Чтение онлайн

Возглавляемый легкими танками, усиленными несколькими средними, 5-й батальон КТК выдвинулся из Перем-Дауна в 08:00, за ним с интервалами последовали штаб бригады и 2-й батальон. Три часа спустя, покрыв чуть более 30 км, дозоры легких танков образовали линию наблюдения на широком фронте в непосредственной близи от Имбера. Как правило, если танковая колонна не встречала противодействия, она шла со скоростью около 13 км/ч в дневное время или 8- 10 км/ч без света в безлунные ночи. Несмотря на субтильность гусениц средних танков и невысокую надежность прочих их механических узлов и компонентов, поломки удавалось сводить до минимума за счет частых технических остановок. Бригада уже совершала 240-км переход за трое суток, при этом вела за этот период один крупный бой, случалось ей преодолевать 100 км за сутки и в тот же день вступать в сражение.

В описываемом случае легкие танки своевременно успели засечь «врага», продвигавшегося тремя колоннами по широкой и немного

холмистой местности Солсбери-Плейн этакими лягушачьими прыжками от села к селу и от рощицы к рощице. Тут же по рации от легких танков стали поступать соответствующие сообщения в штаб 5-го батальона КТК, который пересылал их дальше в штаб бригады, вследствие чего последний постоянно располагал свежей информацией в отношении положения дел у «неприятеля». Устроив успешную засаду на головные силы условного противника на равнине у Солсбери, бригадир Лэйерд принялся развивать крупномасштабную атаку на войска «неприятеля», обходившие его с фланга через Эрчфонт. Отозвав средние танки 5-го батальона КТК, он бросил их в северном направлении для овладения господствующими возвышенностями по откосу холма Риджуэй, на который условному противнику, по всей вероятности, пришлось бы взобраться для выполнения поставленной задачи. Ввиду отсутствия доставочного для профилактических остановок запаса времени, марш привел к поломкам, вместе с тем необходимое для блокирования пути «вражеским» колоннам сосредоточение бронетехники создать удалось, хотя и напрасно, поскольку «неприятель» не имел намерений посылать танки но столь отвесному склону.

Когда дело наконец дошло до танкового боя. протекал он на благоприятной для обеих сторон территории; в каждой группе имелись части нехоты и артиллерии, тогда как легкие танки (или танкетки) занимались прощупыванием состояния боеспособности «вражеского» контингента по фронту и на флангах. Все действия неизбежно приводили к тому, что условный противник открывал огонь по легким танкам. Передаваемые по рации донесения с передовой позволяли составить довольно яркое представление о складывавшейся там обстановке, хотя порой сообщения эти сбивали с толку как командиров батальонов, так и бригады. Что особенно примечательно, средние танки посылались в динамично развивавшееся боевое соприкосновение в лоб, меняя наблюдательное положение «башня укрыта» и выходя на огневую позицию, где невидимым неприятелю оставался только корпус машины. Весьма прискорбен тот факт, что ни одна сторона не предприняла серьезных усилий обойти другую с фланга, несмотря на то, что чего-то подобного от них как раз и ожидали.

Революционные изменения в танковом деле произошли с внедрением радиотелефонов, за счет которых упрощалось и улучшалось управление боем, что ярчайшим образом продемонстрировали учения, проведенные британцами в 1930 г. Хотя устроители маневров, организуя их. тяготели к нереалистичным схемам, не говоря уже о необъективности выводов наблюдателей и предвзятости посредников, далеко не всегда способных правильно понять и осознать истинную природу танкового боя. а зачастую относившихся к танкам настороженно, все равно факт того, сколь существенно убыстряются перестроения частей на поле боя и передвижения на марше, сделался очевидным для всех. С того момента война не могла уже больше вестись по привычным правилам.

На панораме мы видим средние танки 2-го батальона КТК в положении «корпус укрыт» среди ведущих разведку боем военнослужащих на транспортерах, или танкетках Ллойда. Батальон вступает в боевой контакт с «вражеской» кавалерией и пехотой, появляющейся из зарослей деревьев. Можно наблюдать также танки 3-го батальона, которые заняты попыткой связать боем 2-й батальон с одновременным фланговым броском через «мертвую зону» на правой стороне панорамы. 2-й батальон уже занят тем, что перекрывает «неприятелю» направление наступления, и обе стороны оказываются втянутыми в невыгодное ни для кого лобовое противостояние. «Сражение у Тилсхеда» разыгралось вследствие того. что «вражеские» колонны, состоявшие из традиционной кавалерии, моторизованной и обычной пехоты, поддерживаемые артиллерией и 3-м батальоном КТК, стали выдвигаться в восточном направлении с целью обеспечения себе переправы через р. Эйвон. Однако бригада средних танков (состоявшая из 2-го и 5-го батальонов КТК) прошла маршем 32 км из Перем-Дауна в восточном направлении и в 11:00 отправила дозоры на транспортерах Ллойда с целью выявить основную ось «неприятельского» продвижения. Тем временем 2-й и 5-й батальоны сосредоточили силы поблизости от Тилсхеда, чтобы оказать противодействие «вражескому» прорыву, где бы тот ни намечался.

