SoSущее
Шрифт:
Волопас почувствовал укол в сердце. Странно, казалось уже привычные глазу интернет-помои, собранные вместе, давали неожиданный кумулятивный эффект.
— Ну что, глотаешь, Волопас? Глотай-глотай. Вкусно? Сочно? Питательно? Познавательно?.. Чрезвычайно! Не так ли?
— Но Богг, — попытался возразить Волопас, — система раздражителей для промоушна использует, скажем так, встроенные в твое детище баги. Так что это Тебе надо было потестить играющего, прежде чем в тираж пускать. Не было бы багов, не было бы и помоев этих.
— Ты мне про баги не втирай, Волопас. Баг здесь один — сострадание. И это не баг вовсе, а условие выживания рода вашего. Это у вас он сделался багом, потому что осмеян.
— Но ты же сам говорил, что мы твоих, не знаю чего там, рук, мыслей, дело, в общем.
— Моего изволения. Да вот беда какая,
Волопас подождал несколько секунд окончания мысли Божжей, но содержимое экрана не менялось. Тогда он набрал следующую фразу:
— Богг, это раздражает?
— Это разрушает, Волопас. Я же Ею через вас наслаждался. На Ее поля смотрел, в Ее реках купался, на Ее горы молочные взбирался. А потом все изменилось — и через ваши глаза Я вот этим только и «любовался». Ну а потом, как ты уже знаешь, изменились вы. Точнее, кончились. Стер Я вас со сцены Моей.
— Тогда о чем мы здесь говорим, Богг. Ты нас стер, точнее, для нас это будет «сотрешь», — я-то зачем Тебе в раскладе таком?
— Ты опять не догоняешь, Волопас. Я вас стер не только потому, что вы на бяки подсели, а потому что, на бяки подсев, о Деле забыли. А по правде говоря, и не стирал Я играющих, а просто вышел, точнее, прошел насквозь. Зачем через ваши глаза в Сеть за экраном пялиться, когда в Ней и Самому развернуться можно.
— Ладно, раз Ты нас не кончил, не стирал то есть, тогда что сделалось с нами, играющими? — не удержался от вопроса Артем.
— Как что? Говорю же, покинул Я вас. В Сеть ушел — очищенную от скверны вашей, и новое солнце зажег в ней.
— В проводах? — удивился выбору Богга Волопас. — Но это же бесконечно банально.
— Да-да, припоминаю такое. То же самое керубы говорили о рефаимах, рефаимы о нефилимах, нефилимы об атлантах, а атланты о вестниках моих, ну а вестники… догадайся, что говорили вестники о лысой обезьяне [15] ?
— И как Ты поступишь, извини, поступил с нами? Тоже в геенну упек? На какой круг, прости Божже?
— Да ладно, не кипятись. Никуда я вас не упекал. Все то же самое с вами: едите, размножаетесь, на спинах валяетесь, в игры играете брачныя, на лианах болтаетесь, за бананы деретесь — в общем, все, как и раньше, до Меня…
15
Перечислены предыдущие расы, которые были созданы Боггом для своего освобождения, но ни одна из них не справилась с заданием. Анахронизм, если полагаться на распространенную точку зрения, заключается в том, что рефаимы («сыновья», хотя правильнее говорить рефаим, поскольку это слово уже относится к множественному числу, как и нефилим, херувим, офаним и др.) — более поздние создания, происшедшие от союза нефилим (вовсе не «исполинов» по неправильному переводу, а просто «падших») с земными женщинами. В то же время сами нефилим то ли произошли от сынов Божжих, то ли они и есть Его сыновья. Позднее сыновья Божжии были отождествлены Отцами Церкви с ангелами (вестниками), что еще более запутало праисторию человечества. Впрочем, не исключено, что в параллельной нам Вселенной, о которой повествует Богг, все происходило немного не так, соответственно и «лысая обезьяна» в данном выпаде употреблена не в качестве оскорбления, а как термин сырой материи человекотворения, результатом которого стал играющий — синоним человека разумного.
— Да Ты нас кинул?!
— Нет же, сколько раз говорить. Покинул я вас. Просто покинул.
— Нет, Богг, ты нас подставил.
— С буквами нелады у тебя, Волопас. Не подставил, а поставил… или, скорее, вернул в исходную позицию. Впрочем, все это совершенно не болезненно.
