Телепат
Шрифт:
— Так, — согласился я.
— И ты тоже ответил отказом?
— Да.
— Вот это нас и погубило, — произнес Роберт. — Если телепат добровольно не хочет служить Системе, ему создают такую ситуацию, что у него не остается никакого другого выхода, кроме как подписать известную тебе расписку. Мне создали эту аварию. Тебя толкнули на убийство. И сделал все это небезызвестный тебе Нейл Абрамович. Я наводил о нем справки. Он специализируется как раз на таких операциях. Его должность так и называется — агент по особым поручениям.
Я почувствовал, что слова Роберта начинают казаться мне правдой. Что это? Просто результат его убеждения? Ведь Роберт умел убеждать. Он тоже прошел через сабантуи Михалыча, на
— И каким же образом он заставил меня совершить убийство? — спросил я.
— Внушением, — ответил Роберт. — Вспомни свои ощущения в тот момент. Тебе не показалось, что тобой кто-то манипулировал, что тебя кто-то направлял?
Мое сердце упало. Роберт был прав. Такие ощущения в тот момент у меня на самом деле присутствовали.
— Ты до того дня, или после него, когда-нибудь замечал в себе желание убивать? У тебя поднялась бы на это рука?
— Тогда был особый случай, — возразил я. — Убили мою невесту. Единственного человека, которого я любил, и который любил меня.
— А тебе не приходило в голову, что убийство твоей невесты — это тоже дело их рук?
— Но зачем им было убивать Таню? — воскликнул я. — Какой в этом смысл?
— А затем, чтобы сделать тебя более восприимчивым к внушению. Человек в состоянии горя более податлив. Его поведение больше определяют эмоции, чем разум. А также для того, чтобы перерубить все нити, удерживающие тебя в твоей гражданской жизни. У тебя тогда не возникло ощущения, что с потерей невесты твоя жизнь теряет для тебя всякий смысл?
— Возникло, — сказал я.
— Вот на этом и строился их расчет, — подытожил Роберт. — Здесь чистая психология.
Я задумался. Мне вдруг вспомнились слова Павла, которые он сказал мне по телефону: "Старик, здесь рука профессионала. Такой удар ножом мог нанести только человек, имеющий специальную подготовку. Которого учили, как убивать".
Неужели Роберт действительно прав?
— Давай восстановим картину того дня, — предложил Роберт. — Закрой глаза, расслабься, и попробуй мысленно в него перенестись.
Вспомнить самый трагический день моей жизни не составляло для меня большого труда. Как ни старался я его забыть, он до сих пор возникал в моей памяти весьма отчетливо. Я помнил каждую его минуту, каждый его миг.
— Когда у тебя впервые появилась решимость совершить убийство? — спросил Роберт. — Не желание, а именно решимость?
— В забегаловке, — ответил я.
— Что за забегаловка?
— Кафе, в котором продавали водку на розлив. Там всегда собирался всякий сброд. Я сроду туда не заходил. А тут вдруг так потянуло напиться.
— Хорошо, ты туда зашел. Что дальше?
— Дальше, я купил бутылку водки, стал за свободную стойку и выпил, — продолжал я. — Затем увидел Руслана с компанией. Когда я его увидел, во мне буквально все перевернулось. Именно тогда у меня и созрела эта решимость рассчитаться с ним за Таню.
— Дальше?
— А что дальше? Вышел из кафе, спрятался за деревом, дождался, когда он появится, пошел за ним и пристукнул.
— Угу, — задумчиво произнес Роберт. — А теперь напряги память и вспомни всех, кого ты видел в забегаловке.
— Да я особо ни на кого не смотрел, — признался я. — Помню, сзади меня стояли двое каких-то забулдыг. Помню продавщицу. Само собой, Руслана с компанией. Помню, когда выходил из кафе, я нечаянно толкнул какого-то деда в очках… Стоп!
Меня буквально обожгло. Дед в очках и сером пиджаке! Это же был Нейл! Вот где я его раньше видел! Это был именно он. Я почувствовал, как у меня внутри все холодеет.
— Ну, что? — усмехнулся Роберт. — Вспомнил?
