Спекулянтъ
Шрифт:
Не хотелось ехать домой и мучить своими тревогами Юльку. Работа отвлекала, но предстоящая, бессонная ночь не стала привычной. История изменилась, и прежние знания помочь не могли. Кризис, ожидаемый через год, явил свои первые признаки уже сейчас - в Европе начались банкротства. Едва заметные на растущих рынках, но для человека, пережившего не одно падение экономик, они звучали тревожным набатом.
Ломались прежние схемы и становились бессмысленными расчеты. На сельскохозяйственной теме можно было ставить жирный крест - слишком мало оставалось времени. Реальная экономика ощутит на себе проблемы финансового сектора
Серое, низкое небо майского вечера стучалось в окно моросящим дождем. Настроение было под стать погоде. Выбросив обломки карандаша, Денис нажал клавишу вызова на новеньком селекторе:
– Федор, соедини меня с Нобелем.
– Денис Иванович, восемь часов доходит. Его, скорей всего, нет уже на месте.
– Гадать будем или исполнять?
– Есть, шеф!..
Веселый голос помощника немного приободрил. Может, не стоило все это затевать?..
– Слушаю вас, господин Черников, - донеслось из трубки.
– Вы, как погляжу, тоже допоздна работаете? Как у нас говорят - работа не волк...
Собеседник гулко захохотал, не закончив фразу. Денис машинально отметил: "у нас". Выбор был правильным.
– Сколько волка не корми, а у ишака...
Прикусил язык - пора бы уже отвыкнуть от дурацких поговорок.
– Простите, Денис Иванович, не расслышал?
Пришлось быстро переменить тему разговора:
– Хотел пригласить вас, Эммануил Людвигович, отужинать со мной сегодня. Благо, мы теперь соседи.
До дома Нобелей было десять минут ходьбы: месяц назад, на Выборгской набережной, был куплен двухэтажный особняк. Проблема безопасности была нешуточной, и в небольшом пристроенном флигеле посменно проживало двое бойцов подразделения Платова...
– Со всей любезностью готов откликнуться на ваше приглашение, - замялся собеседник.
– Но, готовлю важное прошение в Императорское техническое общество.
Денис усмехнулся - пора брать быка за рога.
– Профессору Деппу?
– как можно небрежнее спросил он.
– Хотите провести испытания первого русского дизеля?
Молчание, воцарившееся в трубке, было явственно напряженным. Промышленный шпионаж был изобретен даже не в этом веке.
– Помилуйте, Денис Иванович. Вы, случаем, не ученик Алессандро Калиостро?
Последующий ответ озадачил славного потомка викингов еще больше.
– Хуже, Эммануил Людвигович. Намного хуже...
– Это несколько неожиданно...
Денис невежливо перебил собеседника, не дав тому договорить:
– Жду вас через час. Дело безотлагательное!
Когда вопрос касается бизнеса, различия между эпохами нивелируются. В голосе собеседника не осталось и следа былой озадаченности. Ответ прозвучал сухо и деловито:
– Буду. Ждите...
Теперь следовало подготовить Юльку. Реакция была предсказуемой, а тлетворное влияние, контрабандно экспортированное из двадцать первого века, не лучшим образом сказывалось на манерах воспитанной барышни.
– Дениска, ты с ума сошел! Я же не готова совсем, и за час ничего не успею!
За шестьдесят минут ядерными боеголовками можно трижды стереть с лица земли любое государство. За меньшее время пилот сверхзвукового истребителя отрабатывает боевое задание, а ракетоноситель выводит спутник на орбиту. Любой женщине любой эпохи, этого времени хватит только на ресницы.
Денис
решил проблему просто.– Маленькая. Это будет деловой ужин и... хочу попросить тебя, чтобы ты сказалась больной.
На этот раз с реакцией он не угадал.
– Хорошо. Раз ты просишь, значит, тебе это нужно.
В голосе любимой не было и намека на обиду. После чего раздался привычный чмок, привычно заложивший правое ухо. Юлька повесила трубку...
Обеденный стол в малой гостиной уютного особняка был сервирован на две персоны. Легкие закуски, графинчик казенной, обложенный льдом, сладости и неизменный кофе с капелькой коньяка. На горячее: запеченный на углях средиземноморский угорь под острым чесночным соусом. Непритязательность ужина объяснялась просто - сытый желудок не способствует мозговой деятельности. Быстро покончив со светскими условностями, высокие договаривающиеся стороны с той же поспешностью завершили трапезу. Денис предложил перейти за столик, располагавшийся рядом с камином.
Беседа началась с неожиданного вопроса:
– Скажите, Эммануил Людвигович, в детстве вы верили в сказки?
Удивленно вскинув брови, Нобель добродушно хохотнул:
– Вы сегодня едва не заставили меня поверить.
Денис посмотрел на него изучающим взглядом: важна была каждая мелочь.
– Хотите, я расскажу вам удивительную историю?
Светловолосый швед сосредоточенно захватил в кулак аккуратную бородку - удивление сменилось легкой степенью озадаченности.
– Попробуйте, Денис Иванович.
– С вашей помощью я сделаю то, что не смогли сделать правительства всего мира: я уничтожу Рокфеллера.
Денис надеялся, что цитата окажется достаточно точной. Реакция собеседника это подтвердила: врожденное скандинавское хладнокровие бесследно испарилось, и в последовавшем вопросе проскользнула изумленная нотка:
– Помилуйте, откуда вы это знаете? В гостинице кроме нас двоих больше никого не было.
– Напомнить вам, что вы сказали в ответ?
– продолжал наседать Денис...
То, что произошло 14 февраля 1898 года, газетчики окрестили "сделкой века". В берлинском "Паласт-отеле" Нобель пописал контракт с Рудольфом Дизелем, который обошелся ему в кругленькую сумму - полмиллиона золотых рублей. Все это было известно из прессы, но подробности встречи для корреспондентов остались загадкой. Письма Дизеля к своей жене, раскрывающие тайну, были опубликованы лишь в конце двадцатого столетия.
– Денис Иванович, я вижу, что вы хотите сказать мне что-то важное, но не знаете, как подступиться. Вы, голубчик, говорите со всей прямотой.
В мире больших денег нет места растерянности - в один миг из хищной акулы можно превратиться в беззащитного малька. Нобель был снова собран и уверен в себе.
– Вас ни когда не удивляло, что двадцатилетний юноша из далекой уральской губернии в одночасье стал одним из самых богатых людей империи?
– Честно говоря, я давно уже не воспринимаю вас как юношу, - со всей серьезностью ответил Нобель.
– Глаза видят одно, а сознание - другое. Мне кажется, что передо мной вполне зрелый мужчина. Что касается вашего неожиданного взлета, то история знала немало таких примеров. Возьмите, к примеру, Ломоносова. Молодой человек из глухого уезда стал величайшим ученым. Так что, ничего удивительного я здесь не вижу.