно. Всё равно не скажет. Или слукавит, чтоб отцепился.
– Пугаю жуков? Каким образом? Мне показалось, я им очень симпатичен. Думаю, ты заметила, как они лихо отплясывали под моё фальшивое пение.
– Пугаешь,– повторила Рыжая,– они привыкли к тишине. Тут все привыкли к тишине.
– Кроме нас тут есть кто-то ещё?
– Конечно! А как ты думал? По пирамиде бродит множество людей.
– И все они ищут вещь, которая очень интересует тебя,– снова съязвил я.– И у всех имеются личные скарабеи, да?
– У кого как,– неопределённо ответила она,– кстати, у тебя три минуты до тютю.
Мне вдруг стало грустно.
– Жаль. Знаешь, это мой первый сон такой… такой яркий, что ли,– мне не хватало слов, чтобы объяснить свои чувства,– в общем, мне очень жаль расставаться с этим местом. И с твоими скарабеями. И с тобой.
– А с кем больше?– улыбнулась она.
– С тобой, конечно. Мне никогда не встречались такие… такие девушки, как ты. И я…
– Что?– она смотрела мне прямо в глаза.
– Хочу снова увидеть тебя!– сказал я решительно.– И пока есть время, давай познакомимся. Меня зовут…
Рыжая закрыла мой рот ладошкой. Ладошка была тёплой и ощутимо пахла навозом.
Я понял, что она носит еду для жуков с собой.
– В этом месте не принято называть свои настоящие имена,– сказала она.– Кому надо и так узнает. Ты с жуками так гармонично смотрелся! Я буду называть тебя Скарабеем. Нет, слишком длинно, будешь просто Скар. А ты зови меня Рыжая. Меня все так зовут.