Чтение онлайн

Вскоре, минут эдак через тридцать показался Андрей, довольный и улыбающийся, будто кот, недавно навернувший банку сметаны, держа в руках совершенно восхитительное жаркое из дикого молодого кабанчика, политого обильно соусом, обложенного вокруг еще и кусочками из запеченных фруктов. Подмышкой у него выглядывала пара бутылок вина. Он удерживал эти яства с необычайной ловкостью, которой позавидовал бы любой цирковой артист, будучи на его месте.

– Ну, не прошло и часа, - вымолвил Николай, не отрывая взгляда от чудесного поросеночка на блюде.
– Чего-то вы быстренько сегодня управились. Могли бы не торопиться, народу все равно никого

не наблюдается.

– Да уж хватит на сегодня, пожалуй, для первого случая, а то Люда вечером еще, после закрытия к себе зазывает, - полушепотом отвечал Андрей, после беззвучно засмеявшись.
– Нужно бы силы поберечь. Они мне ой как понадобятся.

– А что это за угощение ты принес, совсем уж по-царски, в честь какого-такого торжественного события?
– Петрович с удовольствием облизнул губы.
– На подобное я совсем даже и не рассчитывал.

– Все дело в том, что мною был поведан тот факт, как ты возле бункера меня дожидался, рискуя собственной жизнью, кстати, - Андрей поднял указательный палец вверх, делая этот выразительный благодарственный жест в подтверждение сказанного.
– И Людочка растрогалась, решив нас необычно угостить, кое случается крайне редко. Так что пользуйся случаем.

– Да уж, как оно все замечательно кажется на первый взгляд, - бормотал про себя Петрович, от изумления качая головой.
– Совершенно не похоже на искреннее отношение. Не было бы беды от такой ее исключительной щедрости.

Николай, однако, вполне мог и ошибаться по поводу предполагаемого.

Спустя некоторое время, неторопливо, словно плывя по воздуху, к ним подошла и Людмила.

– Можно к вам присоединиться?
– спросила она, следуя уже не своей холодной вежливости и исключительному пренебрежению к окружающим, кое замечалось в ней ранее, а руководствуясь, как не странно, вполне признательными намерениями.
– Ради такого случая можно и пропустить по стаканчику в честь здоровья Николая Петровича. Все празднество будет произведено естественно за счет заведения.

– Ух, ты! Вот оно даже как!
– Николай с удивлением взглянул на хозяйку и дрожащей рукой убрал запотевшие очки в карман.
– Конечно, присаживайтесь, пожалуйста. Милости просим.

Лицо Людмилы растекалось в улыбке, маска надменности и злости слетела прочь, морщины разгладились, превратив ее в доброжелательную, приветливую, ищущую простого общения, женщину.

– У вас есть что пить?
– неожиданно поинтересовалась она, и Петрович начал резво разливать вино по всем найденным на столе пустым посудным емкостям.

Людмила сразу со знанием дела отправила содержимое стакана полностью себе в рот, хотя и Николай, стараясь угодить, наполнил тот ей почти до самого края.

– Сегодня закроемся пораньше, клиентов все равно много не предвидится, - деловито проговорила она, закусывая куском яблока с большой принесенной тарелки.
– Возле Управления Совета - собрание свободных жителей. И я уже знаю, по какому поводу.

– И что они там могут рассказывать простым людям?
– возмущенно, однако крайне любопытственно спросил Николай, отрезая крупный кусок зажаристого мяса, обмакивая тот во вкусном соусе и кладя себе на тарелку вместе с фруктами.

– Поднятие налоговых пошлин, возможно организация отряда по подготовке к зиме, усиление защитных мер в отношении паразитов, ремонт и укрепление периметра обороны, в общем подобные этим, мероприятия.

– Увлекательно

было бы поучаствовать, - бодренько воодушевился тот, попытавшись каким-нибудь образом выйти из-за стола.

– Да чего там участвовать, сиди уж здесь, раз пришел. Когда еще представится такая возможность тихо, спокойно пообщаться, - сразу образумила Николая Людмила, вылив будто тем самым на его голову ушат холодной воды.

– И ты не думаешь, что как раз после этого собрания люди пойдут именно к тебе обсуждать и обдумывать услышанное?
– поинтересовался Андрей в свою очередь.

– Навряд ли. Разве что несколько настоящих пропойцей, да и то ненадолго. Радоваться ведь тут нечему, предстоят затраты, работа, бдительность, так что большая часть людей разбредется по своим домам, - она лишь привольно махнула рукой в сторону дверей.
– Ты Андрей вот лучше бы рассказал, как экспедиция твоя прошла? Товару много удалось принести?

– На своих-то плечах? Смеяться изволите?
– печально отвечал тот.

– Сколько раз говорила, ходи с группой, будет безопаснее и больше сможешь взять, а то надеешься на удачу, будто никто тебя не заметит, - укоризненно воскликнула она, сверкнув глазами так, что друзьям сразу стало как-то не по себе.
– Отпустит растительность по всему телу, не подступишься. Думаешь, грызуны тебя за своего примут? Вот и сегодня опять ко мне пришел не побрившись.

Николай тихо буркнул что-то вполголоса себе под нос, сразу прикрывая рот рукой, будто стараясь таким образом задержать вырывающийся наружу смех. После он, конечно, все-таки попытался немного заступиться за Андрея:

– Ой, да когда ему было. Вчера только из Города вернулся, все к тебе торопился. Вот бы сегодня баньку организовать, косточки попарить, тогда возможно будет побрить его, где угодно, по Вашему желанию. А то получается как в сказке, только в точности до наоборот.

– И что же это ты вдруг сказками заговорил?
– издевательски выразилась Людмила.

– Речь там про удалого молодца и одну старуху, жившую глубоко в лесу. Молодец к ней в гости пришел, а старуха хотела поначалу его съесть, да потом все же передумала, очень тот ей понравился. В баньке попарила, накормила, напоила, и уж только затем спать уложила.

Она, как показалось, немного даже смутилась от таких его категоричных изречений.

– Это кого же ты имеешь в виду, паразит? Сейчас договоришься у меня, - крикнула она, опомнившись через некоторое мгновение и замахнувшись на обидчика полотенцем.

– Да что ты, что ты, - засмеялся тот уже в открытую, чуть было не подавившись большим куском мяса, который ел, возвращая его обратно на тарелку.

– Ладно, будет вам баня. Однако сначала с тебя, Андрей, все-таки рассказ о переходе, уж не отвертишься, - заметно мягче молвила она, убирая эдакое грозное оружие себе на колени.

– Действительно, как ты сумел из Города выбраться, и что там тебя так обстоятельно задержало?
– точно повторяя слова Людмилы, уже вполне серьезно спросил Николай.
– А то я и не слышал.

– Чего там говорить, все как обычно. Хотя, был один случай, конечно, о котором стоит упомянуть особо, - Андрей налил себе стакан вина, отрезал кусок свинины, и, проткнув его вилкой, подвинул тот поближе к себе.

После произведенных манипуляций, немного пригубив налитое содержимое, он продолжил речь, закусывая по ходу дела диким кабанчиком, тщательно прожевывая необычайно мягкое мясо.