Спроси у ветра
Шрифт:
Фредрик лежал на спине и думал о том, как все изменилось в его жизни с приходом Олив. Она пришла внезапно в его жизнь, и с тех пор он не знал покоя. Перемены происходили каждый день с момента их встречи. Сначала он, конечно, сопротивлялся и очень сильно злился на нее, но постепенно истина стала просачиваться в него и заполнять всю его суть. Это был очень долгий и болезненный путь трансформации.
С Фредрика сбили спесь те слова Олив о том, как страдает в нищете и невежестве его народ. После того злополучного бала Фредрик целую неделю не просыхал. Он ушел в жесткое отрицание и непринятие правды и попытался вести прежний образ жизни, но ее слова уже клеймом выжглись на его Душе.
«…вся та
Фредрик вспомнил, как он тогда высмеял Олив и ее простое платье. Сейчас, сквозь века развития и прогресса во всех мирах, ему было очень стыдно. Во времена, когда пали социальные конструкты и гендерные стереотипы, когда нивелируется разница в социальных слоях населения — тот прежний эгоистичный, избалованный и порочный Фредрик казался ему жалким и никчемным. Сейчас живя в мире с новыми моральными ориентирами, он видел насколько незрелы были его нападки на Олив. В тот день к нему пришло чудо, само мироздание наградило его величайшим из даров — истинной парой и любовью, а он так легко просрал все. Отрекся от своей суженой, даже не дал шанса ей и себе.
Каждый раз, когда Фредрик думал о том, как все это время жила Олив, как она справлялась одна в этом мире — его охватывал ужас, ведь она могла пострадать или даже умереть. Его успокаивало то, что она была вераксом с очень сильными дарами, а потому, скорее всего, могла надрать задницу кому угодно. Но в то же время, он понимал, что даже вераксы уязвимы. На них всегда велась охота и регулярно то там, то тут появлялась информация о том, что пал один из вераксов. Не говоря уже о том, что есть миры, где некоторые силы вераксов не действовали. Хорошо, что Олив могла открывать порталы. Чтобы как-то унять свою тревогу Фредрик обнял Олив своими руками.
В реальность его вернул сладкий вздох Олив. Она пошевелилась в его объятиях, и ее рука зашевелилась. Фредрик прислушивался к своим ощущениям. Это его первое утро с Олив после разлуки. Он боялся, что с приходом нового дня ее благосклонность улетучится и она вспомнит, как вчера по его прихоти чуть не умерла. Но Олив подняла свои прекрасные глаза-океаны на Фредрика и улыбнулась.
Сердце Фредрика часто забилось, а в груди разлилось тепло. Он положил свою руку ей на бедро и начал гладить ее ногу.
— Доброе утро, — сказал он.
— Доброе утро, Фре Фре, — Олив не сводила своего взгляда с Фредрика, ее рука гладила его грудь.
Фредрик перевернулся и накрыл своим телом Олив, устроившись у нее между ног. Такое обыденное движение для двух любовников, но с ней ему все было как в новинку.
— Как ты себя чувствуешь? Болит рука? — ласково спросил он.
— Чувствую себя хорошо. Рука вроде бы в порядке, — она вытянула правую руку на обозрение.
К их обоюдному удивлению на руке почти не осталось и следа от браслета.
— Ух ты! Как это так все быстро зажило? — удивленно спросила Олив
Фредрик перехватил у нее руку и поцеловал в то место, где был ожог.
— Эльфийская мазь. Я вызывал лекаря вчера…
Олив обвила своими ногами Фредрика за талию и притянула его ближе к себе.
— Оливка, — начал он осторожно, — нам не стоит торопиться.
Она
глубоко вздохнула и проговорила:— Ты на удивление очень благоразумен, Фре Фре.
Фредрик хмыкнул.
— Что еще за Фре Фре? — недоуменно спросил Фредрик.
— Это твое короткое имя. Очень миленькое, правда? — невинно похлопала глазами Олив.
— Оливка, — предупреждающим тоном проговорил Фредрик.
— Фре Фре, — изобразила Олив тон Фредрика.
И Фредрик резко стал щекотать ее, а Олив стала смеяться и извиваться. Когда он прекратил, Олив улыбнулась и попыталась отдышаться. Ее лицо раскраснелось, а глаза сияли.
Фредрик тонул в этом омуте эйфории и блаженства. Это было потрясающее чувство. Сегодня ему не надо было торопиться искать ее в очередном измерении. Наконец-то она рядом. Он положил свою руку ей на щеку, а большим пальцем провел по нижней губе. Олив видела как колеблется Фредрик и решила подстегнуть его. Когда она лизнула своим язычком палец Фредрика, он зашипел и накинулся на губы Олив. Его поцелуй был жадным и властным. Он без промедления засунул в ее рот свой язык и они оба громко застонали. Олив начала мять и тянуть Фредрика за волосы. Она почувствовала, как член Фредрика уперся ей в лобок, а Фредрик стал покачивать своими бедрами. Свою левую руку он положил между ног Олив и начал поглаживать ее клитор. Олив заурчала, как кошка, тогда Фредрик двинулся ниже, раздвинул ее наружные губы и осторожно просунул в Олив свой палец. Когда он почувствовал, как стенки ее влагалища туго обвивают его палец, он чуть не кончил. Олив была вся мокрая, ее соки буквально текли по руке Фредрика.
— Такая тугая и влажная для меня. — прошептал Фредрик и начал двигать пальцем туда и обратно, продолжая большим пальцем гладить ее нежный клитор.
Олив застонала еще громче и стала двигать своими бедрами в такт руке Фредрика. Она гладила его по голове, шее и плечам. Затем провела своими ногтями по спине Фредрика. Он выгнул спину. Олив ухватилась за его ягодицы и сильно сжала их. У Фредрика была отличная задница, мускулистая и упругая. Затем Олив обвила своей ладошкой его член и стала поглаживать.
— Такой большой… — проговорила она между поцелуями.
У Фредрика заплясали звезды между глаз. А Олив продолжала его гладить.
— Олив, так хорошо.
Они лежали в кровати и ласкали друг друга. Фредрик ввел в Олив еще один палец, стараясь задевать особую точку на передней стенке влагалища Олив, от этого она начинала сильнее стонать и извиваться. В то же время она сильнее сжала член Фредрика и также быстрее задвигала своей рукой, задевая его чувствительную головку. Она притянул Фредрика за волосы и страстно поцеловала его в губы, кусая его за нижнюю губу. Фредрику нравилось, что его женщина оказалась страстной и чувственной любовницей. Она сосала и облизывала его язык и губы, в то время как ногти ондой руки впивались в его ягодицы, а вторая гладила его член.
— Хочу посмотреть, как ты кончаешь для меня, — прошептал Фредрик на ушко Олив и куснул ее за мочку. Движения руки Фредрика были быстрыми и очень чувственными, он глубоко и громко дышал пока трахал ее своими палцами.
— Кончи для меня, — он глубоко поцеловал ее и этот поцелуй был испепеляющий.
Олив почувствовала как на нее накатывает волна оргазма. Она кончила так сильно, что ее тело резко содрогнулась в руках Фредрика, и она громко застонала.
Фредрик заглушил ее оргазм своим поцелуем и почувствовал, что сам кончает, держа в руках дрожащую от экстаза Олив. Его потрясла сила того удовольствия, которое высвободилась в его теле и заполнило каждую его частичку. У него еще никогда не было так много спермы. Рука Олив и ее живот были в его семени, и Фредрика раздуло от какой-то гордости, это было сродни какого-то животного инстинкта.