В 11:22 дозор в районе Имбера доложил по радиотелефону: «Один эскадрон кавалерии выдвигается из Имбера». что стало первым из цени донесений, в которых в течение примерно целого следующего часа давалось описание процессу сосредоточения сил «неприятелем» и действий против этой колонны и той, что появилась возле Читтерна. Вынужденные считаться с реальностью, посредники высказались в пользу бронетанковых дозоров, которые с их пулеметами и при их подвижности значительно превосходили всадников и коней на

открытых участках. Затем в 12:30 дозор в районе Эрчфонта возвестил о крупном соединении мотопехоты, следовавшем на восток и стремившемся взобраться на склон оврага с намерением выйти во фланг обороняющимся. Донесения воздушной разведки также позволяли высказаться в пользу того, что вышеупомянутое направление «противник» избрал как главное для попытки прорыва. И снова посредники сочли, что огневая мощь обороняющихся позволяла им сорвать намерения пехоты на колесной и полугусеничной технике, медленно поднимавшейся по крутому склону. Тут бригадир Лэйерд, приказавший большинству средних танков 5-го батальона КТК преградить путь наступающим на севере, поступил с поспешностью, ослабившей резервы бригады на центральном участке. Основные силы предполагаемого «неприятельского» прорыва – танковый кулак 3-го батальона вот-вот готовился рвануться вперед из скрытого района сосредоточения под Читтерном и попытаться осуществить быстрый прорыв к Тилсхеду через переправы на Эйвоне и выйти в тыл бригаде средних танков.

Когда воздушная и сухопутная разведка сообщили о возникновении новой и очень серьезной угрозы, Лэйерд действовал быстро. Отдав короткие указания по радиотелефону (если бы не последний. пришлось бы потратить куда больше времени на передачу информации либо с помощью связных, либо азбукой Морзе), комбриг бросил 2-й батальон, чтобы тот в течение минут овладел Брич-Хилл и Килл-Бэрроу, поставив блок на направлении удара 3-го батальона. Вследствие этого и разыгралось сражение, изображенное на панораме.

Лэйерд находился в ку рсе обстановки благодаря стекавшимся к нему донесениям, и все же задержался с отправкой в бой оставшихся частей 5-го батальона. Соответственно его запоздалая попытка обойти 3-й багалыж с фланга через Фокс-Коверт и Читтерн-Барн провалилась, отраженная действиями осмотрительного оппонента. также располагавшего широкой информацией относительно новой угрозы, о которой своевременно предупредили командование экипажи транспортеров Ллойда из состава 3-го батальона, прикрывавшего южный фланг наступления.

Всю полноту динамизма действий, которым одарили военных возможности радиокоммуникационных средств, открывают нам и другие донесения, сделанные в ходе еще одного учения, где 5-й батальон столкнулся на открытом пространстве со 2-м батальоном. Прежде чем началось сражение, направление атаки 2-го батальона было обнаружено, о чем и было сообщено в штаб соединения с помощью рации. Теми же средствами штаб соединения отслеживал приказы командира 5-го батальона об атаке на 2-й – бросок, который последовал незамедлительно как раз в тот момент, когда командир соединения, занимавший позиции вблизи от переднего края, проницательно передислоцировал 3-й батальон из резерва для оказания своевременной поддержки 5-му. О том, насколько блестяще показали себя средства связи, можно судить по тому обстоятельству, что посредники дали по рации оценки итогов боя в течение не более чем пяти минут.

Слева: Довольно редкая для 30-х годов фотография, на которой запечатлен фрагмент испытаний амфибийной тактики. Гусеничная бронемашина сходит на берег с экспериментального моторного десантного судна, предтечи будущих флотов подобных технических средств, которые станут привычным явлением в 40-е годы. Изображенная на снимке машина «Дракон», сконструированная на базе шасси среднего танка «Виккерс» и обычно применявшаяся для буксировки колесных артиллерийских орудий, поскольку британские канониры, подобно коллегам из других стран, не осознавали еще всех выгод, несомых им самоходными орудиями. Как и десантное судно, машина имела много недостатков, однако давала людям ценный опыт в преддверии грозившей уже скоро развернуться механизированной войны.

Вверху: Средний танк «Виккерс», командир которого передает приказы посредством флажков. Транспортеры «Карден-Ллойд» видны впереди среднего танка и служат чем-то вроде тактического заслона.

Британские эксперименты в области механизации проходили на фоне подготовки к международным переговорам о разоружении, в обстановке, когда все более грозно сгущались тучи большой финансовой вьюги 30-х годов. Однако пробы и опыты военных перекликались с процессами политической поляризации, протекавшими в условиях ухудшения международных отношений, которые подталкивали страны к еще более масштабным программам перевооружения. Программы эти, по убеждению правящих политиков и ведущих экономистов, могли бы способствовать оздоровлению хромающих национальных экономик. Несмотря на сильные тенденции многих считать сухопутную армию чем-то второстепенным в грядущих войнах, где основная роль будет принадлежать авиации, от внимания руководства наиболее крупных стран мира не ускользнули прорывы в области бронетанковой тактики. продемонстрированные на Солсбери-Плейн. Многие военные из разных государств заинтересовались маневрами, что нашло отклик и у промышленников, способствовав развитию технологических процессов.