Чтение онлайн

Мартос немного помолчал, и, как умный человек, не стал говорить про высочайше утверждённые планы и штаты, потому что прекрасно понимал, наша артиллерия против германской, действительно слаба. А потому ответил вопросом:

– А что вы предлагаете?

– Предлагаю попытаться воспользоваться хотя бы частью свалившегося на нас богатства.

– Людей-то, где брать, Александр Васильевич? К орудиям кого попало не поставишь, там наводчики нужны, офицеры, хотя бы двое на батарею, корректировщики. Остальных-то ладно, можно набрать из пехоты да обозников. Но этих где взять? Надо отправлять запрос в штаб фронта, обосновывать. А дальше, вы же сами понимаете, бумажная волокита растянется на многие недели.

– В этом вы, безусловно, правы. Но я вот подумал тут на досуге, и пришёл к выводу, что можно попытаться обойтись своими силами. У нас же есть запасные наводчики в батареях на каждое орудие? Понятно, что они не просто так там числятся. На войне случается всякое, и в артиллерии могут быть потери. А

орудие без наводчика – мёртвое орудие. Поэтому, снимать их всех ни в коем случае нельзя. Но если, к примеру, взять с каждой батареи по одному, то это будет не столь критично. Ну, будет у нас на восемь орудий по семь запасных, разве это повлияет так сильно на её боеспособность? Допускаю, что возможна ситуация, когда именно этого одного и не хватит. Но это всё же редкость. Если батарею накроют прицельным огнём, то тут уже ничего не поможет. Хоть по десять запасных там сидит. А убыль от случайных разрывов всё же не очень велика. Зато это нам даёт возможность задействовать двенадцать трофейных орудий за счёт трёхдюймовок, и три за счёт гаубичных расчётов, только в вашем корпусе.

– Насколько я понимаю, их баллистика несколько отличается от наших орудий, и пригодны они будут, разве что для стрельбы прямой наводкой. Да, и так, наверняка есть нюансы в использовании. Разбираться надо.

– С баллистикой вы правы, конечно, но наверняка в трофеях можно найти таблицы для стрельбы из этих пушек. Хороший артиллерист их должен помнить, но для этого ему надо хотя бы изредка освежать в памяти такие цифры. И ему нужна шпаргалка. Обязательно где-то есть такая. Кстати, не нашли? [24]

– Я как-то не поинтересовался. Думал, мы их в тыл отправим.

– А я думаю, что они нам нужнее. Немедленно отдайте команду, чтобы поискали.

– Но у них расстояния наверняка в метрах указаны, а наши артиллеристы привыкли всё считать в саженях.

– Ну, это-то не проблема, Николай Николаевич. Сколько метров в сажени не тайна за семью печатями, сказать точную цифру офицерам, раздать им в руки по таблице, и пусть сидят умножают. Не так уж и много там пересчитывать. За пару часов управятся.

– А со снарядами, что делать? Вы же понимаете, что такие эффектные победы с богатыми трофеями будут не всегда. Значит, снаряды скоро кончатся.

– Когда-то они, безусловно, кончатся, но у нас уже есть запас. Пригодна к использованию примерно половина орудий, но снаряды-то остались и от тех, которые разбиты. Ну, да, там боекомплекты не полные на некоторых, потому что противник на передовой тоже стрелял, и в некоторых местах успел извести существенную часть запаса. Но в целом, считать, что снарядов у нас на два полноценных боя. Вообще, тут можно использовать два подхода. Первый, это набрать расчёты, натренировать их, лишь на часть орудий. Например, на половину, или на треть. Тогда комплекты с незадействованных, составят для них хороший резерв. Но это в целом незначительно усилит артиллерию нашей армии, и не даст нам явного преимущества. А можно пустить в дело всё же все орудия. Тогда запасов хватит в лучшем случае на два полноценных боя, но это позволит нам достичь в их процессе заметного превосходства. А значит, позволит надеяться на следующую партию трофеев. Хотя бы в виде снарядов.

– Согласен. Но время!

– Поэтому, не стоит его терять! Надо задействовать хотя бы то, что возможно. Составить таблицы пересчёта саженей в метры, погонять сформированные расчёты в стрельбе, потратив на это какое-то количество снарядов. Не думаю, что для опытных артиллеристов будут серьёзные препятствия в освоении новых орудий. Может наводиться будут только чуть медленнее.

– Вроде так, но надо ещё и их самих послушать.

– Так давайте этим и займёмся прямо сейчас.

Мартос посмотрел на командующего, и, оценив степень его напора, согласился. Объявили общий сбор командиров дивизионов корпуса. Заодно пригласив сюда и представителей 2-й дивизии, которая уже располагалась в окрестностях. А пока ждали, Самсонов завёл с Мартосом другой волновавший его вопрос. О потерях среди офицеров.

– Знаете, – сказал Самсонов, – я тут подумал, что ещё два таких успешных боя, и пехота вашего корпуса останется вообще без офицеров. А если бой будет не таким удачным, то гораздо раньше.

– Почему? – Насторожился Мартос.

– Вы же видели списки своих потерь?

– Конечно. Я сам подписывал рапорт.

– Вас ничего не насторожило? – После паузы, решив не устраивать театральных сцен и сэкономить время, Самсонов продолжил. – В целом, убыль офицеров превышает убыль солдат почти в два раза. А в нынешней войне без офицеров много не навоюешь. Мы очень быстро получим неуправляемую массу людей, которые превратятся попросту

в пушечное мясо.

