Свет с небес
Шрифт:
Но Нейл первым нарушил молчание.
— У всего этого нет будущего, Эллис.
— Я знаю.
Да, она знала. Всегда с болезненной ясностью знала, что никогда не будет нужна надолго ни одному мужчине. Знала это вот уже десять лет... Но Нейл, кажется, не слушал ее.
— Я не могу... — Он остановился, не в силах подобрать слова.
Эллис выдвинула стул и села, глядя в спину Морфи. Она страдала и за себя и за него, страдала так глубоко и безысходно, что сама удивлялась силе этого чувства. Неужели она способна на такие переживания?
Мы оба
Несколько минут прошли в томительном молчании. Только звон льдинок о стекло, только жалобные стенания ветра, мечущегося вокруг старого дома. Наконец Нейл предпринял еще одну попытку.
— У меня нет будущего, которое я мог бы предложить тебе, Эллис.
Она знала и это и никогда не смела надеяться...
— Я и не просила...
Он резко перебил ее:
— Я давно порвал все связи с небом, если, впрочем, когда-то имел их.
Смутившись, Эллис попробовала разобраться в том, что услышала.
— Что ты имеешь в виду?
— Только то, что сказал. Я приговорен к аду.
— Нейл, о чем ты?
— Ты знаешь, что такое ад, Эллис? — голос его звучал спокойно и ровно, несмотря на наполнявшее его напряжение. — Это бесконечная, бездонная ледяная бездна. Предельная пустота сердца и души. Ничто, которое когда-то заполняли люди, которых ты любил.
Эллис прерывисто перевела дыхание, начиная понимать.
— Расскажи мне, — робко попросила она.
Он откинул голову назад и закрыл глаза, руки его сжались в кулаки. Я должен сказать ей, в отчаянии подумал он. Ради нас обоих. Должен поведать ей все, пока не стало слишком поздно. Потому что я уже почти готов принять то, что она предлагает мне.
— Это случилось накануне Рождества, — начал Нейл, и голос его был так тих и слаб, что он сам едва слышал себя. — Мы с женой только что закончили наряжать елку.
Жена?! Сердце Эллис болезненно сжалось.
— Мы одели ребятишек в комбинезоны...
Дети?! О Боже! Ей хотелось убежать, спрятаться. Она уже не хотела ничего слышать! Больше ничего!
— Младшему было всего два месяца, — бесстрастно продолжал он. — И еще две девочки. Саманте четыре года, а Келли только два... Ну и Крис. Моя жена тряслась над ним, как наседка. Она с самого начала хотела мальчика... Я-то сам больше любил девчонок. Джейн, моя жена, всегда говорила, что маленькие плутовки могут добиться от меня всего, чего угодно — так сильно я был привязан к их крошечным пальчикам. Пожалуй, так оно и было...
— Нейл...
Что она могла сказать? Что могла сделать, чтобы остановить приближавшуюся катастрофу? Ничего. Как зверь, пойманный светом автомобильных фар, она молча ждала удара...
— Мы... — Он откашлялся. — Мы собирались завезти ребятишек к друзьям и поехать за покупками. Как раз загрузили все в машину, когда я вспомнил, что оставил одну из сумок возле двери. Я вернулся в дом... — Нейл мучительно глотнул воздух. — Я был на полпути, когда
в машине взорвалась бомба.Эллис закрыла глаза... Господи, если бы только можно было избавить их обоих от такого страдания!
— Осколок попал мне в спину, — продолжал Нейл. Голос его потерял всякое выражение. — Я упал лицом в снег. И не мог пошевелиться; Сзади ревел огонь, я знал, что должен... но был парализован... Что-то горящее упало мне на куртку, она вспыхнула. Я ничего не мог сделать, чтобы спасти свою семью... Потом мне сказали, что все равно это было невозможно. Они погибли мгновенно — Голос его сорвался.
Наступила тишина.
— А крики? — спросила Эллис, осмелившись вздохнуть... Она помнила, что однажды он что-то говорил о криках.
— Мои, — ответил он. — Соседу, удалось снегом сбить пламя у меня на спине. Потом мне сказали, что я кричал три дня не переставая... Сам я не помню почти ничего. — Он перевел дыхание. — Я помню, что смотрел на черные изуродованные остатки машины, когда меня уносили. Помню, — голос его снова сорвался, — что уже тогда знал, что моя жизнь кончена.
Эллис рванулась к нему, обняла сзади, прижалась крепче, зная только одно — достаточно. Никто на свете не должен один переносить такую боль. Никто не должен страдать без утешения.
— Эллис, я сказал тебе...
— Все правильно, Нейл. Ты сказал мне. Я выслушала. Не думай, что мне все равно, что это оставило меня равнодушной!
Она прижалась щекой к его спине, чувствуя грубую поверхность шрамов, судорожно вздохнула, пытаясь проглотить ком в горле, сморгнула слезы бессилия с ресниц...
— Ты выследил человека, который... который взорвал твою машину? Кто это был?
— Знаешь, Эллис, вот это действительно заслуживает внимания. Мою машину взорвал брат одного из боссов наркомафии, которого я помог отправить за решетку.
— А почему это так важно? — Эллис поразил горький сарказм, звучащий в его голосе.
— Только потому, что я несу прямую ответственность за гибель моей жены и троих детей.
Эллис перестала дышать. Горечь этих слов не оставляла никаких сомнений в том, что Нейл действительно уверен в том, что говорит. Только сейчас Эллис начала понимать всю глубину трагедии.
— Но... но почему, Нейл?
— Это же просто. Они погибли из-за моей работы. Тут не может быть никакого другого объяснения. Если бы я был автослесарем или плотником, они бы... они... — Он не мог продолжать. Еще одно слово, и он снова заплачет. Он и так уже достаточно плакал.
— О нет, нет, — испуганным шепотом вскрикнула Эллис. Он не должен так считать! Не должен!
— Поверь мне, Рыжик, я достаточно думал обо всем этом. Я представлял себе опасность. Надо быть совершенным идиотом, чтобы полагать, что бандиты отомстят только мне одному. А ведь я знал, что есть люди, готовые на все, лишь бы достать меня. Вот так, Эллис. Я погубил свою семью. И был бы последним подонком, если бы посмел поставить кого-нибудь на ее место. Будь я проклят, если захочу еще раз пройти через это.