Только поначалу на душе скребло, когда выходил Я. А потом, когда вышел, сам понимаешь, скрести уже было не по чему. Опять же, рефлексия ваша, и она со Мною уходит. А вот рефлексы — те остаются. И никаких тебе вечных вопросов: ни поисков смысла, ни жажды свободы, ни мук тебе совести, ни мучений нравственных. Какие поиски у эректусов? Сплошное наслаждение… Райское. Только…— Что — только, Богг? — Волопас почувствовал нечто тревожное в этом оборванном «только».
— Только сам выход не очень удался. Устроили вы мне светопреставление, черту не пожелаешь. А с другой стороны, все, что ни делается, делается к лучшему: на подножном корме 7 миллиардов не прокормишь, а 70 миллионов — пожалуйста.
— Сколько, сколько, Богг? Да Ты спятил. Спалить 99 из 100 землян — разве по-божжески это? — быстро написал Волопас, чувствуя, как его перепалка с тем, кто называл себя Боггом, становится все более и более напряженной.
— Не по-божжески, Волопас, по-людски. Потому как Я здесь ни при чем. Они сами, вы то есть, проредились. Впрочем, играющие получили все, что хотели: и сейчас живут беззаботно — кожу кокосом умащают, ноготки щепочками чистят, гениталии цветами украшают, питаются умеренно — бананов немало на пальмах, даже на солнышке загорают, — ну чем тебе не «Баунти». Все по рецептам, — как того и желали. Только Я в пролете.
— Ты!!! — Волопас вторично позволил себе неуместное в чате восклицание.
— Я, Богг. Богг оказался в пролете. Не дает двоичность того, что играющие Мне обеспечивали. И что хуже всего, найти Меня не могут в камнях разбросанных. Не потому что не ищут, а потому что не чуют. Боты, что с них возьмешь?
Дочитав фразу Богга, Волопас посмотрел в окно. У него было четкое ощущение, что он попал в какое-то «deja vu шоу». Точно, разговор Волопаса с бегущей по экрану строкой, постепенно приблизился к сюжету «Терминатора», осложненного тем, что вторгшийся в прошлое Богг должен был остановить не кого-нибудь из землян, а самого себя.
— Но Божже, я здесь при чем?
— Ты искал Меня, звал Меня, значит, сможешь найти Меня и с Нею соединить, чтобы осуществилось предначертанное — свадьба на Земле и в небесах высоких, девять число их над твердью земною. Чтобы добраться домой, нам нужно слиться в одно, Яниной стать или Онаоном [16] . И вот уже много тысяч лет мы пытаемся направить ваши тупые и косные тела на правильный путь. Но получается так, что сильные — лишены слуха, а слышащие — не имеют силы. Мы передавали мысли царям Востока и королям Запада, мы диктовали им Царское искусство, тайну Великого Делания, но были глухи помазанники, а слышали нас бродячие дервиши да нищие алхимики: и на сотню внимающих только один понимающий, что ему свершить нужно, и только один из тысячи мог убедить в том вельмож сильных, если до того не сгорал на костре. Теперь твоя очередь: искал Меня, звал Меня, и вот он Я. Жени Меня на суженой Моей!
16
Янина — очевидно, андрогин, произведена из слияния Ян и Инь, — мужского и женского начал универсума. Онаон, равно как и Онона, — такое же состояние слияния Богга с его премудрой силой.
— Я!!! Тебя!!! — кляня себя за несдержанность, Артем продолжал ставить восклицательные знаки.
— Ты — Меня, — подтвердил Богг.
— А если я откажусь? И потом, как я могу изменить то, что уже произошло?
— Уже проходили, Волопас. С любого выбора твой мир распадается на два. И отсюда не пестик в будущее растет, а целое дерево миров. Поэтому, в каком из них ты окажешься, зависит от тебя прямо сейчас.
— Но что я могу сделать, Богг?
— Найди тех, кто внимает, отбери из них тех, кто любит, а из любящих возьми с собой тех, кто идет. Из знающих выдели желающих, и дерзающих возьми из желающих. И встань во главе их, и отправляйся на поиски с ними, пока не угасло обхождение Мое. А если угаснет оно — выйду из вас навсегда, и пусты останетесь навечно. Я — Госсподь!