Чтение онлайн

Потом он завел разговор о своей работе, о знакомых знаменитостях, о своих связях в Голливуде, которыми он не прочь поделиться с ней. От всего этого у Эвелин пошла кругом голова – впрочем, это мог быть и эффект виски. Когда он в третий раз наполнил ее стакан, она уже потеряла им счет. Эвелин старалась пить маленькими глоточками, но это было невозможно при таком натиске Рори.

Когда снаружи совсем стемнело, он встал и выключил верхний свет.

– Зачем он нам? – сказал он. – Так куда приятнее, вы не находите?

После этого Рори уселся с ней рядом. Эвелин попыталась отодвинуться, но при этом

ей не хотелось вести себя грубо. Она свела колени и попыталась стать совсем маленькой. Но он положил свою огромную ухоженную лапищу на ее бедро и стал поглаживать его большим пальцем через ткань юбки. Край юбки немного задрался, и она пыталась его одернуть. Эвелин не была недотрогой, просто совершенно всего этого не хотела. Она надеялась, что Рори правильно расшифрует ее сигналы, но они, видимо, совсем не соответствовали его намерениям, потому что он их игнорировал.

К моменту, когда он навалился на нее и стал целовать в губы, она уже знала, что будет дальше, и успела прикинуть варианты. Их было всего два: позволить событиям развиваться так, как он хочет, или отвергнуть его и уйти. Но в голове возникли все ее мечты, завораживающе досягаемая роль, квартплата, деньги на которую негде было наскрести, невыносимая перспектива ползти с поджатым хвостом к Джоан. Стало ясно, что остается один-единственный вариант.

Поэтому она зажмурилась и позволила ему ее целовать. Рори уже ласкал ей шею, грудь, расстегивал одну за другой пуговицы на ее блузке. Эвелин решила не бояться: пусть это будет просто секс. Секс у нее уже бывал, она знала, что делать, и была готова через это пройти, раз ему этого хочется и иначе роли ей не видать. Невелика жертва, думала она, пока он задирал ей юбку и стягивал с нее колготки – сначала до колен, потом до лодыжек.

Эвелин разыгрывала удовольствие – недаром же она актриса. Заставить себя что-то говорить она не могла, просто издавала звуки, предполагавшие наслаждение, в надежде приблизить кульминацию. Когда он в нее вошел, она искренне ахнула, но это, вопреки его фантазиям, не было признаком экстаза. Она попыталась расслабиться: читала где-то, что в расслабленном состоянии не так больно; пародируя удовольствие, она водила ладонями вверх-вниз по его спине. Спина оказалась широченная, вся в темных курчавых волосах. Как любопытно! Похоже на мех. Пока он совершал свои возвратно-поступательные движения, она думала о том, что никогда ничего подобного не видала. Мысли об этом мехе отвлекали ее от происходившего. Он делал свое дело, а она запускала пальцы в мех; вдоль позвоночника он оказался погуще, на ребрах пореже.

Наконец все кончилось.

Рори со стоном сполз с нее.

– Спасибо, милая, – сказал он, словно Эвелин оказала ему услугу. Она чуть было не ответила «пожалуйста».

Эвелин деловито села, натянула колготки, поправила юбку. Справиться с пуговицами на блузке оказалось сложнее, слишком тряслись руки, но в конце концов она их застегнула. Он замер, распластавшись на кровати, в прострации после оргазма, как ей казалось. В то время как ей хотелось одного – сбежать.

Но сперва надо бы убедиться, что все в порядке.

– Вы скажете Майку, что хотите отдать роль мне? – спросила она как можно более твердым голосом. Эвелин не собиралась пасовать – таков был ее долг по крайней мере перед

самой собой; на то, чтобы услышать ответ, у нее вряд ли хватило бы смелости.

Он открыл глаза и посмотрел на нее. Сначала вопрос как будто застал его врасплох, но потом он собрался с мыслями.

– В «Добро пожаловать в рай»? А как же, она твоя.

И он опять закрыл глаза. Эвелин приросла к месту, не зная, может ли она идти или от нее ждут чего-то еще. Но его дыхание стало глубже, и она сообразила, что он уснул. Она поправила волосы, сунула ноги в туфли, взяла сумочку и плащ. Скорее вон отсюда!

Вернувшись в свою комнату в холодной квартирке, она могла думать только об одном: она добилась роли. Остальное должно было со временем померкнуть. Она сделала то, без чего нельзя было обойтись, и убиваться из-за этого не было причин. Не она первая, не она последняя. Лучше счесть это мелкой составляющей работы и двигаться дальше, надеясь, что это больше не повторится. Без этого первоначального шага не было бы всех последующих, пусть это будет толчок, взлет к вершине. Она твердила это себе, но по щекам струились слезы.

Звуки на общей лестнице вернули ее к действительности. Эвелин услышала, как в замочной скважине поворачивается ключ. Это могла быть Бренда, а мог быть хозяин квартиры, считавший, вопреки их негодованию, что имеет право приходить, когда ему вздумается, наплевав на желание съемщиц. У Эвелин упало сердце: только бы не он! Ей бы пришлось затаиться у себя до его ухода, потому что она задолжала ему и пока что не имела средств расплатиться. Вообще-то он был благоразумным человеком и уступил бы, если бы она попросила отсрочки, но на то, чтобы взывать к его уступчивости, у нее не было сил: только не сегодня, не сейчас!

Но, к ее облегчению, раздался голос Бренды:

– Эви, ты здесь?

Эвелин выпрямила спину, смахнула слезы, проверила, как выглядит, в старом пятнистом зеркале, поправила волосы.

– Да, я сейчас, только…

Но дверь уже приоткрылась, к ней в комнату заглянула Бренда с обмотанной толстым клетчатым шарфом шеей, из-за которого ее голова выглядела как торчащий из земли ананас.

– Привет, Эви, это всего лишь я. Я хотела… – Она осеклась и пригляделась к Эвелин. – Все хорошо?

В первую секунду та была готова сознаться, что именно сейчас чувствует, и даже объяснить почему. Бренда умела слушать, она бы ее не осудила, подруга бы поняла, что у нее не было выбора и что сделанное было единственным способом проложить себе дорогу. Да и поделиться с кем-то своей бедой было бы большим облегчением.

Но она вовремя вспомнила о неизбежности слухов и решила промолчать. Изобразила широкую улыбку, ту самую, которую столько раз играла на сцене, и ответила:

– Лучше не бывает. Только-только проснулась, вот и все. Представляешь, у меня невероятная новость!

Эвелин понравилось бракосочетание. Свадьбы всегда смахивают на театральное представление, когда каждый знает свою роль, свои реплики, свое место. Сама она еще не бывала невестой и сейчас с удовольствием сидела в компании других статистов, гордясь своей внешностью, реагируя по сценарию и неотрывно следя за главными действующим лицами. По ее мнению, это был прекрасный способ провести день.

Конец ознакомительного фрагмента.