Чтение онлайн

Когда полуторка выехала из леса и впереди, за болотом, Фадин увидел огни города, грудь его словно сдавило обручем. Он сидел на корточках и беззвучно давился слезами. И все грозил убегающей стене леса кулаком.

– ---

В больнице пришлось довольно долго колотиться в дверь, пока не открыли.

Фадин остался один. Было около пяти часов утра. Он постоял на крыльце больницы, а потом двинулся по улице. Домой идти ночью он не решился. В таком виде - жена сойдет с ума:

Он зашел в сквер между домами, нашел скамейку и сел, намереваясь мерзнуть до утра. Аллея сквера была засыпана желтыми березовыми листьями. Было темно, сыро, безысходно пахло осенью,

Проснувшись, он долго не мог сообразить, где находится. Было уже светло, наверное, часов девять. Брезентовые штаны замерзли и стояли колом.

Надо было идти домой. И он пошел. Редкие прохожие оглядывались, замечая его трехдневную щетину.

Фадин не узнавал свой город. Город был не совсем тот. Может быть, он отвык и стал замечать те мелочи, которые раньше не замечал. Может быть...

А вдруг через эту черную дыру, именуемую свалкой, он попал совсем в другой мир? И здесь для него уже нет места. Сейчас он подойдет к своей двери, нажмет кнопку звонка, дверь откроется, а на пороге стоит какая-нибудь совершенно незнакомая женщина... Или муж этой женщины. Наверняка здесь, в этом мире, есть свой Фадин - без них нигде не обходится... Нет, этот Фадин сейчас на работе - здесь тоже есть работа. Сидит и делает глупую работу...

Фадин долго не мог заставить себя поднять руку к звонку, но потом решился-таки. Нажал и весь превратился в слух, пытаясь по шагам определить, кто подойдет. Но никто не подошел, Фадин нажал еще раз и еще, потом стал давить непрерывно, обливаясь холодным потом, пока, наконец, не сообразил, что жена на работе, дети в школе, и дома никого нет. Как ни странно, но это обстоятельство его не успокоило. Он спустился на промежуточную площадку, сел на батарею отопления и закрыл глаза.

Фадин не заметил, как опять задремал и разбудил его ужасный вопль:

– Папка! Ур-ра-а, папка!

Он чуть не упал с батареи и открыл глаза. Это был Вовка, его сын.

– Папка, - орал он, - ты из командировки? А мы телеграмму получили, мамка велела из продленки уйти и ключ дала!.. А у нас денег нет! Дяля Коля приходил, а ты в командировке!

Все было нормально. Это был его Вовка, его квартира, его город и его мир. И все в этом мире оставалось на своих местах.

Вечером пришла жена и, к удивлению Фадина, не стала задавать никаких вопросов. Только спросила, зачем он приволок домой эти сапоги и фуфайку.

На работе Фадина встретили так, как будто бы он вернулся из отпуска Женщины заявили, что с него причитается тортик, мужчины - соответственно. Шеф сказал, что командировка оформлена, но надо сходить в канцелярию и отметить прибытие. Фадин не стал задавать вопросы, взял командировку и только тогда узнал, что в течении трех месяцев находился на предприятии п/я номер такой-то. О том, где этот самый п/я располагается, он не имел ни малейшего представления.

В канцелярии девушка взяв листок командировочного удостоверения и ИЗУЧИВ наличие печатии, осведомилась где отметка о прибытии в п/я номер такой-то. Фадин растерялся, буркнул чтото невнятное, но девушка прочитала его фамилию, достала печать и поставила отметку, добавив при этом, что товарища Фадина, как только он вернется из командировки, просил немедленно зайти к себе замдиректора. Фадин отметил двусмысленность этой фразы, кивнул и отправился в приемную замдиректора. Там он представился секретарше, получил указание подождать, сел на стул и только после этого позволил себе начать раздумывать о том,

– Товарищ Фадин, пройдите, - донесся сбоку голос секретарши.

Фадин встал, подошел к двери и открыл ее. Перед ним в кресле за столом сидел человек, несколько лысоватый, солидный, с умным лицом и безупречно одетый.

– Минуточку, - сказал человек в кресле. Он начал одну за другой подписывать какие-то бумажки, при этом морщился и кривил губы.

Это был тот самый Комов, о котором говорил Володя. Он покончил с бумажками, вложил их в папку, а папку с отвращением отложил в сторону Потом нажал кнопку селектора. Вошла секретарша.

– Заберите, - он указал на папку. Секретарша взяла папку и величественно удалилась. "Тоже сохраняет реноме", подумал Фадин.

– Так, - сказал Комов.
– Здравствуйте,

– Добрый день.

– Полагаете?.. По какому вопросу?

Фадин пожал плечами.

– Вызывали - явился.

– Я вас вызывал? А кто вы такой?

– Фадин.

– Фадин, Фадин... Какой Фадин? Начальник сорокового цеха?

– Нет, старший инженер отдела шесть, - тихо скязал Фадин.

– А, так вы?.. Это вы прибыли из командировки?.. Здравствуйте, Сергей Петрович, я вас не узнал. Там вы выглядели гораздо старше н солидней!

Фадин опешил. Перед ним сидел совершенно нормальный человек. Как будто это был не кабинет замдиректора, а предбанник туалета, где два приятеля встретились после командировки

– Ну, как там наша пе-я? План выполняет?

– Наверное. За этот месяц не поручусь, а в прошлом даже перевыполнили, - брякнул Фадин сам удивляясь той легкости с какой несет околесицу в таком кабинете.

Комов покивал.

– А мне, знаете ли, звонили из отдела кадров. Сообщили, что Владимир Владимирович лежит с переломом в больнице. Стало быть, вы вместе прибыли. Признаться, вас я ожидал позже.

– Вероятно, я и прибыл бы позже, но Володя ногу сломал, пришлось его вывозить на бульдозере

– Что? На бульдозере?.. Этого не может быть!.. Впрочем, все может быть. Вы не могли бы схематично изложить, как это случилось?

– Маршрут я не помню.

– Было бы удивительно, если бы вы его помнили. Я не о том. Обстоятельства. Узловые моменты. Минуточку!
– Комов нажал кнопку селектора - Алла Борисовна, у меня совещание... Ну, итак...

Фадин рассказал все. Комов вертел носом, переспрашивал, а когда Фадин упомянул причины, по которым Сашка не пожелал оставить свалку. даже вскочил из кресла.

– Так, так.., - произнес он задумчиво, когда Фадин кончил.
– Это очень интересный материал. Очень. Вы себе не представляете, до какой степени!

– До какой?
– спросил Фадин, не понимавший, где Комов тут увидел "материал".

– А до такой, уважаемый Сергей Петрович, что, оказывается, наш пе-я проявляет гуманизм. До сей поры я лично этого не находил, а это очень важно. И сейчас это очевидно!

– Вы думаете, что она... этот пе-я способен был воспрепятствовать эвакуации?

– Х-ха! Ни малейших сомнений.

– А в принципе она возможна?

– Не знаю.., - Комов задумался.
– Может быть, вертолет... Но в этом случае я бы не поручился за вертолет. Вы ведь, вероятно, пытались и знаете, как она... он это делает.

Фадин не понимал, для чего нужна такая конспирация. Он, она, пе-я... Но, в конце концов, какая разница?

– Хорошо - сказал Комов.
– У вас все в порядке? Жена, дети?

– Никаких проблем. Командировку отметил, вопросов не последовало.