— Вспомнил, — глухим голосом произнес я. — Когда я спрятался за деревом, Нейл
вышел из кафе, и пошел куда-то назад. Куда — не знаю. Я за ним не оглядывался.— Он никуда не пошел, — сказал Роберт. — Скорее всего, он спрятался где-то недалеко, за твоей спиной. Ты крался за своим Русланом, а он крался за тобой, и воздействовал на твое сознание, вызывая в тебе звериные инстинкты. А через некоторое время, когда ты вернулся домой и осознал, что натворил, и что тебе теперь грозит, тебе позвонили из госбезопасности и предложили сделку. Так?
— Не совсем, — ответил я. — Мне действительно позвонили из госбезопасности. Но не предложили сделку, а просто спросили, не поменял ли я свое мнение относительно их предложения о сотрудничестве. Вот после этого у меня и появилась мысль во всем им признаться, и отдать себя в их руки.
— Тоже чистая психология, — произнес Роберт.
Я вспомнил тот загадочный торжествующий блеск в глазах Ивана Серафимовича, который я тогда не смог себе объяснить. Теперь причина этого блеска была мне ясна. Иван Серафимович торжествовал по поводу успешного завершения операции по вербовке телепата.
Меня охватила дрожь. Во рту пересохло, и мне мучительно захотелось пить. На столе стоял только стакан с вином. Я схватил его и залпом осушил. Но вино не избавило меня от жажды. Видя мои мучения, Роберт вышел из комнаты, прошел на кухню, и принес оттуда графин с водой. Только после второго стакана я немного пришел в себя. Открывшаяся истина стала для меня новым ударом судьбы. Ударом, который отправил меня в глубокий нокаут.
— Помнишь, тогда, в спецшколе, ты спрашивал меня, что со мной случилось, и почему я так изменился? — произнес Роберт. — Сейчас ты получил ответ на свой вопрос. Я тогда чувствовал такой же шок, какой теперь ощущаешь ты.
— Почему ты тогда мне все это не рассказал? — спросил я.
— А ты бы тогда мне поверил?
Я пожал плечами.
— Вот то-то и оно, — сказал Роберт. — Когда ты мне сообщил, что мной интересовался Михалыч, и что ты рассказал ему мои воспоминания о Нейле, которого я видел в автобусе, я понял, что мне каюк. Они же не дураки. Они, безусловно, сообразят, что я обо всем догадался. И при этом я становлюсь для них опасным. А как поступают с теми, кто слишком много знает? Их либо убивают, либо организуют полную потерю памяти. Ни то, ни другое меня не прельщало. Поэтому я той же ночью "сделал ноги". Я дождался, пока ты крепко уснешь, выскользнул из комнаты, тихонько, на цыпочках, прошел по коридору, вышел из здания, и буквально ползком приблизился к воротам. К моему счастью, охранники спали. Из спецшколы давно уже никто не убегал, и видимо у них притупилась бдительность. Когда я очутился за забором, я дал такого деру, что мне позавидовала бы, наверное, даже пантера. Я понимал, что меня будут искать. Поэтому передвигался только по ночам, а днем прятался и отсыпался. К счастью, мне удалось добраться до Москвы, и остаться при этом непойманным. Ну, а в Москве я уже нашел, где скрыться. Я поработал на стройках, скопил денег, нашел людей, которые помогли мне с пластической операцией и новыми документами. Когда мне удалось себя легализовать, я устроился на фирму, в которой сейчас работаю, и начал другую жизнь. Но моя беда не давала мне покоя. Я осторожно, по крупицам, собрал информацию о Нейле, и обо всех его делишках. Кроме этого, мне удалось узнать еще кое-что, от чего у меня буквально волосы встали дыбом, и из-за чего я, собственно, и напросился на командировку в Р-ск. Эти сведения гораздо страшнее, чем наши с тобой личные проблемы. Артем, ты даже не представляешь, какая над нами сейчас нависла опасность. Не только над нами двоими. А над абсолютно всеми людьми. Появилось оружие, разрушительнее которого мир еще не знал. Ты хоть и работаешь в контрразведке, наверное, еще о нем не осведомлен. Давай, я тебе расскажу.