– Но позвольте, Александр Васильевич, офицер не может руководить подразделением из-за спин солдат. Он должен личным примером и мужеством являть им образец действия.

– Но современные средства вооружения представляют первейшую угрозу именно для тех, кто идёт впереди. Прошли, к сожалению, суворовские времена, когда офицер мог безнаказанно шагать в первых рядах и пулям не кланяться. Потому как в те времена пуля была действительно дура, а скорострельность была вообще несопоставима с современной. Сейчас, офицер, храбро шагающий впереди, представляет из себя прежде всего хорошую мишень. И на кого он тогда оставляет своих солдат?

– На своих заместителей и помощников. Для того они и даны ему.

– Я думаю, что они все очень быстро кончатся. И останется только уповать на храбрость солдат, которые, несмотря ни на что, всё же дойдут до цели, но понесут огромные потери. А знаете почему? Потому что ими не кому будет руководить. Просто потому, что не кому будет вовремя отдать приказ о том, что в этой ситуации следует залечь и переждать обстрел артиллерии, или пулемёта. И это, как вы сами понимаете, некий идеальный случай, где абсолютно все солдаты беззаветно храбры и готовы умереть. Кстати, может, и действительно умрут все, так и не выполнив задачу. Потому что задача солдата, и офицера, если уж на то пошло, не в том, чтобы самому умереть, а в том, чтобы победить противника. А сделать это может, естественно только живой человек. А может, как раз залягут, повинуясь инстинкту самосохранения. И кто их тогда поднимает в атаку, когда это нужно будет? Хорошо, если найдётся признанный лидер из унтеров, который ещё и сообразит это в нужный момент. А если нет? Да, что я вам объясняю, вы же сами прекрасно понимаете, что часть без офицеров, это не часть. И заметьте, речь идёт о кадровых офицерах, прекрасно обученных, имеющих опыт. Это наша элита, которую следует вообще-то беречь. А кто придёт им на смену? Вчерашние юнкера и старые отставники?

– Но как можно гнать людей вперёд, самому прячась за их спинами? И как солдаты будут относиться к такому офицеру? Умом я вас понимаю, Александр Васильевич, но как это всё людям объяснить? Они же обучены по-другому. Можно ввести новую тактику, но ей учить надо, тренировать людей.

– Может вы и правы в чём-то, но надо что-то придумать, как уменьшить гибель офицеров. И поверьте, говорю я это не из жалости к ним даже, а именно, как командующий, который озабочен тем, что его армия быстро потеряет боеспособность. Солдат мне тоже жалко, но без руководства офицерами они погибнут ещё быстрее. Надо что-то придумать на этот счёт, может действительно не вводить резких перемен, выпустить какую-то методичку, издать приказ, в конце концов. Пусть солдаты даже на меня ворчат, что я чего-то там такого удумал. Но если это поможет нам хотя бы уменьшить потери среди офицеров, то я думаю, армия от этого только выиграет.

Тем временем начали собираться артиллеристы. Проходили по одному и группами, представлялись и рассаживались на стульях в кабинете Мартоса. Николай Николаевич, не мудрствуя лукаво, занял то же самое помещение, в котором ещё вчера располагался германский штаб. К сожалению, ничего интересного среди немногих оставленных вещей обнаружить не удалось. Зато не пришлось никого выселять из помещения, прежние хозяева так и не успели в него вернуться. Когда все собрались, то Самсонов озвучил свои идеи по усилению армии трофейными орудиями, сразу прояснив ситуацию с тем, откуда брать расчёты для них. Офицеры поразмышляли над этим, прикидывая в уме все недостатки и достоинства, и в целом согласились, что такая прибавка к огневой мощи их дивизий будет очень кстати. С учётом артиллеристов 2-ой дивизии, в которой насчитывалось ещё 48 трёхдюймовок в шести батареях, можно было набрать расчёты на двадцать одно орудие. Потом господа офицеры ещё подумали, и пришли к выводу, что можно выделить и по два расчёта с батареи на такое замечательное мероприятие, и клялись, что боеспособность основных частей от этого не пострадает. Но всё же решили не делать этого, чтобы снарядов осталось побольше в запасе, и вернулись к первоначальному варианту. Самсонов с Мартосом переглянулись, и согласились с дружным порывом подчинённых. Но потом все вспомнили про лошадей, которых досталось в существенно меньшем количестве, чем нужно для транспортировки самих орудий, зарядных ящиков, и обширного имущества прилагаемого к орудиям. Своих лошадей отдавать никто не хотел. Это имущество, за которое старались держаться. Пришлось подумать Самсонову, и он вспомнил, что в его обширном армейском хозяйстве, существенно сократилась длинна транспортных перевозок. Теперь, вместо того, чтобы долго и нудно везти грузы через пол Польши на лошадях, они проделывают большую часть этого расстояния по железной дороге. То есть, как минимум обозы второй очереди, предназначенные для того же Пятнадцатого корпуса, и 2-ой дивизии, вообще не задействованы. А это сотни лошадей и приписанных к ним людей. Учитывая, что эти люди с лошадьми в новых батареях будут заниматься в основном тем же самым, то есть перевозкой различных грузов, то это проблем вызывать не должно с их организацией. Ну, а недостающих подносчиков снарядов предполагалось набрать всё же из пехоты. Там и люди здоровее, и к звуку выстрелов более привычные, а также к риску.